— Мне нужно поспать, — сказала она.

— Наконец-то разумное решение.

— И после обеда я заберу Харрена.

— Забирайте.

Ивена остановилась у двери.

— Так просто?

— Я понял, что дешевле отдать вам человека добровольно.

— Вы быстро учитесь.

— У меня ужасный учитель.

Она улыбнулась и вышла.

Через две недели вторая секция перестала быть проектом и стала оранжереей.

Работа пошла быстрее, потому что им больше не приходилось придумывать всё заново. Брант уже знал, какой ширины оставлять воздушные полости. Плотники заранее готовили рамы. Эйдар выделил часть нового стекла, после чего Ивена целых два дня не напоминала ему об этом из благодарности.

На третий день напомнила снова.

— Я знал, что счастье продлится недолго, — сказал он.

— У третьей секции северная стена полностью разбита.

— Мы ещё не начали третью.

— Поэтому самое время заказать стекло.

Они стояли возле длинного рабочего стола, который Ивена поставила прямо в оранжерее. На нём лежали списки материалов, схема второй секции и четыре записки от жителей нижнего поселения.

За последние дни записок стало больше.

Сначала пришёл староста одной из деревень и предложил пять человек на расчистку в обмен на возможность получать часть будущего урожая.

Потом вдова плотника из нижнего двора принесла старые крепления, оставшиеся от разобранного сарая.

После неё явился хозяин небольшого склада и заявил, что у него есть три десятка целых рам, которые он готов отдать, если Ивена возьмёт на работу его двух сыновей.

Ивена взяла одного.

Второй оказался двенадцатилетним мальчишкой.

— Он сильный, — убеждал отец.

— И будет учиться.

— Чему?

— Тому, что дети не должны таскать тяжёлые камни.

— А что ему делать зимой?

— Помогать вам на складе.

Мужчина ушёл недовольным, но рамы всё равно оставил.

Через день его старший сын пришёл на работу первым.

Теперь вокруг оранжереи каждое утро собиралось больше людей, чем Ивена могла занять.

Эйдар взял одну из записок.

— Что это?

— Предложение из Хоррена.

— Хоррен в двух часах пути.

— Знаю.

— И что им нужно?

— Доля урожая.

— За что?

— Они готовы дать шестерых рабочих на три недели и привезти древесину.

Эйдар перечитал записку.

— Мы можем нанять людей за деньги.

— Можем.

— Тогда зачем отдавать урожай?

Ивена вытащила из стопки другой лист.

— Потому что люди работают иначе, когда знают, что часть результата принадлежит им.

— Это вы сейчас решили по десяти дням наблюдений?

— По семи годам управления землями Ардалей.

Он положил записку.

Ивена продолжила:

— На Юге отец платил сезонным рабочим одинаково, независимо от результата. Каждый год мы теряли часть урожая при сборе. Потом на западных участках я предложила делить небольшой процент между семьями, которые работали на конкретном поле.

— И?

— Потери сократились.

— Потому что люди начали лучше работать?

— Потому что перестали считать каждое упавшее зерно чужим.

Эйдар задумался.

— Какую долю хотите дать здесь?

— Небольшую. Остальное идёт крепости, в поселения и в счёт долга. Но каждая семья, которая отдаёт работу или материалы, должна понимать, что получит что-то кроме платы.

— Вы хотите превратить мои теплицы в общее хозяйство?

— Я хочу, чтобы через год они работали и без меня.

Последние слова изменили выражение его лица.

Совсем немного.

Ивена заметила.

— Что?

— Ничего.

— Вы сейчас сделали то самое лицо.

— Какое?

— Которое означает, что вы что-то не говорите.

— У меня есть такое лицо?

— Очень выразительное.

Он вернул ей её же вчерашние слова, и Ивена невольно улыбнулась.

— Так что с долей?

— Попробуйте.

— Я уже.

Эйдар медленно поднял голову.

— Простите?

— С Хорреном договорились утром.

— До разговора со мной?

— Я была уверена, что вы согласитесь.

— А если бы не согласился?

— Я бы убедила.

— Какая предусмотрительность.

— Учусь у вас.

Эйдар взял следующую записку.

— А это?

— Деревня у восточного леса.

— Что хотят?

— Семена на весну.

— У нас самих их мало.

— Поэтому я отказала.

Он просмотрел ещё одну.

— А это?

— Мастер из нижнего города предлагает сделать новые заслонки.

— И что требует взамен?

— Ничего.

— Почему?

Ивена пожала плечами.

— Ему понравилась система.

Эйдар посмотрел через стеклянную стену.

Возле второй секции Брант ругался с плотником. По проходу шли две женщины с корзинами земли. Харрен, которого Ивена действительно забрала на несколько дней, тащил связку деревянных реек и теперь здоровался с рабочими так, словно служил здесь всю жизнь.

— Они начинают приходить к вам, — сказал Эйдар.

— Кто?

— Все.

Ивена проследила за его взглядом.

— Потому что знают, где меня найти.

— Раньше они приходили ко мне.

— Вы скучаете?

— Ещё не решил.

— Могу отправить Бранта.

— Это угроза?

— Забота.

Эйдар покачал головой и ушёл.

Ивена проводила его взглядом.

Почему-то ей показалось, что он действительно слегка недоволен.

Мысль была смешной.

Лорд Севера едва ли мог ревновать собственных жителей к женщине, которая отнимала у него работников, стекло и всё больше времени.

Но вечером он появился снова.

Ивена сидела за столом, пытаясь закончить расчёты третьей секции.

— Вы ещё здесь.

— Где мне быть?

— На ужине.

Она подняла глаза.

— Вы опять начали следить, ем ли я?

— Я уже понял, что иначе Север получит прекрасные теплицы и совершенно изнурённую управляющую.

— Я не управляющая.

— Скажите это людям за дверью.

Ивена посмотрела туда.

В коридоре действительно ждали двое мужчин.

— Кто они?

— Один хочет предложить вам древесину. Второй пришёл из нижнего поселения и собирается жаловаться на очередь за долей урожая.

— Откуда вы знаете?

— Потому что раньше они жаловались мне.

В голосе Эйдара слышалось такое неподдельное оскорблённое достоинство, что Ивена рассмеялась.

— Вам правда не нравится.

— Что именно?

— Они идут ко мне.

— Мне не нравится, что я теперь узнаю о половине хозяйственных решений после того, как Брант сообщает о них за ужином.

— Можете приходить раньше.

— Я приходил утром.

— Утром меня забрали плотники.

— Днём тоже.

— Тогда пришла женщина из Хоррена.

— Вчера вечером?

Ивена вспомнила.

— Вчера были счета.

— Позавчера?

— Вы сейчас составляете расписание наших встреч?

Эйдар замолчал.

Она тоже.

Смешной разговор неожиданно приобрёл другое звучание.

Ивена медленно положила перо.

— Вам нужно что-то обсудить со мной?

— Уже не уверен.

— Попробуйте.

Он подошёл к столу.

— Я хотел спросить, сколько ещё людей вы собираетесь забрать из крепости.

— Всего лишь это?

— А вы ждали другого?

Ивена почувствовала, как щёки теплеют.

— Разумеется, нет.

— Хорошо.

— Прекрасно.

Они посмотрели друг на друга.

Эйдар первым усмехнулся.

— Вы ужасно врёте.

— А вы ужасно задаёте вопросы.

— Значит, ничья.

Он развернулся к двери.

— Ивена.

— Да?

— Эти двое подождут до завтра.

— Почему?

— Потому что сегодня вы идёте ужинать.

— Опять приказ?

Эйдар задержал руку на дверной ручке.

— Приглашение.

Ивена почувствовала знакомое тепло под рёбрами.

— Тогда принимаю.

К концу четвёртой недели работали уже три секции.

Первая давала устойчивые всходы.

Во второй окрепли молодые растения.

Третью Ивена отвела под культуры, которые можно было собрать раньше остальных: листовую капусту, лук и несколько видов зимней зелени, семена которых нашлись в северных запасах.