О да…
Мы устремились в туалет, дабы привести себя в порядок. Сиенна надела маленькое черное платье и лодочки на небольших каблуках. Просто идеально! Мы с Карой взяли с собой по одному комплекту одежды, но нас это мало волновало. Главное, красивая прическа и чистые ногти. А вот тут-то я прокололась. Фатальная ошибка, орлиный взор мадам Бальмор непременно отметит эту отвратительную деталь. Я вымыла руки, вспоминая прогулку на ипподром. И Максима. Увижу ли я его снова? Если да, то когда это случится? При каких обстоятельствах? Этот парень меня заинтриговал. Он не оставил меня равнодушной, это точно.
Когда мы вернулись в переполненный зал, там не осталось ни одного свободного места. Черт! Пришлось стоять как вкопанным у входа!
— Нужно было поставить больше стульев! — возмутилась Сиенна вполголоса.
— Н-да, грустно, — пробормотала Кара.
Я ничего не сказала, но в душе согласилась с подругами: все-таки я устала. Мне вдруг показалось, что на плечи мне взвалили мешок с песком. Наверняка это из-за нервного напряжения. Как было бы здорово сесть где-нибудь в тихом уголке… но если мы выиграем, такой вариант не подходит! Чем дальше, тем больше во мне крепла уверенность: мы проиграем, Сиенна права. На конкурс представили столько других высококлассных работ… Бесполезно питать беспочвенные иллюзии.
Рассеянно оглядевшись, я увидела, как в зал быстрым шагом входит молодая женщина в разноцветных шароварах и ярко-желтой блузке, с гладко зачесанными волосами, собранными в пучок на затылке. Не веря своим глазам, я пристально на нее посмотрела. Неужели это Эмили-Энн Калейн? Да, это она! Ура!
— Здравствуйте! — воскликнула я.
— Грейс,darling!
Она поспешно подошла ко мне. Зеленые глаза ее, сильно подведенные карандашом, сияли.
— Hello! Гт sorry, я так опоздала, меня задержали. Надеюсь, конкурс еще не закончился? — воскликнула она, бросая взгляд на пустой подиум.
Впрочем, народ в зале шумел, переходил с места на место — жизнь била ключом.
— Нет, мы ждем результатов конкурса. Я думала, вы не приедете, — призналась я. — Спасибо, что вы здесь!
Эмили-Энн широко раскрыла и без того огромные глаза, словно мои слова ее шокировали.
— Как же так!Му dear, если я что-то обещаю, то обязательно держу слово! И обращайся ко мне на «ты», хорошо?
Она чмокнула меня в щеку и повернулась к Каре и Сиенне, оглядев последнюю с ног до головы оценивающим взглядом. Я представила подруг и только потом вспомнила, что Эмили-Энн знает Кару. Впрочем, дизайнер тут же по-дружески чмокнула Кару в щеку.
— Вот это трио! — заметила она. — Два дизайнера и манекенщица.
— Два будущих дизайнера, — уточнила я.
— Нет, вы уже ими стали, раз представили на конкурс свою работу. Ведь я права? О, Элен!
Она окликнула какую-то женщину в огромной соломенной шляпе и направилась к ней, предварительно заверив нас, что обязательно подойдет к нам позже.
— Какая она милая! — заметила Кара.
— Очень. Мне так понравилось, как прошла моя практика в ее мастерской. Мы могли бы как-нибудь зайти к ней вместе, — предложила я Сиенне и Каре.
Тут мадам Бальмор постучала пальцем по микрофону и кашлянула. В тот же миг все взгляды — в том числе и наши — устремились на нее. На ярко накрашенных губах директрисы заиграла улыбка.
— Спасибо, что все вы здесь. Спасибо нашим студентам за то, что они так много работали, проявили оригинальность и творческую изобретательность…
Мало-помалу установилась тишина. Мы с Карой переглянулись — она мне подмигнула, — потом я посмотрела на Сиенну — на ее лице застыло нечитаемое выражение.
— Итак, сейчас мы узнаем, кто же сегодня будет увенчан лаврами, — торжественно говорила мадам Бальмор, разворачивая лист бумаги. — Прежде всего поверьте: нам было очень трудно выбрать, ведь все участники проявили столько таланта, это просто удивительно…
Help! Неужели она сейчас ударится в долгие рассуждения о прекрасном?!
— Но члены жюри сделали выбор, — продолжала директриса. — За что я им очень благодарна.
И она стала перечислять поименно всех членов жюри: фамилии, имена, должности… Один — журналист, пишущий о моде, другая — дизайнер, третий — преподаватель, четвертый — стилист. Мадам Бальмор подробно перечисляла достоинства каждого, исключительные, выдающиеся, удивительные… один член жюри прекраснее другого. Спустя минут десять она, видимо, почувствовав нарастающие нервозность и нетерпение зрителей, объявила:
— Итак, первое место…
Она пробежала листок глазами, улыбнулась и произнесла:
— Комплект «Обещание», созданный Стеллой Уилсон и Малией Дублинд, которые…
Грянули аплодисменты, кто-то засвистел… А я почувствовала, как сжалось сердце.
Значит, первый приз мы уже не получаем.
На экране возникло изображение бледно-розового подвенечного платья с длинной кружевной фатой, дополненное набором аксессуаров того же цвета и кольцом из эпоксидной смолы в виде двух бабочек.
Стелла Уилсон и Малия Дублинд учатся на четвертом курсе и скоро расправят собственные крылышки, с гордостью в голосе уточнила мадам Бальмор.
Меня вдруг охватило возмущение: какая несправедливость! Почему конкурс не организовали в несколько уровней? Очевидно же, что в конце учебы люди уже намного опытнее, чем первокурсники. С другой стороны, я работала с Карой… Я посмотрела на подругу: на ее лице было написано разочарование.
Мадам Бальмор заговорила снова:
— Второе место достается ансамблю «Двойная игра», инновационному проекту Пэт Лайон и Уилфреда Гэна…
Снова аплодисменты…
На этот раз у меня сдавило горло. После такого объявления, прозвучавшего, словно похоронный звон по моим надеждам, меня наверняка хватит удар!
Счастливые обладатели второго места представили на конкурс темно-синий мужской костюм в тонкую белую полоску, сшитый из хлопка пополам с лайкрой, который легко можно было превратить в комплект «жилет-бермуды», если расстегнуть застежки молнии, вшитые в рукавах пиджака и брюках. Я в отчаянии поискала взглядом Эмили-Энн Калейн. Напрасно, слишком много народу. Зато — о чудо! — я заметила Ами, и та мне кивнула. Рядом с ней был Чарли, он мне улыбнулся.
— И третье место получает великолепный комплект «Паломино», придуманный Грейс де Сталь и Карой Уэстли.
На экране появилось наше платье.
У меня сжался желудок. Словно сквозь туман я слышала радостный вскрик Кары и бормотание Сиенны: «Надо же, кто бы мог подумать!»
У меня на глаза навернулись слезы.
— Ну, девчонки, что я вам говорила? — торжествующе воскликнула Кара. — Сиенна, а ты сомневалась, а?
— Ой, слушай, я была в плохом настроении, — начала оправдываться Сиенна. — Это здорово… Браво!
Браво…
— Грейс! Это классно, правда? — воскликнула Кара. — Просто потрясающе!
— Wonderful! — поддержала ее Сиенна.
У меня загудело в ушах. Нужно было что-то съесть или выпить…
— Что с тобой, ты вся белая! — всполошилась Кара. — Помогите, она сейчас упадет!
Внезапно все вокруг потемнело…
* * *
— Эй! Эй!
— Мадемуазель де Саль! Мадемуазель де Саль!
«Де Саль»?
— Разойдитесь, ей нужен воздух!
— Мадемуазель де Саль…
— Де Сталь! Ее фамилия де Сталь!
Несколько смешков… Потом я вдруг почувствовала сильный запах мяты. В носу защекотало, и я едва не чихнула. Мне хотелось еще немного поплавать, приятно вот так лежать на воде…
— Мадемуазель де Сталь, дышите глубоко…
— Переверните ее на бок!
— Как?
— На бок! Вы что, не знаете основ первой помощи?
Из глубин моей памяти, точно из густого тумана, выплыл знакомый образ… Я знаю этот властный женский голос… О нет, я вовсе не на каникулах, не плаваю в океане вместе с белыми дельфинами…
Меня попытались перевернуть, взявшись за плечи, и в этот миг я открыла глаза…
В нескольких сантиметрах от меня находилось сосредоточенное лицо мадам Бальмор. Я резко села, икнув от неожиданности. Нахмурившись, директриса помахала у меня перед лицом белоснежным носовым платком, пропитанным ментоловым маслом.
