"Я просто привязалась к нему. И почему-то считаю его своим. Признаюсь: Я – заигралась!"

"Ты просто не умеешь доводить дело до конца. Решила отомстить и "бац" – первые трудности выносят тебя на берег. Я – советую вернуться в начало."

"Я хотела сделать больно и разрушить Ее семью, но …"

"Так..."

"Я хотела сделать Ее несчастной..."

"Так..."

"А сейчас я не знаю – зачем мне это нужно? И почему мне так плохо?!" – молча кричала я зеркалу.

Мои ноздри раздувались от злости и напряжения. Я походила на разъяренного быка.

"Надо пойти и напомнить о себе. Просто пойти и напомнить", – не унималось отражение.

"Это бессмысленно и глупо ".

"У тебя внутри огнем все горит, а ты говоришь бессмысленно?!"

" Я запуталась".

"Соберись! И сделай то, что можешь сделать!”

Дверь резко распахнулась и я в испуге сделала шаг назад.

– Алина, привет! Как ты? Нога? – рыжая высокая Галина встала рядом, окидывая меня пристальным, но плывущими взглядом. Типа – зачем приковыляла на тусовку, раз не "формат".

– Привет! – натягивая улыбку, ответила я. – Вот захотелось праздника.

Он Галины мощно несло уже "новогодним" запахом: колбаса, лук и чем все заливалось.

Она достала красную помаду и стала целиться ею перед отражением, рискуя нарисовать себе красные усы.

– Праздник тут сомнительный, – прошамкала она. – Но... других нам не положено... Ты одна?

Я отрицательно замотала головой.

– С Устиновым.

Помада замерла в руках дамы.

Она повернулась ко мне и тяжело посмотрела исподлобья, словно я у нее на допросе.

– Однако! – грубо выдохнула она. – Заарканила хлопца... Я-то думала ты по …

Галина подняла руку и указала на погоны.

– Не фантазируй! – отмахнулась я. – Мы с Устиновым – только друзья.

"Почему всем так интересна моя личная жизнь? И когда она стала общественно-доступной?"

– Только друзья, – заржала Галина, возвращаясь к процессу наведения красоты. – Боже, мне все равно... У самой столько-о-о всего было, чтобы этого капитана получить...

Галина одной рукой похлопала себя по плечу, в знак тяжелой службы.

– Но об этом я тебе не расскажу.

"И не надо".

Я предприняла попытку сменить разговор:

– Как планируешь выходные провести?

– Скучно! И в наряде, – отчеканила она, возвращая помаду в сумочку. Губы накрасить ей сегодня больше не удастся из-за расфокусированного состояния и плохой видимости.

– Тебе помочь или ты сама хорошо шагаешь?

– Сама шагаю.

Галина набрала побольше воздуха в легкие и резко выдохнула. Выпрямилась и пошла строго к двери.

– Он скоро будет. Планируешь появится, как черт из торта? – бросила она, удерживая дверь.

– О чем ты...

– Да так... сама знаешь... – подмигнула мне рыжая голова, пропуская веселую бухгалтерию.

Небольшой предбанник заполнили пять девочек в нарядных платьях. Все разного уровня пошлости и доступности округлых телес.

– Алина, привет, запищали девочки... Шикарно. Гипс и кроссы… Неплохо. Как ты?

Девчонки тараторили все вместе. По несколько раз переспрашивая: "Болит? Тебе не больно? Это закрытый или открытый перелом? Ха-ха-ха"

– Ты с кем? – взвизгнула малышка-Лиза.

– С … – я замерла, но ответила, – Устиновым.

Девочки разом зависли...

– М-мм, – тактично поджали губы и посмотрели с сожалением на малышку-Лизу. Мне сразу стало неловко. Вот резко и неожиданного для кого-то приходят плохие новости. Я не знала о чувствах мелкой к Устинову.

Ленка рядом со мной хрипло рассмеялась.

– О боже! А я его планировала на танец пригласить. Теперь надо у тебя разрешение спрашивать? – и подтолкнула меня локтем в бок.

В зале стало люднее и оживленнее.

В полутьме я уверено хромала к своему столику. Старясь не смотреть в ту сторону, где должен был бы сидеть подполковник.

– Где ты так долго была? Я уже начал переживать! – встретил меня Сергей, помогая усаживаться.

– Девочки в туалете задержали.

И я посмотрела туда... Не специально. Просто так вышло. И все замерло. Он сидел и улыбался. Через секунду обзор мне загородили платья и рубашки.

– Что будешь?

Сергей указывал на салаты и нарезку, словно ничего не происходило вокруг.

– Ничего. Только апельсиновый сок.

– Тогда я тоже...

Обзор снова открылся и рядом с ним уже сидела Ирина. У меня сердце остановилось.

– Ты … ты это видел? – толкнула Сергея.

– Да. Я с ними поздоровался, пока тебя не было, – пробурчал он себе под нос.

Его жена, как царица, гордо сидела в черном платье и величественно улыбалась всем.

Заметив мой взгляд, она улыбнулась и мне. Я ответила тем же, но не так радостно.

– Что она тут делает? – зашипела я на Устинова, словно это он ее привез.

– Сопровождает мужа, – спокойно ответил тот, запихивая в себя салями и выкладывая горку из салата в свою тарелку.

Я смотрела на него выпучив глаза:

– Ты что делаешь?

– Как что? Ем... А что?

Я скривилась. Уж я-то не за этим сюда пришла. Почему он так много есть?!

– Вкусно? – осторожно поинтересовалась.

– Угу-м!.. Соли не хватает.

После увиденного мне резко захотелось уйти.

– Может уйдем?

Сергей замотал головой.

– Надо теперь полчаса посидеть... – и добавил, – для приличия.

Я врядли вытерплю эти полчаса. Мне все встало поперек горла. Люди, еда и Устинов со своим хорошим аппетитом.

Караем глаза уловила, что Ирина встала с места и направилась к нам.

– Она идет... – шепнула я Сергею.

Сергей выпрямился и посмотрел в ее сторону. Взглядом стал дожидаться приближения жены подполковника.

– Алина, здравствуете. Я слышала о вашей ноге, но теперь вижу... сама... Как: "открытый" или "закрытый" перелом? – мягким тоном заговорила Ирина первой.

– Перелом со смещением, – вставил за меня Сергей.

– Да. Здравствуйте, – сухо поздоровалась я, толкая Сергея локтем.

Она посмотрела на меня сверху вниз. Под таким взглядом испытываешь неловкое ощущения, что надо бы встать. Но я сидела, как и Сергей.

– Вам идет гипс...– выдохнула Ирина.

– Мне все так говорят, – осторожно ответила я. Зачем она пришла? Сердце стало колотиться. Голова горела ненужными вопросами.

Ирина несколько секунд улыбалась мне одними губами.

Потом обратилась к Устинову.

– Сергей, можно тебя... "В" хочет с тобой о чем-то поговорить...

– Хорошо, сейчас подойду.

Она развернулась. Ушла. Что ей надо было? Уж точно она не за этим приходила.

Сергей встал с места.

– Ты куда? – встревожилась я, хватая его за руку.

– К ним...

– А я?

– Я на минутку...

– Я не хочу сидеть тут одна, … как дура!

– А ты не сиди... как дура, а сиди как умная, – улыбнулся он и ушел.

Я проводила его злобным взглядом. Предатель.

И тут наши взгляды с подполковником встретились. В кино в этот момент идет медленный монтаж и эти три секунды, длятся три минуты … У нас же – раз, два, три – поворот головы в другую сторону. Не знаю и не вижу. Конец.

"Он отвернулся?!"

"Мне это не показалось?"

"Нет! Он точно отвернулся... Мог бы хоть кивнуть"

Пока я приводила свое дыхание в порядок, закатывая глаза, чтобы тут же не залиться горькими слезами, мне пришло сообщение: "Поговорим позже"

Я быстро набрала текст: "О чем?"

И получила незамедлительный ответ: " Моя жена беременна. Я не хочу бросать семью. Извини."

Скотина!!!

Мой телефон словно прилип к руке.

Я еще раз пробежала по строчкам. "Беременна". "Извини".