Сама за центральным столом библиотекаря села выводить красивым каллиграфическим почерком фамилии и имена служащих в замке, следуя точно по списку Дорна.

Везде должен быть порядок. Не только с родословными.

Именно при подготовке родословных я столкнулась с проблемой письменного языка. Одно дело, когда я в новом мире умею говорить и понимаю всех вокруг. Хотя я помню свой первый день в пыли под копытами коня, я ведь не сразу начала слышать местную речь и заговорила далеко не сразу.

Совсем другое дело - писать. Меня здешнему алфавиту никто не обучал. Но когда мне в руки попала ручка, не гусиное перо, а именно настоящая ручка с наполнителем наподобие чернил, я поняла, что трудностей с чистописанием не будет.

Буквы сами ложились на бумагу, словно скользили, и, вероятно, это происходило магическим образом, иначе объяснить я не могла. Ведь я каким-то образом знала их звучание и значение. Мир Вольтерры, как называлась эта новая страна, позаботился обо мне.

Магия, что тут скажешь!

Я с удовольствием красиво подписывала папки, не доверяя эту работу никому. Все, что удалось понять из записей управляющего, я сразу раскладывала по людям. В дальнейшем предстояло наполнять эти папочки сведениями о работающих здесь людях.

Подготовленные папки раскладывали по шкафам. Можно было следовать разным вариантам - разложить по алфавиту, или разложить по службам в замке. Я выбрала комбинированный - раскладывали по службам, а там, внутри, по алфавиту.

….

Замок между тем жил своей жизнью. Большинство гостей, приехавших на охоту и проживших здесь пару недель, уже благополучно уехало. В ближайшие дни, как мне было известно, собиралась уехать и королевская семья.

Синтия

Да что же это такое? Я помню запах этой пеструшки. Да, именно его я ощутила на своём мужчине, и теперь понимаю, кому он принадлежит - вот этому жалкому недоразумению.

Но не может быть, чтобы мой Арчи... с ней? Это же пугало, а не женщина! И всё же именно её запах витал в комнате Арчи вчера. Я не могла ошибиться: у дракониц безупречный нюх, и я своему всегда доверяла - не раз он спасал меня от неприятностей.

И я помню, что когда Арчи вернулся из купальни, на нем был её запах. Он был в состоянии возбуждения. Слегка пьян и очень раздосадован.

В итоге вместо страстной ночи с возлюбленным вышло боги знает что. Вспоминать неудобно. Любовь пришлось почти выпрашивать, словно быть со мной ему не хотелось. Но ведь мы всё спланировали, я даже на Надин шикнула, чтобы не мешала, а он... не захотел. Потом и вовсе уснул.

А я ведь готовилась. Хотела отпраздновать его выздоровление, мягко подвести к решительным действиям, к предложению руки и сердца, к будущему. С перспективой трона в будущем. И моего места рядом, соседним троном.

Но... Пока придётся притормозить. Разобраться, что происходит.

Я пристально разглядываю эту девицу, то ли стриженную, то ли полулысую, склонившуюся перед королем. Да, это она. Та самая, что на аукционе осмелилась возразить мне, а потом ещё и рассказывала свои нелепые истории, будто родом из иного мира.

Взгляд мгновенно охватывает все - тощую фигуру в простеньком платье, короткие светлые волосы, морщины на шее, порченное лицо, словно рябая была…

Старая и блеклая. Наверное, мне все-таки показалось, с запахом.

Арчи даже пьяный на неё не позарится.

Ранее я на нем только запах Надин улавливала, но он дракон, не может без женщины. Пусть уж лучше Надин удовлетворяет его страсти, чем полкоролевства свободных дракониц заявится в замок.

Арчибальд Харлоу остаётся самым завидным женихом в королевстве, первым наследником, претендентом на трон. Каждая семья, где есть дочери-драконицы или хотя бы полукровки, мечтает о нём. Не зря же я прибыла на эту охоту.

Арчи принадлежит мне!

…

Я - высокородная драконица Синтия Дакли. Мой род древний и уходит своими корнями к самым высшим родам королевства Вольтерры, не раз переплетавшимся с королевскими семьями драконов.

Да, в разные эпохи в Вольтерре правили монархи из различных кланов и династий, но уже двести лет власть принадлежит роду Харлоу.

Мы, высшие магические драконы, способны жить очень долго - сотни лет, - однако и среди нас есть естественные ограничения, сокращающие число древних и могущественных особей. Войны, проклятия, гибель истинных... Всё это оставляет след.

Род Дакли был одним из самых известных и сильных ещё сто лет назад, именно тогда я появилась на свет, обласканная и любима родителями. У меня есть два старших брата, у которых недавно появились собственные семьи. Родители же всё чаще намекали, что настала пора и мне сделать выбор из числа достойных женихов.

Мой отец, Чарльз Дакли, долгие годы служил королевским прокурором при короле Эрнсте Харлоу. Недавно он был вынужден уйти в отставку после нескольких громких дел, связанных с попаданцами. Ну, как в отставку. Пришлось уйти.

Ему поставили в вину то, что он действовал слишком строго и не учитывал возможную пользу от попаданцев. Закон определяет их как врагов государства, и отец исходил из этого, без смягчающих обстоятельств. Как сказал король, у некоторых попаданцев были интересные, новые для страны знания, потерянные навсегда для страны после прокурорских указаний.

После ухода отца из службы мы стали жить намного скромнее. Он тяжело переживал своё падение, часто прибегая к бутылке, и в такие дни я старалась не попадаться ему на глаза. Несколько раз мне уже доставалось, и этого было достаточно, чтобы научиться осторожности. При дворе нас стали видеть всё реже, приглашения почти прекратились. Отец находился в опале, а я остро чувствовала нехватку ярких дворцовых впечатлений, интриг и страстей.

Ещё до его отставки в нашем доме состоялся долгий и серьёзный разговор о моей судьбе.

- Ты слишком долго выбираешь, дочь, - произнёс отец жёстким прокурорским тоном.

- Не обижай нашу девочку, никуда от неё женихи не денутся, - тут же возразила мать, Марго Дакли.

- А нам не нужны какие-либо, - возразил отец, - пусть присмотрится к братьям Харлоу. Вот где королевские наследники, по мужской линии тут все в порядке.

Так он всегда поддевал матушку. Она происходила из одного из прежних королевских родов, где династия прервалась из-за отсутствия наследников-мужчин, и именно тогда власть перешла к роду Харлоу. Отец время от времени напоминал ей об этом, чтобы, по его словам, "не зазнавалась".

Теперь, когда отец в отставке, а по сути - в опале, семья снова дала мне понять, насколько серьёзно на меня рассчитывает. От меня ожидали, что я помогу вернуть род в королевскую милость, исправлю положение, решу финансовые трудности и вытяну нас из кризиса, если потребуется — собственной судьбой.

- Ты же дружишь с Алисой, их старшей дочерью, - напомнила мама, - вот и с остальными сёстрами подружись, стань своей, стань близкой для них.

Этот разговор состоялся пару лет назад, и я выполнила семейное поручение. Мы с Алисой действительно когда-то учились вместе в Центральной женской академии. Я возобновила нашу дружбу и постепенно вошла в круг её сестёр.

Очень милые барышни. Мы нашли множество общих занятий и развлечений, доступных обеспеченным и родовитым.

Но главным, конечно, были не они, а братья. Чёрного Джеральда я отмела почти сразу - точнее, после нескольких попыток, не слишком удачных, хоть и изящно задуманных. Внешне он был воплощением обаяния, красивый, весёлый, дерзкий, с лихими чёрными глазами настоящего разбойника. Но за этой улыбкой скрывался стальной характер. Он насквозь видел людей, и от его взгляда становилось не по себе. Сказывалась работа законника и карателя.

Когда хозяин замка Арчибальд Харлоу попросил меня рассказать, что уже делается в библиотеке, я на мгновение растерялась. Нельзя же сообщать, что накануне мы всего лишь отмыли первый зал с хозяйственными книгами, а сегодня весь день клеили папки для учёта служащих. Это явно не то, что он хотел бы услышать.