Все хорошо, я просто загоняюсь.

— Ну рассказывай, как там все? Гладышева, реально, работает с Русом? — спрашивает Таська, глядя прямо в на меня, в то время, как я режу овощи для салата.

— Реальнее не бывает, Тась! — отзывается, вошедший в кухню муж, с полотенцем на плече и машет в камеру моего планшета.

— Ой, гляньте-ка, наш любовник-гладиатор выполз из темноты! Рус, обидишь Альку, тебе не сдобровать! — грозится подруга, и я не могу сдержать смех.

— Я лягушек не боюсь.

— Козлина! Аль, кстати, если у мужика чувство юмора отменное, то он не собирается изменять!

— Кто это сказал? — смеюсь я, скидываю нарезанный болгарский перец в большой салатик.

— Психологи!

— Женщины, вы собрались обсуждать кто кому изменять собрался? — Рус обнимает меня за талию, прижимая к себе и целует в шею.

Так привычно. Так обычно и все же я чувствую что-то не то. Может быть то, что он не рассказал мне правду изначально, сказывалось так? Я будто бы почувствовала некий холодок с его стороны, а может быть всему виной только лишь мои мысли? Глупые и навязчивые? Возможно, я всегда умела накрутить себя с полоборота.

— Когда будем есть? — спрашивает он, на что я указываю на плиту, где жарятся отбивные.

— Скоро. Иди пока, посиди.

Он уходит, а я возвращаюсь к плите, переворачиваю мясо и вновь бросаю взгляд на планшет. Таська будто бы пытается считать наши с Русом эмоции. Кажется, ничего не изменилось, а если и так, то я не заметила этого.

— Рус против того, чтобы я проходила обследования в Москве. Он не хочет детей. — Тихо говорю я, зная, что он в спальне, ушел туда с ноутбуком, а это значит, что весь в работе.

— Почему?

— Говорит, что это опасно для меня.

— В чем-то он прав.

— И ты туда же... — хмурюсь, отчего Таська принимается, как обычно меня успокаивать, но не это мне нужно. — Я все понимаю, все риски, но если не так, тогда можно взять ребенка из приюта, но и это он не хочет, потому что...

— ...гены! — добавляет Тася, кивая. — Рус прав. Аль, он прав на все сто процентов. Ладно, возьмёшь ты мелкого, допустим годовалого даже, а потом что? В пятнадцать он придет и скажет: «Кто ты мне такая, чтобы запрещать что-то?!», и все.

— Ой, ну вас обоих! Все зависит от воспитания!

— Да, но все же, гены пальцем не сотрешь!

— Очень смешно! — возвращаюсь к плите, чтобы достать отбивные на тарелку. — Кстати, мы на этих выходных едем загород, там связи не будет, так что...

— Ого, зачем? В гости?

— Если бы... Рус сказал, что они подписали контракт какой-то и отмечать будут. И угадай кто там будет! — перекладываю салат из большого салатника на тарелку к отбивным и выдыхаю. — Видела я эту дуру – Гладышеву. Мерзкая! Она стала еще хуже, чем была, понимаешь?! А как она на Руса смотрит, ты бы видела. Понимаю, я уже не девочка, но я и не моложусь, а она... как вспомню, как она смотрела на моего Руса, так и хочется ей в рожу вцепиться!

— Аль, ну он же не реагирует на нее никак, да?

— Только по работе, говорит.

— Ну и вот! В общем, следи, не паникуй и... иди кормить мужика! — смеется Таська, и мы пообщаемся.

Я закрываю на стол, наливаю немного вина и направляюсь в спальню, чтобы позвать Рустема. Он с кем-то говорит по телефону, после чего замечает меня в дверном проеме и вопросительно смотрит, после проводит рукой по лицу и кивает.

— Ладно, давай. Мы приедем! — говорит он, и я не понимаю куда он собрался, а самое главное к кому и зачем.

Сбрасывает вызов, убирает телефон на тумбочку и протягивает ко мне руки. Я неторопливо прохожу в спальню, обнимаю мужа и кажется, что все в порядке, но... никак не могу успокоиться после встречи с бывшей подругой. Хочется закрыться в одной комнате с любимым человеком и больше никогда не выходить из нее. Только мы: родной запах, разговоры и наша любовь. Спустя столько лет, я люблю его все больше.

— Аль, Димка звонил. Зовет нас на празднование дня рождения коллеги. Хочешь?

— В шумное заведение с множеством незнакомых мне людей? Я похожа на женщину, которой это может понравиться? — улыбаюсь я, после чего поднимаю взгляд на Рустема и понимаю, что он привык к этому всему, и я не хочу отказывать. — Но я хочу! Может быть заведу там полезные связи. Только уберу со стола, и начну собираться. Ой, а подарок?

— Насчет подарка не беспокойся, по дороге заедем. Ты не обижаешься?

— На что? На то, что простояла у плиты столько времени, а теперь все убирать? Нет, конечно же, нет! — пожимаю плечами, после чего направляюсь в кухню.

Убираю со стола, после иду в комнату, чтобы выбрать что-нибудь подходящее для подобного мероприятия, но кажется, ничего подходящего нет. Перебираю несколько платьев и обессиленно падаю на постель.

— Рус, мне нечего надеть! — кричу я мужу, который уже собрался.

Он надел лучший костюм, а я не соответсвую ему, даже не представляю, что можно надеть, чтобы быть под стать.

— Помочь тебе подобрать что-нибудь? Может быть вот это красное? — он достает атласное платье с глубоким декольте и разрезом сбоку.

Я надевала это платье лишь однажды на Рождество, когда мы с Таськой и девчонками решили посидеть в ресторане. Оно подходящее, может быть, для мероприятия, куда мы собираемся, но кажется, что слишком откровенное. Не хочу привлекать к себе лишнее внимание.

— Аль, давай это! Пусть все видят, что ты у меня...

— Какая? Дряблая и престарелая, но глупая, раз решила надеть это?

— Прекрати так говорить! — хмурится он, подходит ко мне и тянет за руку к себе. — Ты – самая прекрасная женщина! И уверен, что все будут на тебя смотреть и исходить слюной! Надевай платье и поехали.

— Я правда в нем хорошо выгляжу?

— Правда. — Кивает он, после чего выдыхает и садится на край постели. — Аль, там... все такие люди. Они непростые. Они будут обсуждать, если ты придешь в обычном платьице. Чем вычурнее, тем интереснее. И да, тебе нужно будет быть с женщинами чуточку осторожнее. Не секретничай ни с кем, хорошо? Ты можешь с ними подружиться, да, но без секретов и личных проблем.

— Ого... это секта какая-то, да? Узнают, что у нас есть деньги, и высосут все до копейки? Окей, я поняла. — Усмехаюсь, снимая с себя привычную домашнюю одежду, чтобы надеть то, что должно сразить всех наповал.

— Аль, эта должность для меня важна, а потому...

— А потому она должна быть важна и для меня. Я все поняла! — улыбаюсь я, надевая платье и поворачиваясь к мужу спиной. — Поможешь? Только не приставай!

— Если бы мы не опаздывали, я бы воспользовался твоей беззащитностью. — Улыбается Рустем, застегивая молнию на спине.

— Я тебя умоляю, любимый, у меня в сумочке есть перцовый баллончик.

Мы смеемся, он целует меня в шею, а я немного расслабляюсь. Я и правда должна соответствовать новому статусу своего мужа.

По дороге мы заезжаем в какой-то дорогущий магазин, где продают коллекционный алкоголь. Рустем долго выбирает подходящий и, после того, как бутылку коньяка красиво упаковывают, возвращаемся в машину и едем дальше в ресторан, где уже во всю идет празднование. Немного нервничаю. Я – скромная особа, которая за всю свою жизнь не находилась в незнакомых компаниях, от того и привыкла к постоянству в друзьях, коллегах и прочих знакомых. Я не заводила новых знакомств последние лет десять, может быть больше, от того теперь нервничаю, будто бы меня везут на расстрел.

— Рус, как думаешь, я смогу найти общий язык с твоими знакомыми? — тихо спрашиваю я, бросив взгляд на мужа, который расслабленно ведет машину, глядя на дорогу.

— Конечно же, почему ты сомневаешься?

— Ты же знаешь, что я не люблю новые знакомства. Мне некомфортно. Я чуть не умерла от стресса, когда ты знакомил меня с Дмитрием.

— Он тебе не понравился?