Подполковник наконец-то берет мое заявление, делает вид, что смотрит в него: типа читает.
Да там читать, конечно, много – целых три строчки же...
– Просто подпиши... – спокойно выдыхая я.
– А куда идешь? – с грустью спрашивает он.
Растерянно пожимаю плечами.
– Не знаю...
– Может помощь какая-то нужна?
– Нет, спасибо. Мне надо заняться своими делами, – как можно ровнее отвечаю я ему.
Сидеть становится невыносимо. Когда же все это закончится? Зачем он так мучает меня...
– Чем? – неуверенно переспросил он через паузу.
– Делами! – твердо повторяю ему.
– А-а-а, – тянет он, ища глазами ручку.
Подписывай уже! Подписывай...
Ручка нашлась. Несколько раз поворачивает ее. Стержень выдвигается и задвигается обратно. Мое терпение висит на волоске.
– Ты как? – покачивая головой спрашивает он.
– В норме, – отрезаю я, еле сдерживая напряжение в голосе.
– А нога?
– Пальца не гнутся...
Подполковник застыл, как статуя в положении сидя.
– Как? Совсем? – обреченно спрашивает. В его глазах я инвалид.
Блин зря ляпнула, он теперь точно не подпишет.
– Нее, – стала заверять его, что все хорошо. – Надо походить на физио и все будет в норме.
– Так может … – он отложил ручку, я напряглась сильнее, – возьми еще больничный... восстановишься и хорошо подумаешь...
Это пытка будет бесконечной. Я незаметно набираю в легкие воздух. И смотрю на портрет президента. И прошу мысленно его решить мою судьбу на уровне государственной важности.
– Ты можешь меня просто отпустить, – строго, со всей серьезностью и без компромиссов, произношу я, чтобы все встало на свои места.
Подполковник пристально смотрит на меня, качает головой, молча берет ручку … подписывает. Свершилось!
Я с облегчение вздохнула. Резко поднялась. И забрала сама лист со стола.
– Как-то не хорошо получается, – донеслось мне уже в спину.
Я обернулась. Натянуто улыбаюсь в ответ.
– Все так и должно быть... До свидания... Крепкой и счастливой жизни с женой, – не удержалась я.
Мне очень захотелось подколоть побольнее. Ведь, его же собственная жена за нос водит, а он так каялся мне, что она – хорошая... Знал бы он, что люди НЕ меняются... С возрастом они становятся только хуже...
ГЛАВА 64
С тяжелым сердцем я вновь набрала номер Сергея.
– Абонент недоступен или находится вне зоне действия сети, – сказал максимально вежливый оператор, повторяя фразу и на английском.
Не может же он вечно быть не доступен. Или номер сменил?
– Свет, как понять, что человек тебя заблокировал или добавил в черный список?
– Он будет для тебя недоступен или постоянные короткие гудки, – выкрикнула Света из примерочной.
Сегодня она не пошла на работу, а потащила меня по магазинам. "Мне нужно обновиться," – серьезно сказала она за завтраком. А так как у меня нет вообще планов, то я была как бы не против. Только уже шел третий час забега по торговому центру... Силы мои были на исходе... И терпение тоже.
Я безнадежно набрала снова его номер. Короткие гудки.
Все сходится. Чертов Устинов. Ты меня заблокировал.
– Жесть, – выдохнула я.
– Тебе не нравится? – насупилась Светка
Она мерила очередное красное платье.
– Это я не тебе...
– А кто тебя заблокировал? – поинтересовалась она, накидывая сверху пиджак. – Как тебе?
– Устинов... Просто взял и пропал куда-то, – оскалилась я.
– А ты ему сказала о жене подполковника и ее махинациях?.. Пиджак мне не нравится... плечи не на месте... Какие-то огромные...
– Нет. Хотела лично, но он не отвечает.
– Плохо... Жаль парня...
К нам подошла продавец-консультант магазина.
– Выбрали? Размер подошел?
– Да. Я возьму это все и вот это платье. Снимать не буду. Сможете пробить так?
Я развернула ценник платья, болтающий в районе ее лопатки. Мама дорогая!
– Ты банкомат ограбила? – восхитилась я такой расточительности. Платье стоило месячную аренду нашей квартиры.
– Нет ... Я аборт просто сделала, – отрезала она.
Светка с вызовом посмотрела на меня и горько усмехнулась. Злая ирония взрослой реальности, скрывающая открытую рану детской души, – все это читалась в глубине ее красивых глаз с холодным блеском.
– Он снова перевел мне деньги, чтобы я развеялась...
– А-а-а, – как-то неопределенно протянула я. – Все ясно...
Светку наградили кучей бумажных пакетов. На ее фоне я выглядела бомжом.
– Извини, что спрашиваю: вы снова вместе?
Подруга тяжело вздохнула, поджала губы. И кивнула.
– Да.... Только это... другое..
– В смысле другое? – не поняла я ответа.
– Другое... – тверже повторила она, оглядываясь по сторонам. – Зайдем в этот ресторан. Там хорошо...
Менеджер улыбался нам так, словно мы его ближайшие родственники.
Мы сели у окна. С красивым видом на город.
– Он мне предложение сделал, – глухо и безэмоционально сказала Светка, листая страницы меню.
– Что???
Она достала косметичку и вынула оттуда кольцо.
Никогда не видела такого. Настоящий, огромный бриллиант в белом золоте. Но в совершенно простой косметичке, как совершенно пустая и ненужная вещь...
– Оно настоящее? – осторожно поинтересовалась я.
Светка подперла подбородок кулаком и моргнула.
Я пару секунд не могла понять, что сейчас делать: радоваться или плакать...
Красивые и изящные пальцы Светланы крутанули кольцо по столешнице. Оно некоторое время крутилось, мы смотрели на него, а потом упало.
– Отметим это дело? Шампанского? – предложила она.
– А ты хочешь?
– Да, – она махнула рукой официанту.
– Может виски, что-то сладкого совсем не хочется...
– Хороший выбор! – с улыбкой поддержала Светка.
ГЛАВА 65
Как назло официант сказал,что у них сегодня акция на виски: от двух порций на человека – третий стакан бесплатно.
Мы решили поучаствовать активно в акции. Через полчаса на столе стояли двенадцать пустых стаканов... Светка елозила ими по столу, играя в наперстки с кольцом...
– Угадай, где оно? – ржала она, довольная своей игрой.
Я не могла сфокусироваться... Ткнула пальцев наугад.
– А не-ет... Не угадала. Вот оно.
Официант несколько раз подходил и обеспокоенно спрашивал: можно ли забрать стаканы. Светка огрызалась. Это мои стаканы.
А потом как закричит:
– Сейчас Федору Михайловичу позвоню!
Официант, поджав “хвост” и меню, убежал обратно.
Я томно посмотрела на подругу. Она тоже уже была не в фокусе... Но меня распирало любопытство.
– А, Федор Михайлович это кто? – спросила я, чувствуя, как язык просто отказывался четкого выговаривать звуки. На каждом слове приходилось делать тяжелый выдох. – Хозяин … этого … ресторана?
Светка захихикала, как Настя Войлокова в программе у " Алены Блин" ...
– Хи-хии... – она низко склонилась над столом и зашипела на меня, сквозь смех: – Ты что .. не знаешь Великого Федора Михайловича?
– Нет, – совершенно серьезно ответила я, пытаясь удержать голову (она безумно стала тяжелой): – Ты нас знакомила?
– Федор Михайлович … Это же, – Светка возвела руки к небу, – ДОСТОЕВСКИЙ ...
Я оторопела. Как литературный гений был связан с этим рестораном и нашим двенадцатичасовым ( пополудни) запоем.
– Просто звучит! Понимаешь! – это "понимаешь" уже прозвучало в стиле Бориса Николаевича.
Я не сдержалась и заржала. Светка тоже.
Через секунду одним пустым стаканом на нашем столе было меньше. Вдребезги.
К нам подошла взволнованная управляющая, понимая, что мы девушки “непростые” и снами лучше по-хорошему. Светка заверила ее, что все в полном порядке. Но нас все же попросили покинуть общепит.
– Можно нам такси, пожалуйста, уговорила она ее. Не волнуйтесь. Мы все оплатим...
