Ивена ощутила, как сестринские пальцы сжались.

Но Лисель не отступила.

— Нет. Теперь как раз понимаю. Когда решение ваше, это политика. Когда решение может принять Ивена, это абсурд.

Орвен несколько секунд смотрел на неё.

Потом отвернулся.

Ивена снова перевела взгляд на Эйдара.

Он всё ещё стоял за столом.

Спокойный.

Слишком спокойный.

— Эйдар? — спросил Ровен.

Он ответил:

— Нет.

Всего одно слово.

Ивена почувствовала удар.

Нелепый.

Болезненный.

Совершенно неуместный.

Она сама ещё минуту назад боялась, что согласится на брак лишь ради защиты.

И всё равно его «нет» вошло под рёбра.

Значит, не хочет.

Мысль оказалась первой.

И от этого Ивена разозлилась на себя сильнее, чем на него.

Орвен расслабился.

Едва заметно.

Но Ивена увидела.

Лисель тоже повернулась к Эйдару.

Ровен нахмурился.

— Вы уверены?

— Да.

— Это самый простой способ закрыть спор.

— Именно поэтому нет.

Советник из восточных земель удивился:

— Не понимаю.

Эйдар посмотрел на Ивену.

Только теперь.

— Леди Ардаль несколько недель пытается добиться права самой решать, где ей жить, чем заниматься и кому принадлежит её труд. Мы сейчас предлагаем решить эту проблему тем, что я назову её своей женщиной раньше, чем её отец успеет назвать своей дочерью.

По залу прошла тишина.

Ивена перестала чувствовать боль от первого «нет».

Эйдар продолжил:

— Формально вы предлагаете защиту. На деле мы снова поставим её перед выбором, сделанным чужими людьми. Либо возвращайся к отцу, либо становись моей невестой.

Он посмотрел на Ровена.

— Это выбор?

Ровен медленно выдохнул.

— Нет.

— Тогда вопрос закрыт.

Орвен усмехнулся:

— По крайней мере в одном мы согласны.

Эйдар перевёл на него взгляд.

— Не думаю.

— Вы только что отказались от единственной возможности оставить Ивену вопреки правилам её дома.

— Я отказался оставлять её таким способом.

Отец пожал плечами.

— Разница невелика.

— Для вас — возможно.

Ивена не могла отвести глаз от Эйдара.

Сердце билось по-прежнему сильно.

Только теперь по другой причине.

Он мог получить желаемое.

Если действительно хотел её рядом.

Мог воспользоваться старым правом.

Мог назвать спасением то, что сделало бы её зависимой от него.

И отказался.

Потому что понял раньше неё самой: согласие, данное под угрозой возвращения к Орвену, не станет свободным согласием.

— А если я сама соглашусь? — спросила Ивена.

Вопрос вырвался неожиданно даже для неё.

Орвен резко повернулся.

Лисель замерла.

Эйдар смотрел только на Ивену.

— Сейчас?

— Да.

— Тогда я спрошу, согласились бы вы, если бы ваш отец не стоял в этом зале со старым договором.

Ивена открыла рот.

Не ответила.

Потому что не знала.

Хотела ли она Эйдара?

Да.

Хотела ли снова поцеловать?

Да.

Хотела ли остаться рядом?

Да.

Хотела ли стать его женой?

Она ещё не успела даже задать себе этот вопрос без чужой угрозы за спиной.

Эйдар увидел ответ в её молчании.

— Вот поэтому нет.

Орвен сказал:

— Разумно.

Эйдар даже не посмотрел в его сторону.

— Это не ваше решение.

Ивена почувствовала, как внутри что-то дрогнуло.

— Значит, вы отказываетесь не от меня.

На лице Эйдара появилось выражение, слишком личное для полного зала.

— Я отказываюсь получить вас таким способом.

Несколько мгновений Ивена просто смотрела на него.

Потом опустила глаза.

Лисель убрала руку, словно поняла, что этот момент сестре нужно пережить самой.

Ровен тихо произнёс:

— Тогда остаётся старый вопрос.

— Нет, — сказал Эйдар.

— Какой «нет» на этот раз?

— Старого вопроса больше нет.

Он повернулся к казначею:

— Первоначальный долг полностью закрыт?

— Да, господин.

— Трудовая часть соглашения выполнена?

Ровен ответил:

— Более чем. Если считать стоимость восстановленного хозяйства и полученный доход, Ивена выполнила все обязанности, которые были возложены на неё по северному договору.

— Это записано?

— Да.

— Принесите её личное соглашение.

Ивена почувствовала тревогу.

— Зачем?

Эйдар посмотрел на неё.

— Закончить то, что уже закончено.

Ровен ушёл к шкафу с документами у дальней стены. Несколько мгновений перебирал папки, затем достал знакомый лист.

Ивена узнала его.

Тот самый договор.

Ей показывали его в первый вечер.

Жильё.

Жалованье.

Работа.

Право уехать после исполнения обязательств.

Первый документ, который Эйдар позволил ей прочитать целиком прежде, чем требовать ответ.

Ровен положил его перед ним.

Орвен сказал:

— Если договор прекращён выплатой, нет нужды в театре.

— Согласен.

— Тогда просто подпишите прекращение.

Эйдар прочитал последний лист.

— Леди Ивена.

Она подняла голову.

— Да?

— Подойдите.

Ивена встала.

Ноги слушались странно.

Она обошла стол и остановилась напротив него.

Эйдар развернул соглашение так, чтобы она видела текст.

— Узнаёте?

— Да.

— Есть здесь что-нибудь, что вы считаете невыполненным со своей стороны?

Ивена посмотрела на знакомые строки.

Сколько всего произошло после того, как она впервые читала их?

Тогда она стояла в его рабочем кабинете после долгой дороги и искала скрытую ловушку.

Ждала унижения.

Брачного требования.

Права собственности.

Нашла жалованье и возможность уехать.

— Нет.

— Хотите что-нибудь потребовать от Севера по этому соглашению до его прекращения?

— Нет.

Он кивнул.

— Ровен?

— Северных требований тоже не осталось.

Эйдар взял лист двумя руками.

Ивена сначала решила, что он собирается поставить подпись.

Вместо этого он разорвал договор пополам.

Звук получился неожиданно громким.

Орвен нахмурился.

Ровен приподнял брови.

Эйдар сложил половины и разорвал ещё раз.

Четыре куска бумаги легли на стол.

Ивена смотрела на них.

— Что вы делаете?

— То, что должен был сделать сразу после подтверждения выплаты.

— Архивная копия всё равно останется, — заметил Ровен.

Эйдар посмотрел на него.

— Спасибо, что разрушили красивый момент.

— Работа у меня такая.

Где-то за спиной тихо засмеялись.

Ивена не могла.

Горло сжимало.

Эйдар положил ладонь рядом с разорванным листом и обвёл взглядом совет.

Когда заговорил, в голосе исчезло всё личное.

Перед ними снова был глава Севера.

— Запишите решение.

Писарь у стены взял перо.

— Леди Ивена Ардаль полностью выполнила обязательства перед Севером по соглашению о возмещении ущерба каравану. Денежная часть долга закрыта домом Ардалей. Трудовая часть исполнена ею в полном объёме.

Перо зашуршало по бумаге.

Ивена стояла рядом.

С каждым словом становилось труднее дышать.

Эйдар продолжил:

— С этого момента Север не имеет права требовать от неё работы, проживания на землях Торвальдов, участия в хозяйственных проектах или иных действий на основании прежнего долга.

Орвен улыбнулся.

Совсем немного.

Он решил, что Эйдар сам убирает последнее препятствие.

Ивена увидела.

Эйдар тоже.

Не остановился.

— Хозяйственная грамота, выданная Северным советом, сохраняется на оговорённых в ней условиях и не зависит от прежнего долга. Леди Ивена вправе продолжить управление, передать его выбранному человеку или отказаться от него в соответствии с собственным решением.

Теперь Ивена поняла.

Он отделял одно от другого.

Её право на работу — от обязанности остаться.