Что меня больше всего порадовало — это буханка свежего хлеба. Я сразу отрезала кусочек и съела с мёдом. Братья сглотнули, видя, как я ем. Отрезала им хлеб и показала на мёд.

— Оу, вкусно! — сказал с восторгом Марк.

— Слишком большая наглость — напроситься на завтрак? — спросил Миша. — Дядя передал, что завтра ещё урок будет, и я опять подопытным буду.

— Хорошо устроился, — буркнул ему Марк, за что получил локтем от старшего брата.

— Накормлю, конечно, — сказала

Среди ночи меня разбудил подозрительный шум — словно кто-то дёргал двери в дом, а потом и двери в подвал. Испугалась, честно, не на шутку. А потом услышала голоса:

— Ломайте двери, парни! Баба дома одна, да ещё и при деньгах!

Слёзы потекли по щекам от той участи, что мне уготовили.

«Помогите!» — кричала мысленно. Сейчас не могла вымолвить ни слова, только всхлипы. Гомон бандитов сменился испуганными криками и волчьим воем. Услышав вой, я подумала: почему они в окна не полезли? Потом сама себе ответила — слишком маленькие, мужчина может застрять, а полезет кто — огребёт по голове.

О сне уже не было и речи. Я посмотрела в окошко — мне показалось, что видела волчьи силуэты.

— Спасибо вам, мои хорошие, спасли мне жизнь, — сказала тихо, обращаясь к волкам.

Чтобы хоть как-то отвлечься и не сойти с ума до утра, занялась готовкой. Хорошо, что в сенях был запас дров. Разожгла маленькую печь — ведь ещё неделя, может меньше, и придётся топить большую. В доме уже становилось зябко.

Решила приготовить большой горшочек борща и пару видов пирожков — с капустой и мясом. Потом вспомнила, что грибы остались только сушёные… Значит, пирожки будут с капустой и, может, с картошкой. Замесила простое тесто и оставила его отдыхать.

Сходила в погреб за овощами, поставила вариться картошку и готовиться бульон на борщ, а сама занялась шинковкой. На бульон пустила часть колбасы — она же пойдёт в пирожки с капустой. Тушёнка может постоять дольше, а вот сколько колбаса хранится — неизвестно.

Отставила бульон и потушила свёклу с морковкой и луком — оказывается, мне ещё и лук привезли тогда с картошкой. Пока овощи томились на сковороде, очистила пару помидоров от кожуры, мелко порезала и добавила туда же. Затем занялась капустой.

Пока борщ томился на огне, я нарезала целый кочан капусты для пирожков. Убрала с огня готовую картошку, приготовила пюре и занялась жаркой капусты. Как раз пригодилась новая сковорода — большая и глубокая, вся капуста на неё поместилась.

К приезду гостей у меня уже всё было готово. Даже прибралась в доме и осмелилась выйти — хотя было до жути страшно. Успела переодеться и привести себя в порядок.

— Доброе утро, — сказал Глен, спрыгивая с лошади.

Он осмотрелся и спросил строго:

— Что ночью случилось? Я вижу много чужих следов, словно их волки гоняли. К тому же ты не в лучшем состоянии — будто не спала пол-ночи.

— Так и есть, — я сидела на лавке, отдыхала. — Ночью в дом пытались проникнуть.

— Кто? — нахмурился Миша.

— Не знаю. Хотели пограбить и… развлечься. Волчья стая их прогнала. Но я уже не смогла уснуть.

— Судя по ароматам — готовила.

— Нужно было как-то отвлечься. И кто-то просил завтрак. Но у меня больше блюда для обеда.

— Гулять, — сказал Глен и махнул на лошадей — те скрылись в лесу.

— Их не съедят?

— Нет, — добродушно улыбнулся медведь. — Это особая порода — такие, чтобы наши туши выдержать могли, и хищников прогнать, а то и покусать.

— Пошли, Анна, будем медитацию осваивать. Тебе в твоём состоянии — самое то. А потом потренируешь то, что вчера учили.

— Я слюной подавлюсь, — сказал Миша.

Улыбнулась его искренности.

— Могу накормить сначала.

— Нет, — строго сказал целитель. — Потерпит. Ты сама поела?

Я мотнула головой.

Медитация — это было то, что нужно. Смогла расслабиться не от усталости, а осознанно. Привела душевное состояние в норму. Даже увидела своё внутреннее строение и магические потоки.

— Молодец. А теперь, не открывая глаз, посмотри вокруг.

«Вау!» — сказала мысленно. Всё было таким ярким. Глен сидел напротив меня за столом. Михаил — рядом, на краю лавки.

— Мишка, встань, пусть посмотрит. Не раздевайся! — шикнул на него дядя.

А потом мы вместе услышали:

— Братцы, двери открыты! Повеселимся!

— В спальню и запрись, — коротко приказал Глен.

Я мигом оказалась в спальне. Сердце колотилось в горле. Медведи спрятались по бокам от входа в основную комнату. Бандиты входили по одному — медведи быстро укладывали их без сознания и оттаскивали в сторону. Справились за пару минут.

— Можешь выходить, — сказал Глен.

Выйдя, я замерла — семеро мужиков в лохмотьях. Мне поплохело от мыслей, что они могли сделать. Миша, видя, как я побледнела, усадил меня на лавку у стола.

— Всё будет хорошо, милая. Они уже никого не тронут. Это бандиты.

Их быстро вытащили на улицу, позвали лошадей и увезли в центр села. Я, с громко колотящимся сердцем, пошла вслед, только закрыв дом. Михаил созвал село и объявил о поимке банды. Те начали приходить в себя и даже пытались удрать — но кулак медведя быстро успокаивал.

Их казнили показательно. Без крови, быстро — просто свернули головы. Вперёд вышел староста и поклонился им. А хоронить будут уже деревенские.

После этого вернулась домой. Почему-то было чувство, что это ещё не всё. Об этом и сказала двум мужчинам, догнавшим меня.

— Скорее всего, да. Но, возможно, это малая банда. Не всегда они сбиваются в большие. Миша, оставь Ане переговорный артефакт — князь нас придушит собственноручно, если с тобой что-то случится.

Артефакт оказался медальоном на цепочке. Парень надел его мне на шею.

— Если нужно будет с кем-то связаться — подумай чётко об этом человеке и направь частичку магии в артефакт.

— Спасибо.

— Если опять кто ночью придёт — сразу связывайся с нами. Поняла? — спросил строго Глен.

— Да, спасибо.

А вот теперь пообедали. Борщ пришлось погреть — разогрела весь горшок. Мужчины большие — думала, съедят всё. Почти угадала: осталась одна порция борща и по три пирожка обоих видов. Явно оставили с расчётом, чтобы я могла поесть.

— Вкусно! — протянули сыто оба мужчины.

— Никогда ничего подобного не пробовал. Очень вкусно. Завидная невеста, — сказал Глен, с интересом посматривая на меня. — Ладно, племянник, нам пора. Завтра отдыхай — урока пока не будет. Свяжусь вечером и решим, когда ещё проведём занятие.

Проводив гостей, я решила заняться делами. Принесла ещё немного дров в сени и поняла, что запасы нужно пополнить — зима не за горами. Как нельзя кстати пришёл Максим. Я уже собиралась попросить его помочь с дровами за плату, но, взглянув на него внимательнее, поняла — пришёл он с другой целью.

— Привет. Я хотел пригласить тебя погулять. Могу показать, где река — на берегу прогуляемся.

— Прости, но я пока ни с кем не гуляю. И не собираюсь.

— А с медведями?

— Нет, не гуляю.

— Конечно, — бросил он раздражённо и пошёл прочь.

Ясно, просить его о помощи не получится. Взяла топор, пилу и на всякий случай корзинку. Не знала, получится ли снова срубить дерево, но вдруг найду грибы или ягоды. Быстро нашла подходящее дерево — оно уже начало сохнуть у корней. Срубила, обрубила ветки. Потом присела отдохнуть я была уже вся мокрая от пота. Ветки пришлось ещё и распилить на части поменьше, а затем перетаскивать к дому. До темноты успела всё сложить в сарай. В сумерках, уже с фонарём, занялась стволом. Осилила распилить его на несколько частей, но поняла — даже один пенёк не утащу. Придётся кого-то нанимать. Если никто не согласится — буду сама рубить на месте и переносить уже порубленные.

Услышав волчий вой, подхватила пилу и топор, сунула в сумку и пошла домой. Корзинку я ещё в начале отнесла с первой партией веток. Судя по вою, стая вышла на охоту — лучше не мешать.

Дома сначала постирала два платья и повесила сушиться возле печи. Поняла, что пора топить большую печь — иначе околею. Вздохнула тяжело: дрова — на вес золота, но выбора нет. Натаскала и растопила. После этого пошла купаться и вымыла волосы. Хорошо, что в последний момент забрала свой дорогой шампунь с маской. Даже жидкие мыла и масла прихватила — ничего из косметики не оставила. И правильно сделала.