Дима вновь целует меня, обнимает слишком крепко и зарывается носом в мои волосы. Мне нравится все, что он делает и как себя ведёт, но все же страх, что ничего не получится присутствует. Главное, не думать о том, что все будет идеально. Никогда такого не будет. Ни в одной семье не бывает все гладко.

— Я готов взять в жены лучшую женщину... а лучше тебя, я уже не найду... — шепчет Дима, и я готова расплакаться от того, насколько это мило звучит.

— Зачем она тебе нужна? Я бы на твоём месте взял себе кого-нибудь посвежее! — голос Рустема, заставляет меня обернуться.

Я ненавижу этого человека ровно настолько, насколько когда-то любила. Хочу ответить что-то, но Дима делает это первым:

— Ты не на моем месте и никогда на нем не будешь!

— Я посмотрю, через сколько времени тебе надоест спать с этой...

— Проваливай!

Мерзкий и просто омерзительный до глубины души. Я не знаю, что так повлияло на моего бывшего мужа, но точно что-то нехорошее и быть может незаконное. Так или иначе большие деньги и роскошь испортили его.

***

Мы с Димой переехали загород, чтобы наш будущий ребенок рос на свежем воздухе, завели собаку, белого лабрадора Снежка, и кажется – это все о чем только можно было мечтать. С Рустемом мы больше не виделись. После развода ни разу, да и к чему? Единственное, что тяготило меня так это отсутствие подруг, потому что Таська, несмотря на то, что «всегда была на моей стороне», после того, как узнала, что я счастлива с кем-то помимо Руса решила переметнуться на его сторону. И не жалею, потому что через время, после многочисленных походов в женскую консультацию встретила прекрасных девчонок, с которыми мы каждые выходные встречаемся в кафе и обсуждаем наши мамские дела. Дима же работает на новом месте. Он теперь большой начальник, но несмотря на высокую должность, все также остается мужчиной, с которым я когда-то давно познакомилась в лифте. Как оказалось, что даже от полно ненависти можно дойти до большой любви, которой нам обоим так не хватало в других браках, которые ничто не смогло спасти... и даже тот самый злополучный открытый брак, о котором я вспоминаю с содроганием.