Она резко мотнула головой в сторону задней двери, явно намекая, чтобы я садился.

Я секунду подумал, оценивая риски, потом быстро подошел и забрался в салон.

Внутри оказалось довольно тесно. Сойка сидела на переднем пассажирском, глядя на меня в зеркало заднего вида. Водитель, худой парень лет двадцати пяти, даже не обернулся. Автомобиль тронулся с места, влившись в неторопливый поток местных разношерстных колымаг.

— Чем обязан? — Я вопросительно взглянул на Сойку.

— Не здесь, — отрезала она.

Всю оставшуюся дорогу мы ехали молча. Седан немного попетлял по задворкам и трущобам, чтобы убедиться в отсутствии слежки, и только после этого мы подъехали к зданию Гильдии сталкеров. Вот только остановилась машина не у парадного входа, а заехала с торца к служебному.

Сойка молча вылезла из машины, я последовал за ней. Водитель остался внутри, заглушил двигатель и с чувством выполненного долга потянулся за сигаретами.

Войдя через служебный вход, мы оказались в длинном тускло освещенном коридоре. Сойка торопливо зашагала вперед, сапоги с набойками застучали по бетонному полу. Дойдя до конца коридора, мы спустились в цокольный этаж. Здесь было прохладно и тихо. Проследовав через небольшое помещение с низким потоком и толстыми опорными колоннами, Сойка остановилась перед ничем не примечательной дверью с круглым штурвальным замком. Такие я видел только в гангстерских фильмах на банковских хранилищах.

— Прежде чем войдем, — сказала Сойка, повернувшись ко мне, — хочу предупредить: внутри полная экранировка. Никакие сигналы не проходят. Записывающие устройства, передатчики, да и вообще любые энергоприборы вырубаются. Так что все, о чем мы будем говорить, останется строго между нами.

— Вот черт! — вмешалась Майя, и голос у нее при этом был довольно обеспокоенный. — Аид, я чувствую мощное зэн-антиполе за этой дверью. Есть вероятность, что некоторые мои функции внутри будут существенно урезаны. Связь с искином может прерваться. Я бы предпочла…

— Понял, — сказал я вслух, прерывая причитания Майи. Сейчас мне было не до ее истерик.

Сойка коротко кивнула, крутанула штурвал, потянула на себя массивную металлическую дверь и вошла внутрь. Я последовал за ней.

Ощущение было такое, словно вокруг резко упало давление. Уши сразу ощутимо заложило. Прочная и устойчивая связь с искином, к которой я привык настолько, что даже перестал замечать, исчезла. Майя замолчала. Привычный интерфейс, всегда мерцавший на периферии поля зрения, погас.

Меня окружила абсолютная тишина.

Подавление Системы ощущалось почти физически. Но вместе с этим я чувствовал, что способности, предоставляемые шестым кругом Силы все еще со мной. А значит Система не отключена полностью и переживать пока особо не о чем. Что же касается Майи, то я провел первые сорок с лишним лет жизни без голоса в голове и как-то справлялся, а значит и сейчас переживу.

Комната, где мы оказались была сравнительно небольшой. Голые стены и низкий потолок были обшиты панелями из какого-то серебристого металла. Посередине стояли стол и два стула. На столешнице тускло чадила керосиновая лампа. Внутри не было ни единого электрического прибора. Оно и понятно. Какой в них смысл, если, по словам Сойки, эненргон, электричество и даже зэн с Альтой здесь не работают?

Сойка закрыла дверь на замок, уселась за стол и указала мне на второй стул.

Когда я сел, она какое-то время молчала, угрюмо разглядывая меня. Потом достала из внутреннего кармана куртки плоскую металлическую фляжку, отвинтила крышку, сделала глоток и пододвинула ко мне. Я покачал головой и вопросительно поднял бровь.

— Тебя ищут люди Рогова, — заявила Сойка без лишних предисловий. — Ходят слухи, что ты замешан в пропаже одного из его гладиаторов.

Имя Рогова всплывало в разговорах и раньше. Это был промышленник, которому, насколько я помнил, принадлежал завод по переработке этериума в Риверсайде. По всей видимости, Рогов являлся представителем тех дельцов, что как-то умудряются процветать по обе стороны баррикад, словно сорняк, пускающий корни в любую почву. Именно на него, судя по слухам, работал Эверетт Хил до того, как на свою беду решил перейти мне дорогу.

— Рогов — это серьезная проблема, Карамазов. Хочу, чтобы ты четко это понимал. Он не какой-нибудь там уличный бандит или местечковый авторитет. У него заводы в Содружестве и добывающие комплексы на севере, а еще гостиницы, торговые центры, логистические сети. Он вхож в такие круги, куда нас с тобой не пустят даже полы драить. У него есть свои люди в Церкви Очищения, в администрации каждого вольного города, и, насколько мне известно, он является негласным спонсором Кровавого Дозора. Это не тот человек, которого можно игнорировать. И уж точно не тот, с кем стоит враждовать.

Сойка говорила спокойно, без лишнего нажима.

— Я учту, — коротко кивнул я, вполне отчетливо понимая, что нажил очень серьезного врага.

Сойка прищурилась, будто бы решая, хватит ли ей этого ответа. Потом сокрушенно качнула головой и перешла к следующей теме:

— Есть еще один важный момент. Пока тебя не было, в северные города хлынули беженцы из Содружества. В Камнегорск в том числе. Публика весьма пестрая: фермеры, торговцы, ремесленники. И среди них, как и следовало ожидать, затесались Красные Дьяволы.

Я, конечно, не подал вида, но внутри все болезненно сжалось.

— Мятеж подавлен, — продолжила Сойка. — Причем предельно жестко. Подробностей мало, но общая картина складывается весьма скверная. Насколько мне известно, их предали свои же союзники. Кто-то должен был открыть второй фронт, но когда в дело вмешался Темный, этот кто-то резко пошел на попятную. Британцы воспользовались моментом и утопили восстание в крови. Сейчас в Содружестве идет настоящая охота на уцелевших мятежников: казни, допросы, пытки, открытый террор гражданского населения. Оккупанты не церемонятся.

Она замолчала, взяла фляжку и задумчиво покрутила ее в руке, а потом взглянула на меня.

— Между прочим, некоторые из Дьяволов, что сумели добраться до Камнегорска, интересовались тобой. Расспрашивали, где тебя можно найти.

Сойка вновь замолчала, открыла флягу и сделала приличный такой глоток. Поморщившись, она хрипло спросила:

— Карамазов. Во что ты, мать твою, вляпался?

— В дерьмо, в что ж еще? — спокойно пожал я плечами я. — Впрочем, как и всегда.

— Это, черт тя дери, не ответ! — вспылила Сойка.

— Это единственный ответ, который у меня есть. Я не звал этих людей. Это они ищут меня. Больше мне пока нечего сказать.

Сойка пристально посмотрела на меня. Я спокойно выдержал ее взгляд. Она ждала откровенности, я же дал ей ровно столько, сколько позволяла текущая ситуация. Рассказать ей об Орлином гнезде, об Иване, о саботаже перегрузочного модуля, значило бы подставить ее под удар. Она и без того сильно рисковала, делясь со мной закрытой информацией.

— Ладно, мое дело предупредить, — она глубоко вздохнула, пытаясь взять себя в руки. — Да, и еще кое-что. Городской Совет уже осведомлен обо всех этих слухах. И о людях Рогова, и о Дьяволах. Вероятнее всего, они предпримут какие-то ответные меры. Не знаю точно, какие именно, но будь готов ко всему.

— Совет уже успел со мной побеседовать, — хмыкнул я.

Сойкины глаза на секунду слегка округлились.

— Когда?

— Сегодня. Прямо перед тем, как ты меня перехватила. Служба безопасности. Некий Карл.

Она понимающе кивнула. Похоже, это имя было ей знакомо.

— И каков итог?

— Поговорили. Причем максимально вежливо и без всяких там протоколов. По итогу меня отпустили, но прозрачно намекнули, что я нахожусь под плотным наблюдением.

— Карл далеко не дурак, — задумчиво произнесла Сойка. — Если он позволил тебе уйти, значит, решил, что на свободе от тебя будет больше толку. По крайней мере, пока.

Я едва заметно кивнул. Моя собственная оценка ситуации полностью совпадала с выводами Сойки.