Что это было?!

Я уставилась в окно. Снег продолжал красиво падать. “Когда же рассвет? Когда???” Подгоняла я ночь уйти скорее.

Через некоторое время я вдруг отчетливо поняла, что не могу уснуть, зная, что Сергей лежит рядом. Я слышала его дыхание и знала, что он тоже не спит...

Я поправила одеяло, потом повернулась на другой бок, но резко поняла – ошибка, я вижу спину и затылок Устинова и от этого, что-то волнительно становится внутри. Зажмурилась. Легла на спину. Снова на другой бок к окну.

Сергей не выдержал:

– Ты еще долго будешь по кровати скакать?

– Я не могу уснуть, – виновато отозвалась я.

– Постарайся …

– Который час?

– Не знаю …

Я обвела взглядом комнату в поисках часов.

– Сходи вниз и посмотри, если тебе так важно, – проворчал Устинов, громко зевая.

– Сам сходи.

– Мне не нужно, я спать хочу …

Я села в кровати, подоткнула подушку под спину и уставилась на Сергея.

Он лежал с закрытыми глазами, но тоже не спал.

– Хватит на меня смотреть, – сказал он, не открывая глаз.

– Прости, – смущенно ответила я.

– Никогда! – выдохнул Сергей и повернулся ко мне лицом и опять застыл. – Может... ты все же оденешься?! А то – уже мне трудно становится … Прости, но я все же мужчина!

Пить кофе одной в чужом загородном доме с кучей хрусталя было очень странно.

Сергей уснул и решил не отказывать себе в долгом и крепком сне. Я же не сомкнула больше глаз. Третья кружка растворимого кофе скрашивала мое одиночество и дарила немного стабильности в мыслях...

Я хотела было придумать себе занятие – вымыть посуду, но Устинов сделал все за меня.

Идиот! Взял и лег со мной в одной кровати. Мог бы тут на диване расположиться. Что ему нужно от меня? Я ни на секунду не поверила, что он беспокоился обо мне.

Сверху послышались шаги.

– Уже кофе пьешь?

– Угу!

Сергей спустился свежим, волосы еще были влажные после душа, и небритым. Как быстро у него растет щетина.

– А для меня найдется? – прервал он мои мысли.

– Сам справишься … – ответила я и отвернулась.

Сергей тяжело вздохнул.

– Вот она – женская благодарность... Я ее, так сказать, от смерти спас, а она – даже кофе не подаст...

– И стакан воды тоже... – оскалилась я, пересаживаясь на другую сторону стола, так, чтобы сидеть к нему спиной, а к окну лицом.

За спиной послышалось бурчание.

– Хоть в одежде – и то лучше...

Это была провокация. Зачем он постоянно подкалывает меня?

– Завтрак есть? – крикнул он из кухни.

– В холодильнике... – прокричала я в ответ.

– А ты будешь?

– Нет ...

Устинов не унимался.

– Я яйца пожарю ... На тебя жарить?

– Нет же сказала … Я не буду завтракать.

На кухне все затарахтело, потом пошел слабый запах жареного.

Я смотрела в окно и понимала, что чтобы выехать на необходимо расчистить от снега весь двор вместе с машиной, а потом... Мысли похолодели … Хоть бы в этом поселке дороги числили... А то мы же не проедем ... И я останусь с Устиновым тут? Еще на день? Нет! Мне нужно в город. Срочно!

Устинов вернулся с двумя тарелками. Поставил одну передо мной.

– Принеси, пожалуйста, мне кофе, я его там уже сварил, и хлеб захвати.

Я уставилась на него, потом на красивую, даже элегантную, глазунью из двух яиц с листиком салата и молча выполнила указание.

Поставила перед ним кофе и хлеб.

– Ты видел как за ночь замело?

– Да! Сейчас поедим и будет снег убирать.

– А как ты думаешь дорогие здесь чистят?

Устинов призадумался.

– Надеюсь, а то можем застрять. Твоя машина не потянет сугробы … – и принялся за еду.

Я намазала хлеб маслом и положила сверху сыр.

Что-то было в том, что мы вот так спали и ели, словно мы близкие друзья или пара, хотя еще не прошло и двадцати четырех часов нашего знакомства.

Зазвонил телефон. Я даже подпрыгнула от неожиданности.

– Да, товарищ подполковник... Да... Хорошо... Буду … Выздоравливайте...

Я перестал жевать и уставилась в ожидании на Сергея, но он ничего не сказал и продолжил резать желток на тарелке.

– Что он хотел? – не выдержала я молчания.

– Ты не спросишь как он? – укоризненно ответил Устинов.

– Как он? И что он хотел? – вмиг поправилась я.

– Чтобы я вечером заехал к нему.

– А он спросил обо мне?

– Нет!

– А он знает, что мы тут вдвоем … и ночевали...

– Нет! – так же хладнокровно ответил Устинов.

Теперь мой телефон ожил, в венах тут же застыла кровь и я уставилась на Сергея.

– Где я? – шепотом просила я у него помощи и подсказки.

– Дома, – шепотом ответил Сергей.

Я кивнула. Точно! Надо врать!

– Привет! Доброе утро! – ласково и нежно сразу включилась я в разговор. – Я – дома! Да. Скоро на работу... Заехать? Постараюсь. А как же жена? Уехала … Тебе что-то привезти? Хорошо. Обняла. Поцеловала! Сильно! Очень!

Я положила трубку и выдохнула. С моего лица тут же исчезла нежность и ласка. Пришла злость на себя ...

Я подняла глаза на Сергея.

– Вот мы влипли. Он же никогда не поверит, что мы тут провели ночь и ничего между нами не было...

Сергей кивнул. И ничего не ответил, продолжая есть ...

Ах, ты... И тут до меня дошло... Это он все специально задумал...

Я застыла от ужаса – меня развели, как дурочку... Но зачем ему это надо было? И кто это все затеял?

Вся встревоженная и мрачная я подошла к окну.

Посмотрела на весь этот снег и разозлилась еще больше. Сколько?

– Как ты думаешь, – обратилась я к Сергею, не поворачиваясь, – сколько времени понадобиться, чтобы откопать машину?

Сергей вытер губы салфеткой.

– Часа два …

– А там ... дорогу расчистили?

– Не знаю, надо сходить проверить. Но … скорее всего нет. Ты слышала шум трактора утром?

– Нет …

– И я нет …

– А здесь чистят дороги?

Сергей встал, поравнялся со мной и тоже посмотрел на двор.

– Чистят. Поселок элитный. Уедем. Не переживай. Или … ты куда-то торопишься?

Я уставилась на него большими глазами. Он издевается?

– Конечно! Мне на работу надо …

– А-а-а, – как-то загадочно протянул Сергей и вернулся к столу, собирая посуду.

– Оставь, я сама помою. Ты только уже начни нас откапывать машину.

Руки Сергея остановились и поставили на место тарелку с кружкой.

– Хорошо... Тогда я пойду … А ты … тут … приберись.

– Иди …

Еще немного и я вытолкну его на снег.

Я посмотрела на часы. Еще два часа, потом час до города. Переодеться, привести себя в порядок и это уже вечер.

Катастрофа! Я буду в больнице к вечеру в лучшем случае.

Села за стол и стала тыкать в остывшую, уже успевшую одеревенеть, еду.

За окном мелькнула мужская фигура. Сергей, наверное, ищет лопаты.

Как я могла так вляпаться?!

"В" никогда не поверит, что между нами ничего не было. Мне придется очень сложно и туго.

От подполковника приходили смс одна за одной: "Целуй", "Где мой поцелуй?", "Занята?", "Мне за тобой машину прислать?"

Я не знала как отвечать. Машину? Куда ты ее пошлешь, если я не дома... А я не ДОМА из-за твоего Сергея!

Я злилась на свою глупость. Как же я могла повестись на это идиотское предложение … поесть... у меня что? дома еды нет?!

Кровь приливала к голове. Хотелось все крушить.

На сообщения не ответила. Занята, в дороге и все такое... Слава богу, что подполковник прекратил их присылать. Наверное, жена пришла или что-то еще очень важное. А если он позвонит по видеосвязи?! Что тогда?

Я взяла телефон и выключила его совсем. Сел. Сломался. Боже! Да замерз он и все.

Я встала, собрала тарелки в стопку, также вставила стаканы один в один и направилась на кухню.

Шум воды и мытье посуды унесли меня далеко в мысли. За долгое время, сегодня я в первый раз проснулась с не четким пониманием: "Что делать?" Зачем все это? Мне абсолютно не нравилась моя работа и коллектив, – там все ужасно и ужасные. Каждый так и пытается тебя расколоть на части и слить другому. Бесконечный стойкий мат не покидает отдела по делу и без. Мой мозг уже не вывозил этого "культурное" и "честное" общество. При любом удобном случае я стремилась забиться в угол и не дышать. И была счастлива, когда подполковник приглашал меня к себе, но никак не мог закончить селектор, поэтому сидела в приемной по часу, делая вид, что вношу в правки в текст. Красивая Полина фыркала и морщилась, но мне было все равно. Я не хотела идти в свой отдел...