Кабинка лифта шумно захлопнула двери. Вот ведь подстава. Шагах в ста справа услышал ещё один такой хлопок. И спереди. А слева не было, хотя по расположению вполне себе должно было быть.

Пошёл туда, от куста к кусту, от дерева к дереву. Крапива жалила ноги даже сквозь штаны, но терпел, и не такое случалось. Прошёл сколько-то и встал за деревом. Услышал тихий шаг, потом тихий «Ай!», затем шёпот: «Там крапива, ну его нафиг, пошли в другую сторону».

Дождался, когда свалят и побрёл дальше. Увидел кабинку лифта. Издали она походила на туалет. Если не ушла под землю, значит, игрок всё ещё внутри. И что он там караулит? Я тихо обошёл её. Шагов за десять снял кеды и пошёл в носках. Прислушался. Дыхания не слышано. Экранирует зараза.

Подобрал веточку и мягко бросил её в сторону куста. В кабинке кто-то пошевелился. И, судя по всему, он был в левом дальнем углу, если смотреть он входа. То есть прямо напротив меня. Я поднёс пистолет к стене на уровне колена, чуть наклонил дуло, чтобы выстрел прошёл по диагонали, уходя в пол. Сделал глубокий вдох и выжал спуск.

Бластер издал привычное «пиу!». В стене появилась проплавленная дырка, а внутри раздался сдавленный стон. Запоздало пришла мысль, что это мог быть Пашка. Я резко залетел внутрь.

Это оказался лорный маньяк. Я не помнил его имени, но он был председателем кружка по Дигме. Вечно гонял в мерче игры, и сейчас в нём же был. Вроде даже тащил всякую административку за сборную школы. Он многое знал, но теория и практика разные вещи. Он любил Дигму безответной любовью.

Я забрал пистолет, нож вместе с поясом и ножнами и заполз в колючий кустарник. Спокойно рассмотрел пистолет. Обычный револьвер системы кольт. Не спеша прицепил ремень поверх первого, чтобы нож располагался с левой стороны и выхватить его можно было правой рукой. Свой пистолет убирать не стал. С двумя буду выглядеть опаснее. И увидевшие меня противники могут решить, что у меня две попытки их поразить.

Тут и там периодически звучали выстрелы, а потом раздался душераздирающий крик. Это ещё что за срань? От пули так не кричат. И кабинка почему-то всё ещё не уехала. Я не стал поддаваться на провокацию и заглядывать внутрь. Лежал, прикинувшись частью ландшафта.

Услышал шаги. Тяжелая поступь раненного. На заросшей тропе показалась девчонка чирлидерша. С краю танцует обычно. То ли Франческа, то ли Флоренция, что-то такое. Пистолета у неё не было, в руке нож, на бедре неглубокая рана, пуля прошла по касательной, но кровь стекла в правый кроссовок и хлюпала.

Девчонка собрала последние силы и резко ворвалась в кабинку с ножом. Сейчас ещё испугается картины, что там предстала. По ушам ударил визг, отраженный из внутренностей лифта. А потом рык, и знакомое до боли урчание.

Вашу ж фантазию! Организаторы долбанные. Вот так подстава. Все тела персонажей заражены зомби-вирусом. Этот штамм ещё называется так поэтично «Морфей». Пока ты жив всё нормально, но, если погиб, мигом восстаешь в виде нежити. Теперь ходячие не дадут никому сидеть на месте.

Пока мертвец хрустел гортанью чирлидерши, я тихо выполз и направился прочь. Руки и ноги оцарапал. Кровь немного сочилась, но не беда. Это уже привычное явление.

Двинул к ближайшему зданию. Похожее по форме на огромный полукруглый авиационный ангар. Судя по тому, как его обтянули ползучие растения, это было заброшенное строение.

Услышал, как сзади кто-то ломится. И не один человек. Спрятался за ржавый скелет арт-объекта в виде солнышка.

— Глядите следы, — прошептал кто-то.

— Одиночка шёл, — сказал второй.

— И не зомби, — заметил третий. Это был Тадеуш, бывший десятый номер. Вот ведь столкнула лбами судьба. И мяч в этой игре на его стороне. Нечего и думать тройку одной пулей уложить.

Пока ещё был запас по расстоянию я рванул к зданию зигзагом. Выстрелов не последовало. Вот блин! Надеялся, хоть один пулю потратит.

Обогнул чуть приоткрытую дверцу. И тут же отпрянул назад. Просто подумалось, что слишком узко открыта, чтобы протискиваться приходилось. Грянул выстрел. Пуля срикошетила от двери, отскочила в стену, а от неё всё же врезалась в меня. Заговорённая она что ли была? После двух рикошетов попасть. Конечно, лишь слегка пробила мягкие ткани и вошла в грудь.

Я зашёл внутрь, пошатываясь, якобы умру. Благо пятно крови в области сердца на белой футболке выглядело очень впечатляюще, и пусть только тридцать миллилитров вытекло.

— Прости кто бы ты ни был, — проговорил шагнувший ко мне с ножом мой одноклассник Шон. Рыжий пиромант не стал менять образ.

Мне оставалось лишь сказать:

— И ты меня.

Я остановил ладонями, направленный в грудь клинок, пробил коленом в пах, и, вывернув нож из рук, всадил его чётко в висок. Оставил тело у входа, даже ещё ближе к двери положил, чтобы мешал войти. Снял с пояса трофейный нож и направился вглубь ремонтируемого помещения.

Вдоль стен расположились строительные леса. Под потолком на лебёдке зависла связка труб. Тут и там были складированы доски и мешки с цементом. Дальний вход открыт, и в любой момент оттуда могли ударить в спину.

Тройка противников уже приближалась. Я услышал испуганный выдох. Наткнулись на тело.

Три на одного. Но у меня есть теперь укрытия. Поборемся.

Павел Богданов

Пашка схватил первое попавшее оружие, но обычная полицейская «беретта» оказалась слишком большой для его руки, а в Дигме порой решают куда более тонкие мелочи, так что он взял какой-то лёгкий пистолет. «Глок». Это ему ни о чём не говорило. Подумалось, только, странный какой, словно у него даже отдачи не будет.

Парень сразу узнал брата. Походка, взгляд, это выдало его с головой. Молодое лицо, как у всех, кто играл анонимно и смешная густая поросль таких прям мужицких усов. Он проводил его в прицел пистолета, надеясь, что Анд всё поймёт.

Затем заметил Элен и Зеленоволосого. Уж про этого типчика брат рассказал достаточно. А потом и Ликтор его увидел и оскалился, и даже пошёл на встречу, но тут загорелись лампы и открылись лифты. Обиднее всего будет погибнуть от руки этого козла. Можно даже не сомневаться, если Зелёный его заметит, то погонится.

Пашка изучил карту пока ехал в лифте. И подумал, что отчасти ему сложнее, чем брату. Всё же новенький, смутно знает лишь нескольких человек по рассказам Анда. И без понятия, что от кого ждать. Зато не потеряет драгоценную секунду, увидев знакомое лицо, ибо все незнакомые. Гаси всех!

Лифт замер. Двери раскрылись прямо напротив кривого дерева, которое выросло вокруг старого указателя. Пашка выскочил, обломал ветку и засунул в лифт, чтобы двери не смогли закрыться, а брякали и привлекали внимание.

Он прошёл вперёд по траве, несколько раз, натаптывая след, ведущий в густую чащу. А затем задом вернулся, уже выбирая участки посвободнее, а иногда и поднимая примятую траву, занял позицию в старой будке, где когда-то варили кофе.

Сейчас внутри уже поросли цветы, а снаружи она была словно в вязанный свитер затянута вьюнком. Парень прицелился в окно выдачи. Как раз по прямой до лифта метров тридцать. Если с опоры стрелять можно попасть в корпус противника. Но добивать придётся уже вручную.

Он глянул вниз на полосу Слияния. Но её не было. От этого стало как-то не по себе, будто это всё не игра, а реальная жизнь, и ему сейчас придётся убивать не абстрактных соперников на турнире, а реальных людей.

Хлопанье двери начало уже и его самого бесить, к тому же мешало слышать округу. Но характерное рычание зомби всё же прорвалось до его слуха. Сразу двое мертвецов, парень в футболке с логотипом Дигмы и девчонка, с разорванным горлом. Кажется, он видел её на игре. Чирлидерша, если память не подводит.

Они пришли на звук двери. Осмотрев и обнюхав всё, ушли по ложному следу. Но прямо за ними шагах в сорока-пятидесяти крался человек. Эту девчонку Пашка знал. Рин. Хитрая лиса просто следовала за двумя зомбями, будто это её охотничьи собаки.