На лице Зеркального По промелькнуло вороватое, затравленное выражение – но лишь на мгновение. Арф поскрёбся в дверь ещё раз. Зеркальный По выпрямился во весь рост и пристально оглядел нас – джентльмен до мозга костей, опёршийся скрещёнными руками на набалдашник трости из чёрного дерева.

– Идёмте же, все трое, – произнёс он. – Давайте отправимся в кварталы для белых. Я буду ждать вас в экипаже. – Он плотнее запахнул плащ и вышел из комнаты, а Арф бросился следом за ним.

– Он Эдди брат? – спросила Силла. – Мы ехать с ним?

Ещё в воскресенье после полудня она начала говорить на местном негритянском наречии. С поистине сказочной быстротой все наши прошлые «текелили», мои уроки и заботы Джилли принесли плоды во время воскресного обеда. Первая осмысленная фраза Силлы звучала так: «Дай ещё куры жареной!» Мистер Тёркл тут же передал ей блюдо с жареным цыплёнком, и Силла не умолкала до самого конца трапезы.

– Да, мы поедем с ним, – ответил я.

Поскольку Зеркальный По уже ждал нас, мы поспешно попытались привести себя в мало-мальски приличный вид. Я сбегал на улицу, чтобы вылить помои и набрать свежей воды. Наёмный экипаж уже дожидался на углу Национальной дороги. Я взлетел обратно по лестнице с полным кувшином, и мы наскоро привели себя в порядок.

Десять минут спустя мы уже сидели в карете вместе с Зеркальным По, лавируя среди огромных фургонов Конестога[40] – каждый с упряжкой из четырёх-шести лошадей. Эти тяжелые повозки отправлялись по Национальной дороге в сторону западного фронтира.

– Моя поездка в Филадельфию оказалась не напрасной, – сказал он. – Удивительное дело, но мне сопутствует удача. Я уже собрал двести долларов на открытие «Стилуса». Дорогой юный Эдди. – По улыбнулся и похлопал Эдди по колену. – Угадай-ка, где я остановился!

– В «Фонтан Инн»?

– Лучше! У меня апартаменты в отеле Барнума!

– Аллилуйя! – загоготал Эдди. – В лучшем отеле Балтимора! – Он покосился на свои чёрные руки и грубое платье. – И нас туда впустят?

– Будьте уверены, – ответил Зеркальный По. – Вам нужно лишь сойти за моих рабов. Я записался в книге постояльцев как полковник Эмбри. Главное – помалкивайте и ступайте за мной. Мейсон, ты понесёшь Арфа на руках.

Городской отель Барнума, расположенный на Монумент-сквер Зеркального Балтимора, оказался самым огромным зданием из всех, что я когда-либо видел: целых семь этажей в высоту. Наш экипаж с грохотом подкатил под элегантный, украшенный колоннами навес у входа. Держась на почтительном расстоянии, мы последовали за Зеркальным По внутрь. Швейцар ухмыльнулся и пропел: «Да, мэм!», пропуская Силлу. С её золотистыми волосами и в жёлтом платье, вся чистенькая, сверкающая красными зубами, она была потрясающе красива.

Ворс роскошного ковра в вестибюле был густым, как трава Бесчисленных Морей. Тяжёлые шторы из красного бархата обрамляли каждый из многочисленных дверных проёмов, а огромные зеркала в позолоченных рамах тянулись от пола до потолка, занимая всё свободное пространство стен.

– Моя рада, если мы жить тут, – сказала Силла, которую наконец-то порадовало хоть что-то за пределами Полой Земли. Она указала на одно из зеркал: – То быть ещё новый мир?

– Нет, дорогая Силла, это зеркало. Похоже на застывшую воду. – Я подошёл с ней к одному из них и постучал костяшками пальцев. – Ненастоящее.

– Ты и я? – она указала на нас.

Там, в отражении, были мы оба – чёрные как пиковый туз. Силла со своими полными губами и довольно приплюснутым носом выглядела весьма по-негритянски; моё же лицо обладало слишком тонкими и правильными чертами для раба, таскающего на руках собаку. А старина Арф, рыже-белый, преспокойно сидел у меня на руках, и чёрный контур его губ выглядел особенно мило. Позади нас я видел Зеркального По и Эдди, которые ждали нас у… лифта! Я никогда раньше не ездил на лифте.

– Пойдём, Силла.

Поездка в лифте неприятно напомнила нам наше путешествие сквозь океан в «яичнице» – но, конечно, всё закончилось за несколько мгновений. Раб, управлявший лифтом, с любопытством оглядел Эдди, Силлу и меня.

– Она твоя жена? – спросил он меня.

– Да, – с гордостью ответил я.

Люкс Зеркального По на четвёртом этаже состоял из гостиной и спальни, расположенных бок о бок прямо посреди фасадной стены отеля. В каждой комнате было по два окна, выходящих на улицу – выстроившиеся в ряд четыре окна. Великолепные апартаменты! Как и вестибюль, комнаты были устланы роскошными коврами и занавешены шторами из красного бархата; зеркал здесь тоже хватало. Словно плотного коврового покрытия от стены до стены было мало, поверх него лежало ещё несколько восточных ковров. Сама кровать была с балдахином, а при спальне имелась ванная комната с полноразмерной ванной, над которой возвышался большой резервуар со свежей тёплой водой, снабжённый краном.

Зеркальный По нажал кнопку электрического звонка, и буквально через минуту у нашей двери появился слуга – добродушный, хотя и тщедушный на вид седовласый негр в красной ливрее. Звали его Уильям.

– Принеси нам обед на четверых, – распорядился Зеркальный По. – Та утка, что была вчера, ещё есть? Да? Превосходно. Обед с уткой на четверых и приличный запас «Шато Марго». Думаю, три бутылки. И не мог бы ты послать мальчишку в аптеку за унцией опиума? Вот и чудесно.

Было десять часов утра вторника.

– И устриц с шампанским, – потребовал Эдди. – Четыре дюжины устриц и пять бутылок шампанского в ведёрке со льдом. Коньяк, арманьяк. И амонтильядо.

– Всё будет исполнено, как вы желаете, – ответил Зеркальный По. – Слышал, старший коридорный? И ещё пинту лауданума вместе с опиумом.

Уильям повторил заказ с таким невозмутимым видом, будто речь шла о совершенно безобидных тостах с чаем:

– Значица, четыре дюжины устриц, четыре обеда с уткой, три бутылки вина, унция опиуму, пять бутылок шампанского со льдом, одна бутылка коньяку, одна бутылка арманьяку, одна бутылка амонтильядо и пинта лаудануму. Будет ещё что, полковник Эмбри, сэр?

– Пусть лучше будет кварта лауданума, мистер По, – вставил Эдди.

– Как он сказал, – кивнул Зеркальный По, и на его лицо вновь вернулось то самое затравленное, вороватое выражение.

– Да, сэр. Это всё, что вам понадобится? Ваших слуг разместить на седьмом этаже?

– Пока я предпочёл бы оставить их при себе. И давай сразу же рассчитаемся.

Он достал из кармана тонкую пачку банкнот и протянул одну купюру Уильяму. Это были двадцатки!

– Да, сэр, полковник Эмбри. Я сейчас же принесу вам сдачу вместе с заказом.

Пока мы ждали, Эдди и Зеркальный По погрузились в разговоры о своём детстве. Арф устроился в углу спальни. Мы с Силлой ушли в ванную комнатку и с удовольствием вместе приняли ванну.

К тому времени как мы закончили мыться, Уильям вернулся, ведя за собой горничную и официанта. Официант встал к нам спиной, раскрывая устрицы и раскладывая их на буфете. Тем временем Уильям и горничная выдвинули стол на середину комнаты, накрыли его белой льняной скатертью и быстро расставили приборы на четверых. Уильям принял от Зеркального По чаевые, после чего они с горничной удалились.

Так начался наш долгий, последний пир.

– Сейчас херес был бы в самый раз, – заметил Зеркальный По. – Перед шампанским и устрицами. Официант, налей нам по бокалу амонтильядо?

– Да, сэр.

Когда официант отвернулся от буфета, неся небольшой серебряный поднос с четырьмя бокалами, я впервые смог как следует его разглядеть. Это был Ота?! Нет, нет – это был Зеркальный Ота, точная копия моего Оты, только на двенадцать лет старше и несколько располневшая.

– О-о, ого, Ота! – воскликнула Силла. – Почему ты старый, Ота?

И без того озадаченный видом белого джентльмена, обедающего в компании трёх рабов, Зеркальный Ота от восклицания Силлы и вовсе обомлел. Молча он подал каждому из нас по хрустальному бокалу хереса амонтильядо: сначала Зеркальному По, затем Силле, потом Эдди и, наконец, мне. Когда я взял свой бокал, Зеркальный Ота заглянул мне в лицо и так и отшатнулся от неожиданности.