Сразу взял данную новую ступень развития навыка. Зелье и свитки пронесу. С остальным придётся заморочиться, выпивать зелье увеличения максимального запаса маны, например.

Скорочтение. Вы прочитываете страницу за десяток секунд.

Ого! Пригодится при следующему походе в библиотеку. Но это исключительно для полезной информации, художественную литературу так читать не имеет никакого смысла.

А сейчас время выучить ещё кое-что новое из закромов, так сказать.

Травничество. В любой, даже техногенной локации, есть ресурсы для крафта и алхимии. Мхи, лишайники, грибки, цветы — всё это вы сможете разыскивать, различать и добывать на продажу или для собственных зелий.

Алхимия. Основы зельеварения. Зелья усиливают ваши характеристики. Яды — негативно влияют на противников.

Открыл книгу по алхимии и погрузился в изучение. Спустя пару часов вынырнул из неё с распухшей головой. Придётся пробовать все ингредиенты, чтобы понять их свойства. Но в остальном вроде ничего сложного. Варишь или настаиваешь, иногда замораживаешь. Если мы не говорим о сильных эффектах и длительных свойствах. Чем больше мороки, тем сильнее зелье.

Купленные манулы всё ещё никто не приобрёл. Но вот библиотечную книгу взяли. Причём в ней кроме печати библиотеки ничего примечательного и не было. Но как удалось понять, это очень престижно принести в другую библиотеку такой экземпляр, получишь какие-то преференции.

На две тысячи купил набор юного алхимика. Склянки в ударопрочном корпусе. Самые базовые ингредиенты. Ситечки, фильтры и прочая мелкая атрибутика.

Сварил зелье молодости. Ну как сварил тоже, потряс, посыпал алхимический краситель, который просто изменяет цвет, и разбавил водой. Маны как не бывало.

Блин! А про это никто не предупреждал. Варка зелий ману жрёт. Я вообще такого нигде не встречал. Несправедливо! Алхимия, блин! От слова химия. Когда борщ варишь, что-то мана не съедается.

Купил набор базовых зелий на ауке. И зелье увеличения максимального запаса маны. Смогу вынести все свитки и два зелья, только вот надо сначала проснуться. Отойти в сторонку и использовать Путеходец, а то странно будет очнуться со склянками и свитками в руках. Боюсь, тут уже отмазаться не выйдет.

Я открыл глаза. Лежал в пещере. Под головой рюкзак. За стеной растений, закрывших вход, видно, что начало светать. Прикрыл веки, снова очутился в Пути, взял в руку склянку с зельем молодости. Ещё раз проснулся. Пробирка была в руке. Спрятал её в карман.

Набрал сочащейся из скалы воды в бутылку и вышел на улицу. Караулили Мбаку, Лиз и Софи. Причём у последней сказались последствия экстренного лечения. Сосуды в глазах полопались.

— А чего наружи, а не в пещере? — тихо спросил я.

— Там совсем вырубает, — сказал Мбаку. — Тут хотя бы за рассветом наблюдаешь.

— Биологические механизмы включаются, — добавила Софи.

— Полейте мне воды, — сказал я и вручил Мбаку бутылку. Умылся. И даже почистить зубы. Паста была в рюкзаке у стюардессы, как и зубная щётка, которую она мне торжественно вручила, как символ власти.

— От голов тухлятиной несёт, — сказала Софи. — Обязательно было их вокруг лагеря ставить?

— Пойдём я тебе кое-что покажу, — мотнул я головой. Мы немного прошли. Потом чуть-чуть спустились до границы становища. — А теперь смотри внимательно. Вот эти отпечатки ты должна различить. Похожи на следы кровавых эльфов. Прошли и испугались дальше подниматься. Видишь на кусте клок шерсти, а вот царапина от когтей на камне, размер лапы сама представляешь. Идём дальше. Видишь этот сухой куст, точнее, то, что от него осталось. Насколько большая тварь здесь побывала, что не побоялась шуметь ночью, как думаешь? Но побоялась зайти на помеченную территорию. Пошли ниже.

— Может не надо вдвоём туда.

— Пошли-пошли. До вон того камня. Из-за него выглядывали на дорогу и видели частокол. Там основные следы. Большинство ночных визитёров довольствовались картинкой чужих голов на пике. Смотри, видишь эти чёткие отпечатки сапог. Два разведчика. Мужчина и женщина. По исполнению я бы предположил, что орочья обувка.

Последнюю подробность уже выдумывал, но девушка впечатлялась, так что почему бы и да.

— Дальше гляди. Маленькие босые ноги.

— Хоббиты.

— Да. Причём обрати внимание на крошки. Это хлеб. Я так думаю, те хоббиты, в чьей недостроенной норе мы встали на привал. Они живут где-то рядом. Живут хорошо, если у них есть мука, и они могут печь. Понимаешь? Дальше, идём к самому подножию. Последняя треть тех, кто мог к нам нагрянуть почуяли запах падали и не сунулись дальше.

Мы спустились до самого низа.

— Тут что динозавр был? — испуганно произнесла девушка, оглядываясь.

След впечатлял. Сантиметров пятьдесят в длину. И прошёл, видимо, тихо. Надо будет ещё расспросить всех часовых.

— Вопросы остались? — посмотрел я на Софи. Она покачала головой. В идеале, чтобы она нашу прогулку ещё всем пересказала. Было бы прекрасно.

Мы поднялись. Лагерь уже просыпался. Я всех выгонял из пещеры и призывал не шуметь, чтобы Элен и Рин побольше поспали. Все понимали важность этого и по мере сил пытались не быть громкими.

Я расспрашивал часовых о том, как проходили дежурства и характере ночных звуков. Подтвердились мои догадки. Ночью вокруг было шумно. Хищников хватает и в тёмное время суток.

Я пересчитал народ. Все на месте.

Чирлидерши немного стеснялись своей утренней помятости. Трудно было с этого не смеяться. Проснулась Рин и сразу такая сосредоточенная стала. Я покачал головой, намекая, что пока ей не стоит работать.

— Проснись для начала. Успеется ещё.

Потом самолично разбудил Элен.

— Выйди, — недовольно спрятала она лицо. — Дай умыться наедине.

Я вышел, а когда девушка позвала, постарался не выдать своих эмоций. Она всё ещё выглядела старше своего возраста в два раза.

— Я сильно плохо выгляжу?

— Ты хорошо выглядишь, но не на свой возраст, — спокойно заметил я.

— Раньше меня всегда другие лекари восстанавливали, — странным голосом выдала она.

— Вот держи, — я сунул ей пробирку.

— Что это за синяя гадость?

— Витаминный коктейль. Просто выпей. Подожди какое-то время, можешь смотреться в зеркальце и когда поймешь, что стала лучше выглядеть, выходи к людям.

Я вышел наружу. Все ждали моего слова. Были немного опухшие и сильно голодные.

— Значит так, народ, — сказал я. — У всех высыпали последствия экстренного лечения. Синяки и многие другие скрытые симптомы. Плюс болят, мышцы, суставы и связки после перехода. У кого-то начались воспаления после царапин о колючие кусты. Ходоки из вас сегодня так себе. Мы с Ликтором сейчас поищем съедобные растения. Потом я с Лиз поднимусь повыше, половим связь. Затем, как и говорил вчера, схожу с кем-то к обломкам. Добудем оружие, еды, лекарств и, если повезёт, радейку побольше. Пока мы всё это делаем, будут дневные дежурства, чтобы вас не схватили за задницу. Остальные в это время пользуются тем, что у нас есть источник воды, стираются, ополаскиваются, те, кто стояли смену под утро, можете доспать. Всё. Не шуметь. Быть на чеку. Аманда, попили дежурства. Ликтор, погнали.

— Я не очень разбираюсь в съедобных растениях, — тихо проговорил он, когда мы пошли от лагеря.

— Ну ты хоть знаешь, в каких нет токсинов.

Теперь и я пойму, но с ним быстрее. Да и если вырублюсь от съеденной гадости, лучше, чтобы был кто-то рядом.

— Это да. Но меня больше готовили по боевой части, а сельхоз дендровики это отдельная специальность по-своему увлечённых одарённых. Я с ними не ладил никогда особо. Надо их видеть. Там такие кадры.

— Ты сам тоже тот ещё кадр. Да и я. Да и Тор какой-нибудь. Так что…

— Ну с такой стороны я не думал. Что мы вообще ищем?

— Любую съедобную ботву. Корнеплоды. Ягоды. Грибы.

— Грибы. Нашёл грибника, — недовольно проворчал он.