— Это что? — Лера подошла ближе, с опаской разглядывая содержимое.

— Это инвестиционный портфель, — пояснила Алиса. — Диверсифицированный. Три луковицы Черного Нильского Лотоса — редчайший вид, цветет раз в сто лет, питается лунным светом и, согласно папиным источникам, дарует владельцу вечную молодость. И пять семян Иггдрасиля — Мирового Древа. Потенциал роста не ограничен. Всхожесть — сто процентов. Не требует полива, питается чистой эфирной энергией. Долгосрочный актив с гарантированной доходностью.

Дамир смахнул скупую слезу гордости.

— Она даже о диверсификации рисков подумала…

— Ладно, — выдохнула Лера, закрывая коробку. — Портфель так портфель. Только не говори учительнице про вечную молодость, а то она вызовет санитаров. Скажи, что это набор для юного садовода из Сколково.

Школьный двор Гимназии №1515 гудел, как потревоженный улей. Море белых бантов, строгих костюмов и, конечно же, цветов. Гладиолусы, астры, хризантемы — казалось, вся флора Подмосковья собралась здесь, чтобы умереть мученической смертью в пластиковых ведрах в учительской.

1 «А» класс выстроили у таблички. Учительница, Ольга Сергеевна, женщина лет сорока с усталой, но доброй улыбкой и стопкой тетрадей в руках, принимала цветочные подношения.

— Спасибо, Вовочка, какие красивые астры! Машенька, чудесные георгины! Подошла очередь Алисы. Она шагнула вперед, держа перед собой черную лаковую коробку.

— Алиса Яхридова, — представилась девочка, глядя прямо в глаза учительнице. — Ольга Сергеевна, от лица нашей семьи и в рамках установления долгосрочных партнерских отношений, прошу вас принять данный инвестиционный портфель в качестве стартового капитала для нашего будущего сотрудничества.

Ольга Сергеевна растерянно моргнула. Она взяла тяжелую, холодную коробку, открыла её и увидела странные черные луковицы и переливающиеся семена.

— Ой… спасибо, Алисонька, — неуверенно произнесла учительница. — Это… это какой-то новый набор для юного садовода? Очень… оригинально.

— Отчет о потенциальной доходности и инструкция по культивации прилагаются на флеш-накопителе внутри, — добавила Алиса и встала в строй.

Лера, стоявшая в толпе родителей, прикрыла лицо рукой. Дамир же сиял так, словно его дочь только что завоевала Персию.

Началась торжественная линейка. На крыльцо вышла директор школы, Антонина Павловна, — женщина монументальных размеров в строгом костюме. Она взяла микрофон и начала свою традиционную речь.

— Дорогие первоклассники, уважаемые родители, коллеги! — голос директора разнесся по двору. — Сегодня для вас открываются двери в удивительный мир знаний! Наша гимназия — это не просто школа, это храм науки, где мы раскроем потенциал каждого ребенка! Мы обещаем вам индивидуальный подход, инновационные методики, современное оборудование…

Дамир с тоской смотрел на обшарпанный фасад школы. Лера мысленно подсчитывала, сколько лет этому «современному оборудованию». А Алиса… Алиса стояла абсолютно неподвижно. Её взгляд был прикован к директору. Она внимательно слушала, слегка наклонив голову, как оценщик, изучающий сомнительный актив.

И тут Лера заметила нечто странное. Рядом с Алисой воздух слегка замерцал. Лера прищурилась и увидела его. Прямо за спиной её дочери, в полупрозрачной астральной проекции, висел дух. Он был одет в старомодный сюртук, на носу у него красовался монокль, а в руках он держал призрачный блокнот. Это был Зафар, визирь Дамира, в своей новой ипостаси.

Алиса, не поворачивая головы и не шевеля губами, отдала мысленный приказ, который Лера услышала прямо в своей голове:«Протокол. Стенограмма. Активация. Объект: Директор А. П. Запись устных договорных обязательств».

Призрачный Зафар встрепенулся. В его руках материализовалось длинное гусиное перо, которое он обмакнул в невидимую чернильницу. Когда директор произнесла: «Мы гарантируем безопасную и комфортную среду для ваших детей!», перо Зафара заскрипело по невидимому пергаменту, фиксируя каждое слово.

Дамир, тоже увидевший визиря, едва сдерживал счастливый смех. Он толкнул Леру локтем.

— Смотри! Она вызвала астрального нотариуса! Моя кровь! Она не верит им на слово! Она собирает доказательную базу!

— Нас вызовут к директору еще до первой перемены, — прошипела Лера, пытаясь незаметно спрятаться за спиной более высокого папы. — Она же потом придет к ней с этим протоколом и потребует отчет о выполнении обещаний!

Директор тем временем продолжала: — …в этом году мы закупили новые компьютеры в класс информатики, а в столовой вас ждет обновленное, сбалансированное меню!

Зафар заскрипел пером с удвоенной силой, делая пометки на полях. Алиса удовлетворенно кивнула. Сбор первичной документации шел по плану.

Прозвенел первый звонок. Дети, гудя и толкаясь, потянулись к дверям школы. Ольга Сергеевна, пытаясь пересчитать своих цыплят, собирала их в колонну. Она подошла к Алисе. — Алисонька, пойдем со всеми. Сначала у нас классный час, познакомимся, а потом… Она не успела договорить. Алиса протянула ей маленький, только что материализовавшийся из воздуха клочок бумаги, похожий на кассовый чек.

Ольга Сергеевна взяла его. На тонкой, как папирус, бумаге каллиграфическим почерком было выведено:

«ПРОТОКОЛ №1 от 01.09. Тема: Приветственная речь директора А.П. Зафиксированные обязательства: 14 (четырнадцать) шт. Ключевые пункты:

Индивидуальный подход (требует детализации).

Новые компьютеры (требует инвентарной проверки).

Сбалансированное меню (требует дегустации и калькуляции). Стенограмма снята и заверена. Ответственный исполнитель: А.Д. Яхридова».

— Что… что это? — пролепетала учительница, глядя на странный чек.

— Копия протокола, — пояснила Алиса деловым тоном. — Для сверки и последующего контроля за исполнением устных обязательств. Оригинал я оставила себе. Не волнуйтесь, это стандартная процедура при заключении долгосрочного контракта.

Ольга Сергеевна посмотрела на эту невероятно серьезную шестилетнюю девочку. Потом на странный чек в своей руке. Потом на удаляющуюся в толпе родителей спину могучего мужчины в дорогом костюме, который, кажется, беззвучно хохотал. Она поняла, что этот учебный год не будет похож ни на один из предыдущих двадцати лет её педагогической практики.

Алиса Дамировна вошла в храм науки. Но она пришла туда не как смиренная прихожанка. Она пришла как внешний аудитор с неограниченными полномочиями. И первый отчет уже лежал в её ранце, рядом с пеналом и сменной обувью.

Инвестиции в гранит науки были сделаны. Теперь оставалось только проследить, чтобы этот гранит не разворовали по дороге.

Любая закрытая экосистема неизбежно формирует собственную экономическую модель. Первокласснику требуется ровно три дня, чтобы понять: золотовалютные резервы центробанка в стенах гимназии №1515 не имеют никакой ценности. Рубли здесь — лишь бумажки, которые родители дают на обед.

Настоящая, твердая валюта, обеспеченная реальным спросом, состояла из трех базовых активов:

Наклейки (стикеры) с редкими покемонами или супергероями — высоколиквидные акции, подверженные, однако, сильной волатильности в зависимости от трендов.

Ароматизированные ластики в форме фруктов — надежные облигации, сохраняющие свою ценность на протяжении всей начальной школы.