Достаю телефон из сумочки. Пара сообщений от Таськи, но ни одного от Рустема. Будто бы он даже не переживает за меня. Будто бы ему все равно. Кажется, что ОБ – это не про перерождение эмоций, а про эгоистичность. Рустем думает только о себе и своем комфорте. Думает, что если я не написываю ему каждый раз, когда он задерживается на работе, то и ему не нужно интересоваться, где я. Нет, мы же доверяем друг другу? Поэтому он и не интересуется где я.

— У тебя на лице написано, что ты напряжена. Я думал, что шампанское хоть немного тебя расслабит. — Говорит Дима, и я перевожу на него взгляд.

— Я тоже думала...

Мы думали о разном: наверняка, он пытался напоить меня, а потом заговорить и уболтать поехать в отель, а я думала, что у нас с Рустемом все идеально. Оказывается, что идеально только у меня в голове. Я слишком идеализировала мужа, а он воспользовался этим.

— Приехали! — озвучивает Дима, выходя из машины, но я будто бы не слышу его.

Сижу до последнего, глядя перед собой, пока дверь с моей стороны не открывается. Прохладный ветер треплет мои волосы, и я делаю глубокий вдох, выходя из машины.

— Спасибо за вечер! Это было волшебно. — Решаю сказать то, о чем думаю, и это не зря, потому что Дима искренне улыбается и закрывает за мной дверь.

— И тебе спасибо! Если вдруг захочешь повторить, пиши! Я знаю еще несколько хороших мест! По-настоящему хороших!

— До завтра, Дим... Ой... я хотела сказать... — не понимаю, что происходит в моей голове, но мужчина сразу же подхватывает это и кивает.

— Хорошо, тогда не строй планы на завтрашний вечер, я тебя заберу! Пока! — он подмигивает, обходит машину и садится за руль, а я направляюсь к подъезду.

Щеки пылают, внутри все клокочет. Я давно не была на свиданиях, но разве можно нашу встречу назвать свиданием? Скорее всего, да. Но вечер, и правда, был волшебным. И галерея, и ужин, даже дорога домой была приятной.

Поднимаюсь на наш этаж, открываю дверь и прохожу в коридор. В гостиной горит свет, из кухни доносятся запахи еды. Сам готовил или все же доставка? Кидаю сумочку на пуф, снимаю сапоги, пальто и прохожу в комнату.

Мужа не слышу, и он не выходит, чтобы встретить меня или же расспросить, где я так долго была. Переодеваюсь в пижаму, лёгкое атласное мини-платьице идеально очерчивает каждый изгиб тела, и я просто не представляю, как можно спать в чем-то другом, накидываю на плечи халат, затягиваю пояс и иду в ванную, чтобы смыть макияж, когда Рустем наконец-то появляется в поле зрения.

— И где ты была? — напряженно произносит он, смотря на меня так, будто бы я виновата в чем-то.

— Пользовалась нашей договоренностью... — это звучит немного неуверенно, но мне нужно заставить его чувствовать то же, что я чувствовала, когда он уехал с Гладышевой.

— Я видел. Тебя Димка привез? Мы же договаривались!

Смываю макияж и шумно выдыхаю. Чувствую, как напрягается муж, но не хочу успокаивать его. Впервые в жизни, хочу, чтобы он ревновал.

— Он просто показывал мне галерею, что тут такого?

— А что еще он тебе показывал?

— Успокойся, я не нарушаю нашу договоренность. Я не сплю с ним, ты с Наташей. Все честно. А про дружбу, ты ничего не говорил.

— Я не понимаю, ты пытаешься надавить на что-то? Зачем тебе дружба с ним?

— За тем, что ты тоже помогаешь Гладышевой. Ты не мог отказать ей тогда, я не смогла отказать Диме. — Мажу руки кремом и выхожу из ванной, выключая свет.

Рустем немного успокаивается. Верит, что я не нарушала наши правила. Знает, что я человек слова. Меня обижает, что он нет. Но, если ему так это не нравится, может быть закроем брак? Для чего он предложил его открыть? Для того, чтобы ревновать друг друга?

— Я доставку заказал. Поужинаем? — спрашивает Рус, и я качаю головой.

— Мы поужинали с Димой. — Вижу как лицо мужа чуть искажается от того, что ему неприятно это слушать, но к чему лгать и изворачиваться, если он сам видел, что я была с Димой. — Но я выпью за компанию! Как прошел твой день?

Рус не отвечает. Молча уходит в кухню. Его телефон вибрирует на тумбочке, и я прохожу к нему, желая взглянуть на сообщение, но на экране высвечиваются цифры, говорящие о том, что нужно ввести пароль. Вот как? Беру свой телефон, захожу в настройки и ставлю пароль. Все должно быть одинаково, иначе ничего не выйдет. Не могу думать о том, что Рустем настолько изменился, что теперь скрывает что-то от меня. Разве это... разве это нормально? Не думаю, поэтому кладу свой телефон рядом с телефоном Руса, и направляюсь в кухню.

— А Настя знает, что ты с ее мужем гуляешь? — вновь заводится муж, и я провожу рукой по его плечам, проходя мимо.

— Мы не гуляли. Мы просто посетили галерею, а потом поужинали. Ничего криминального. Я думала, что ты позвонишь мне сразу же, как только увидишь, что меня нет дома.

— Зачем звонить? Я тебе доверял! Думал, что ты с девчонками поехала в СПА или... по делам своим, а ты...

— Рус, давай не будем ругаться! Кстати, я Таське на сообщение не ответила. Открой вино, пожалуйста, я сейчас вернусь.

Ухожу в спальню, слушая недовольное ворчание мужа. Внутри все дрожит. Мы всегда доверяли друг другу, а теперь что? Что теперь? Как смотреть ему в глаза, зная, что он мне изменяет? А самое главное, как остаться чистой, если он думает, что я такой не являюсь?

Беру телефон в руки, как тут же на него приходит сообщение. Снимаю блокировку, открываю сообщение и шумно выдыхаю. От Димы.

«Алюш, не получится завтра. Прости. Но не строй на пятницу никаких планов! Заберу тебя на охеренную выставку!»

«Тогда до пятницы. А Настя не будет против?»

Нервно стучу ногтями по тумбочке, в ожидании ответа.

«Мы взрослые люди. Разберемся. Думай в первую очередь о СВОЕМ комфорте»

Легко сказать, когда этот комфорт вечно пытаются нарушить беспочвенными обвинениями. Но ОБ ещё никто не отменял.

Рус протягивает мне бокал вина, и я сразу же сажусь напротив мужа, оперевшись локтями на столешницу. Он молча ужинает то и дело бросая на меня взгляды. Мы хотели просто внести в нашу семейную жизнь остроты, но кажется, перестарались. Он перестарался, предложив ОБ, а я согласившись. Вот только... теперь я хочу ему доказать, что я изначально была права.

— Кстати, Аль, на пятницу не планируй ничего. У меня будут свободные выходные, можем рвануть в Лейпциг, Таську проведать. Посидишь с ней, вы пьете по бокальчику, барбекю и прочие мелкие делишки, да и мы с Мишкой посидим.

Он отодвигает от себя пустую тарелку и откидывается на спинку стула, вытирая губы салфеткой, а я просто смотрю на него и думаю о том, что делать, ведь после сегодняшнего вечера, проведенного с Димой... я хочу повторить. Глупо, да... но это лишь мое желание. Киваю, делаю глоток вина и шумно выдыхаю.

— Хорошо. Думаю, что эти выходные пройдут куда лучше, чем предыдущие.

— Не начинай, а! — хмурится Рус, после чего поднимается и уходит в комнату.

Давай, дорогой, проверь свои входящие, и убедись, что я играю ровно, как и ты. Залпом допиваю вино, убираю посуду со стола и встаю у раковины, чтобы сразу вымыть все. Не люблю, когда Рустем еду из доставки перекладывает на тарелки. Для чего? Чтобы потом мне работы прибавить?

В квартире все еще не очень уютно, но я ничего не могу с этим. Все чужое.

Слышу быстрые шаги в гостиной. Рус направляется в кухню. Наверняка, не в духе. Удивительно.

— У нас теперь секреты? — спрашивает он, и я оборачиваюсь.

— Какие?

— Ты поставила пароль на телефон!

— Ты же тоже поставил. Ты говорил, что мы должны быть квитами, чтобы никому не было обидно, пока у нас ОБ. Я не хочу, чтобы ты видел сообщения, которые мне пишут мужчины, потому что ты расстроишься.

— Расстроюсь?! Тебе... тебе мужчины пишут? — он вспыхивает, после чего достает из кармана мой телефон и со всей силы кидает об пол. Я вздрагиваю, но не схожу с места. — Больше ни один мужчина не напишет тебе на этот телефон, ясно?!