Оставив повозку с лошадью у коновязи, Лешка взял корзину с дочерью и вошёл внутрь. Потемневшие от времени деревянные стены освещали солнечные лучи, скамейки стояли кругом в несколько рядов вокруг алтаря, расположенного в центре. От курильницы, спрятанной в цветах, вверх поднимался дымок.

Лешка поставил корзинку с дочерью на скамейку и выложил на стол для подношений бутыль домашнего вина, горшочек мёда, плетёнку с яблоками и сочный свиной окорок, своим благоуханием мгновенно перебивший запах благовоний.

Поклонившись алтарю, Лешка встал перед ним на колени и обнял, прижавшись щекой к тёплому камню.

– Господин мой, Всеблагой и Всевидящий Ваирак, защитник и заступник, прошу тебя принять мою благодарность и направить её милостью к душе добрейшего дедушки Лирима из Отловиных Брошек. Передайте ему, что я благодарен за своё спасение и приношу извинения, что так запоздал с благодарностью. Пусть душа его мирно почивает в загробном мире и спокойно перейдёт на перерождение. Я не знаю, есть ли у него грехи, но прошу помиловать его и не наказывать. Своими благими делами он искупил часть из них.

Лешка сбился, думая, чего бы ещё пожелать доброму старику. В корзинке радостно вякнула дочь.

– И пусть род его, оставленный в смертном мире, ширится, растёт и пополняется детьми и внуками.

***

– Слушай, Руахаш, мне тут одно прощение пришло…

Высокий мужчина с длинными серебристыми волосами устало воззрился на возникшего прямо из воздуха Господина. За стенами храма царила глубокая ночь, он только-только добрался до постели и уже хотел погасить светильник. Лучше бы Господин не лично явился, а как обычно, голосом в голове. Быть главным жрецом порой очень утомительно.

Ваирак крутнулся на месте, и пшеничного цвета коса обернулась вокруг его шеи.

– Пришёл парень просить милости для души старика, который уже давно на перерождение ушёл. Мол, дедок ему какую-то помощь оказал. Мои проверили, нет помощи. Я аж заинтересовался сам. А там, представляешь, кое-кто другой помог парню, прикрывшись личной деда. И вот что мне делать? – бог скосил на своего главного жреца хитрый синий глаз.

– Наградить того, кто действительно помог, – Руахаш устало прикрыл глаза. – Что он попросил?

– Чтобы род благодетеля ширился и обрастал детьми, – Ваирак широко улыбнулся.

– Дети – это хорошо… – протянул жрец, засыпая.

Восемь с половиной месяцев спустя

Майяри стояла у книжных полок в школьной библиотеке и, согнувшись, гладила огромный живот.

– Слушай, ребёнок, нам с тобой ходить вместе ещё как минимум месяц, – шипела девушка. – Поверь, у тебя там значительно лучше, чем здесь. Сиди, пока есть возможность. Обратно уже не залезешь. Ух! Да чего ж ты так пинаешься? Я же там живая, мне больно! Мы же вчера с тобой договорились!

– Госпожа, – Казар нервно мялся рядом, – давайте вернёмся домой к господину Шидаю. Ну какое домашнее задание? Вы… – оборотень замялся и руками обрисовал деликатное положение госпожи, – не в том состоянии.

Больше всего он боялся остаться с госпожой наедине, когда у неё начнутся роды.

Майяри со вздохом выпрямилась.

– Успокойся, мы с ребёнком всё решили, – уверенно заявила она и повернулась к полкам. – Так…

Договорить она не успела. Дверь в библиотеку распахнулась, и внутрь влетел взбешённый господин Шидай.

– Майяри, я тебе что сказал?! – рявкнул лекарь.

– Ух! – девушка опять согнулась от пинка маленькой ножки.

– Чтобы от меня ни на шаг! Казар, ты куда сморишь? Вспомни, что у тебя яйца есть, и откажи ей.

– Она мне вообще-то платит за службу, – напомнил Казар.

– Если с ней что-то случится, я тебя убью! – господин Шидай приобнял Майяри и неумолимо повлёк к выходу.

– Госпожа Майяри убьёт, господин Ранхаш убьёт, вы убьёте… – лениво перечислил Казар, следуя за ними. – Мне кого бояться?

– Меня! Я с особой фантазией и жестокостью это сделаю. Опыта-то у меня побольше!

Майяри сдавленно зарычала.

– Заткнулись оба! – и, шумно выдохнув, добавила: – Этот мелкий решил нарушить наше соглашение и вылезти сейчас. Эй, ребёнок, ну мы же договорились!

Конец

Перед тем, как вы приступите к чтению, хотела бы немного рассказать, о чём эта история.

Эта история о судьбе женщины, в серой и неприглядной жизни которой наступили невиданные перемены, которые вывели её из болота прежней жизни, и она бурной рекой устремилась к своей новой судьбе.

Судьба – главный герой этой истории. Здесь есть романтическая линия, но история всё же не о ней, не она здесь важна. И да, волнующих сцен +18 здесь нет. Есть только один момент, как в смешном видео про «Софи упала на кушетку», а потом возмущённое «А где?!»))

Повесть относится к Салейскому циклу и читать её можно сразу после «Истории о краже».

Приятного чтения))

569 год эры Храмма̀ра

(события разворачиваются сразу после 86 главы «История о краже. Схватка с судьбой»)

Она не могла понять, как дошло до этого.

Ночь выдалась холодная, начавшаяся было весна отступила, лужицы покрылись ледком, и под полы тулупчика забирался кусачий ветер. В горах зимой и ранней весной обычно было ещё холоднее, но сейчас Зиярѐллу бил озноб страха.

– Чего ты там замерла? – с насмешкой проворчал мужчина, поднимая руки.

Сумеречница с ужасом уставилась на них. Ей нужно спрыгнуть к нему в объятия?

– Ты же не боишься высоты. Ну же!

Женщина отмерла и нерешительно пробубнила:

– Не нужно, я сама…

И, цепляясь за навершие ограды, неловко – руки ослабели – спустилась вниз. Оборотень всё же обхватил её за талию и помог спуститься. Зиярелла тут моментально отшатнулась, но далеко отойти не посмела. Ночные пустые улицы Жаанидыя пугали её ещё больше.

– Господин… – неуверенно протянула она, пугливо отходя в тень школьной стены.

Но тот, словно не замечая страха, спокойно взял её за руку и потянул за собой.

Зиярелла не могла понять, как до этого дошло.

Как так вышло, что она тайком сбегает с мужчиной гулять по ночному городу?

***

Зиярелла и представить не могла, что её жизнь может оказаться такой… свободной. Двести пятьдесят лет она жила сперва под покровительством отца, потом мужа, а затем опять отца. Нелюбимая дочь, бесполезная жена, слабая мать. Жизнь всегда одного цвета, напряжённая и… не очень счастливая? Нет, всё же не так. По-своему она была счастлива. Не зная, что жизнь может быть иной, Зиярелла радовалась тому, что имела. Всё-таки ей везло.

Отец её уже был весьма стар, когда у него родился первый и единственный ребёнок. Его третья жена скончалась сразу после очень тяжёлых родов, оставив после себя дочь, а не такого ожидаемого сына. А от первых жён детей и вовсе не осталось. И Зиярелле повезло, что отец всё же решил дать ей право жить, а не отдал горным духам. Несчастный вдовец, оставшийся без сыновей… Он мог так поступить. Зачем кормить дочь, которая в старости не станет поддержкой? Жениться больше он не смог. Слишком стар. Ни одна семья не захотела отдавать за него своих дочерей.

В двадцать шесть, через несколько лет после вступления в совершеннолетие, отец согласился отдать её за Рахна̀рра. И тут ей тоже повезло. Родитель уже вошёл в столь преклонные года, что боги могли призвать его до того, как он успеет найти ей мужа, а судьба Благословлённой на одиночество страшила Зияреллу больше смерти. И Рахнарр хоть и глуп, но не зол. За неё сватался ещё Хварѐлл, суровый вдовец, а про него ходили слухи, что жену свою он бил беспощадно, отчего та и умерла. И бил не за провинности, а от любви мучить. Зиярелла как узнала, что отец Рахнарра выбрал, всю ночь богам благодарности возносила.