- Сам знаешь, если Орден приказал. В общем, передача объекта в Центр должна произойти немедленно.

- На каком основании вы пришли лично? - спросил я.

- Ты начинаешь юридические игры? – с усмешкой поинтересовался второй оперативник.

- Я начинаю понимать, что происходит. Вы не просто «печётесь о безопасности». Вы торопитесь и это подозрительно.

- Мы действуем по протоколу и всего-то. Тебе ли не знать. Уже не первый год на Орден работаешь.

- Тогда где бумага? - спросил я и тоже усмехнулся. – Где подпись? Где печать? Где сопровождающий маг-контрольщик? Вы пришли к дому охотника, который должен быть сейчас на задании. Вы либо идиоты, либо…

- Либо что? - голос высокого стал холоднее.

- Либо вы боитесь, что я начну работать с мавкой без вас.

Они переглянулись. Доля секунды. Но я увидел, что попал в точку.

Тогда я продолжил, не повышая голоса:

- Мавка – ключ к этой схеме. Её разбудили не случайно. Её используют как отвлекающий фактор. И да, она привлекает внимание, но это не повод запирать её в Центре. Это повод использовать её как приманку правильно. Под контролем охотника.

- Под твоим контролем, - уточнил высокий.

- Да, под моим, потому что я в курсе всех событий и потому что из-за меня она покинула озеро. А ещё потому что она может помочь с поиском чаши.

Слово «чаша» я произнёс нарочно, чтобы проверить, сколько известно этим двоим. Оперативники снова переглянулись.

- Откуда тебе известно про чашу?

- Догадался, - хмыкнул, и не думая раскрывать все карты. Что-то мне не нравилась игра, которая шла вокруг меня.

- Руслан, объект нестабилен. Это нечисть. У тебя нет условий для её содержания.

Я кивнул на дом:

- Условия у меня есть. Домовой, защита, оберег с водой. Я держу её не на цепи, а на договоре. И вы это знаете: иначе бы вы не пришли так быстро. Вы боитесь, что я упущу «ресурс». Она вам что, зверёк неразумный? – поморщился.

Слово «ресурс» я тоже сказал намеренно.

- Слушай, - не строй из себя святого. Если она сорвётся, кто будет отвечать? Ты? Мы? Люди? Ты подумал о последствиях? Кому их придётся разгребать. Хочешь, чтобы мир узнал о нечисти? Если мавка её силы сорвётся, то много людей пострадает, а это значит, приедет пресса, и нам будет очень сложно подчистить следы.

- Она из-за вас сорваться может. Неужели не понимаете, что мавка – это почти человек, - на этих словах я скривился. Самому не понравилось, как прозвучало. Только что упрекал оперативников, что они её считают, чуть ли не взбесившимся зверем, а сам… - Короче, у неё есть эмоции. Она боится, а страх – это большая сила, которая может привести к печальным последствиям.

- Что ты предлагаешь?

Вот оно. Торг.

- Официальную фиксацию, - тут же сказал я, - вы фиксируете, что объект находится под моим полевым контролем для оперативной разработки. Не «укрывательство», а «оперативное использование». Я беру на себя ответственность. Вы предоставляете мне доступ к архивам по Ведагору и к любым упоминаниям о печати на озере. И стараетесь не мешать.

- А объект?

- Объект остаётся со мной, - сказал я. – И участвует со мной в полевой работе.

- Ты хочешь прикрыть её своим статусом.

- Я хочу поймать колдуна, - усмехнулся. – И вы тоже хотите. Но если вы сейчас увезёте её в Центр, колдун получит время, которое он использует для новых убийств и своего мерзкого ритуала.

Пауза.

Наконец высокий достал телефон, отошёл на два шага, сказал что-то вполголоса. Я не слышал слов, но слышал тон: он докладывал. Согласовывал. Через минуту он вернулся.

- Я получил временное разрешение, - сказал он. – До следующего распоряжения. Под твою персональную ответственность. С обязательным выходом на связь каждые шесть часов. И без самодеятельности. Если объект проявит агрессию, ты сдаёшь её немедленно.

Я кивнул. А что мне оставалось? Повезло, что хоть немного времени выиграл, а дальше будет видно.

- Принято.

Второй недовольно дёрнул уголком рта.

- Ты слишком много на себя берёшь, охотник.

- А вы слишком мало, - ответил я и повернулся к дому, давая понять: разговор окончен.

Высокий окликнул меня уже в спину:

- И, Руслан… - пауза. – Ты понимаешь, что она будет притягивать внимание? Не только наше.

Я остановился, не оборачиваясь.

- Я уже почувствовал, - сказал я. – В моём дворе ваша работа или его?

Они промолчали. Значит, поняли, о чём я, и им это не нравилось. Я вошёл в дом и закрыл дверь на все замки, как обычные, так и магические. Арина стояла в комнате, у стены, словно тень, и в глазах её читался немой вопрос.

- Они… ушли? - выдавила она.

- Ушли. Но вернутся, если дам повод.

Она кивнула, словно запомнила: повод нельзя давать.

Акакий вылез из-за печки и тут же начал шипеть:

- Я же говорил! Я же говорил! Пришли! Я…

- Тихо, - цыкнул на него. – И без тебя тошно.

Акакий открыл рот, потом закрыл.

- Ладно, - буркнул он. – Но я всё равно слежу.

- Следи. Мы уезжаем. Хозяйство и Алька, как всегда на тебе.

Он фыркнул, но кивнул. Мы выехали через двадцать минут. Арина сидела на пассажирском, пристёгнутая ремнём безопасности, который она сначала пыталась снять, будто ремень был змеёй, обвившей грудь. Я долго объяснял, что это «защита». Она не поверила, но оставила. Хотя я сам понимал, насколько глупо звучат мои слова. Как может защитить мавку обычный кусок полотна?

Дорога к точке вызова пролегала между полей. Летний зной высушил землю так, что она пошла трещинами. Дождей не было давно, да и водоёмы на пути не попадались, поэтому Арине было тяжело. Её плечи напряглись, губы побелели, пальцы время от времени касались пузырька на шее.

- Ты как? – спросил обеспокоенно.

- Держусь. Только кажется, что в горло песка насыпали, - хрипло отозвалась она.

Когда мы прибыли на место, солнце уже достигло зенита. На обочине рядом с точкой стоял трактор, дальше проходила глубокая колея, а за ней наши растянули ленту, чтобы любопытсвующие случайно не обнаружили распотрашённую нечисть. Орден уже успел оставить своего наблюдателя. Последнее время, учитывая обстоятельства, это вошло в норма. Он кивнул мне, не задавая вопросов. Смотрел на Арину, но делал вид, что всё в порядке вещей. Значит, приказ «не эскалировать» уже разошёлся.

Тело лежало у межи, в ложбинке. Существо напоминало старика с кожей, будто припорошенной землёй. Волосы напоминали сухую солому, а борода тонкие корешки. Оно было частью поля, и уж точно не чинило вред людям.

Я присел и принялся рассматривать тело и место вокруг него. Всё было сделано по одному и тому же лекалу, но вот вокруг имелись новые следы. Рядом с головой полевика имелось выжженное, тёмное пятно – небольшой круг. Даже земля в этом месте стала мёртвой. От неё веяло холодом. Я коснулся пальцами поверхности, зачерпнул немного пепла и понюхал. Пахло кровью и жжённой полынью. Видимо, этот след остался от той самой ритуальной чаши.

- Смотри, - сказал я Арине.

Она подошла осторожно, остановилась на расстоянии. В её глазах мелькнуло что-то, похожее на жалость.

- Сердце… - прошептала она. – Вынули.

- Да. И теперь я уверен: он собирает четыре стихии. Уже есть вода. Теперь, кажется, он нашёл подходящую землю. Остались воздух и огонь.

Арина вдруг вздрогнула, словно её ударили.

- Чаша, - прошептала она и прижала пальцы к вискам.

- Ты что-то о ней знаешь? – спросил настороженно.

- Образ… - пробормотала Арина, будто глядя внутрь себя.

Её взгляд стал расфокусированным.

- Камень… - выдавила она. – Тёмный, круглый, а на нём… чаша… ещё кость… и руны… не наши…

Она запнулась, и поёжилась.

- Ведагор… - прошептала она. – Он… говорил про такую чашу. Сильный артефакт…

Арина качнулась, словно былинка на ветру. Я поймал её за локоть, чтобы она не упала.

- Ладно. Хватит.

Мы сделали фотофиксацию, собрали золу, взяли образец земли из-под пятна. Я отметил в голове направление. Кажется, энергетический след вёл на юг, но я мог ошибаться. Необходимо было учитывать, что Кудеяр хитёр и вполне мог оставить ложный след. Не будет же он действовать столь неосторожно, ведя за собой охотника. Мне нужен был ритуал, способный распознать истину и отработать правильное направление. И тут я вспомнил лавку на Пятницкой.