— Госпожа, идемте, а то его темнейшество гневаться будет! — с волнением окликнула меня Мари.

Я моргнула и посмотрела на нее растерянно. А после кивнула отстраненно.

— Да, сейчас, конечно, дай мне минуту.

Я метнулась в спальню, прикрыв за собой дверь, и прислонилась к стене, тяжело дыша.

Гневать такого, как Эларион, вовсе не хотелось, но мне надо было успокоиться. Нельзя дать понять ему, что меня испугало то зрелище. Ведь я уже догадалась, что он не прощает слабости, и если дам слабину, меня может постигнуть та же участь, как и тех несчастных во дворе.

Я глубоко вдохнула, пытаясь унять дрожь в руках, и поправила складки платья. Взгляд скользнул по зеркалу — бледное лицо, расширенные зрачки, но я заставила себя расправить плечи и приподнять подбородок.

— Иду, — тихо сказала я Мари, выходя из спальни.

Служанка повела меня по коридорам — теперь они казались еще более мрачными и зловещими, чем раньше. Каждый шаг отдавался глухим эхом, а тени, пляшущие на стенах от факелов, будто насмехались надо мной.

Дверь кабинета Элариона была массивной, из темного дерева с резными узорами, напоминающими переплетение змей. Пугающе.

Мари почтительно постучала, дождалась глухого «войдите» и распахнула дверь.

— Госпожа Дина прибыла, ваше темнейшество, — почти прошептала она и, поклонившись, отступила в сторону.

Я переступила порог. Кабинет был таким же холодным и строгим, как и Эларион: высокие книжные шкафы вдоль стен, тяжелый письменный стол из черного дуба, на одной из стен — гобелен с изображением каких-то древних битв. Мужчина стоял у окна, скрестив руки за спиной. Он медленно обернулся, и его взгляд, острый и пронизывающий, впился в меня.

— Так-так, — произнес он вкрадчиво. — И что же ты делала во дворе, Дина? Любовалась представлением? Понравилось зрелище? — в его голосе прозвучала ледяная усмешка.

Сердце забилось чаще, но я заставила себя не отводить взгляда.

— Я испугалась взрывов, — как можно спокойнее ответила я. — Хотела узнать, что происходит. А то, что я видела… это меня не касается.

Эларион несколько мгновений изучал меня, будто пытаясь прочесть мои мысли. Затем одобрительно кивнул:

— Правильный ответ.

Он отошел от окна и сел в массивное кресло за столом, жестом предложив мне сесть напротив. Я осторожно опустилась на стул, стараясь не выдать сковавшего меня напряжения.

— На замок напали убийцы, подосланные моими врагами, — заговорил он, глядя прямо на меня. — Они вырезали часть охраны — безжалостно и хладнокровно. Эти люди пришли сюда, чтобы убить меня. И я поступил с ними так же. Но сперва узнал имя заказчика. Теперь я знаю: против меня начал войну очень могущественный враг.

Я слушала, затаив дыхание. В его словах звучала железная логика, но память о вспышках пламени и рассыпающихся пеплом телах все еще жгла изнутри.

— Поэтому нужно как можно скорее обучить тебя магии, — продолжил Эларион. — Я представлю тебя высшему обществу как свою супругу и соратницу. Это прищемит хвост моим недругам. Пока они будут гадать, какую силу ты в себе несешь, у нас появится преимущество и время, чтобы собраться с силами.

Он поднялся, давая понять, что разговор окончен.

— Иди готовься к свадьбе. Она состоится сегодня вечером, как и было запланировано.

Я замерла.

— Сегодня?.. — невольно вырвалось у меня.

Эларион слегка приподнял бровь.

— И чем ты, интересно, удивлена? Нападение лишь подтвердило, что медлить нельзя. Чем раньше мы закрепим наш союз, тем лучше.

Я поднялась, чувствуя, как внутри смешиваются противоречивые эмоции. Страх никуда не делся — я все еще отчетливо помнила, как легко он расправился с пленниками. Но теперь в этой картине появилось кое-что новое: у него действительно не было выбора. Он защищался.

— Хорошо, — тихо произнесла я, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Я буду готова.

Эларион кивнул, и на мгновение мне показалось, что в его взгляде промелькнуло что-то отдаленно напоминающее одобрение.

— Ступай, — сказал он.

Выходя из кабинета, я невольно замедлила шаг. Мари ждала меня в коридоре, нервно теребя край фартука.

— Ну что, госпожа? Все в порядке?

— Да, — ответила я, но сама не до конца понимала, что именно сейчас произошло.

Шагая вслед за служанкой, я размышляла. Свадьба сегодня. Обучение магии завтра. Война с могущественным врагом в ближайшем будущем. Все это обрушилось на меня разом, но впервые за долгое время я увидела в происходящем не только угрозу, но и возможность.

«Если он действительно собирается меня обучать, — думала я, — значит, я получу силу. А сила — это шанс. Шанс не просто выжить, но и найти собственный путь в этом мире».

— Подойди ближе, дитя мое, — услышала я дрогнувший от волнения голос церемониймейстера, который должен был поженить нас с Эларионом.

Вздохнув, я подобрала юбки и нерешительно ступила по гладкому мраморному полу. Вскинув голову, чтобы казаться уверенней, я наткнулась на острый взгляд своего будущего мужа, который внимательно, с каким-то отстраненным интересом наблюдал за моим приближением. Словно ждал, что я выкину, и не сбегу ли в последний момент. И, если честно, у меня было такое желание.

Моя свадьба напоминала какой-то дешевый спектакль и официальную сделку одновременно. Никакой торжественности, ни музыки с фанфарами, ни банкета с гостями. В мрачном, освещенном тусклым светом факелов зале, куда меня привели, была лишь охрана, слуги и бледный пожилой церемониймейстер с трясущимися руками. Похоже, он был не рад присутствовать здесь, но выбора ему не дали, как и мне.

На мне было простое белое платье без лишних кружев и украшений, на ногах мягкие кожаные туфли, а волосы собраны в причудливую прическу. Мари постаралась, и она же долго вздыхала, что свадьба состоялась слишком быстро, и у них не нашлось достойного платья для меня.

Впрочем, мне было все равно — какая разница, если гостей нет, а брак этот лишь фикция.

— Мило, — сухо отозвался Эларион, смерив меня глазами, когда я остановилась возле алтаря.

Я молча поджала губы, уязвленная таким сомнительным комплиментом. Словно это моя вина, что на мне какое-то тряпье, а не нормальный наряд.

Сам владыка тоже не стал делать из нашей свадьбы какое-то важное событие, и на нем был все тот же привычный белый с золотом камзол, смотревшийся, однако, даже праздничный, чем мое платье.

— Начинайте, — таким же ровным тоном, не изменившимся ни на йоту, приказал он священнослужителю.

Тот неуверенно кивнул и затянул непривычную для меня речь, но с теми же словами о верности, опоре и поддержке, о «жить и умереть в один день», и прочую красивую чушь, сейчас совершенно неуместную. Такой, как Эларион скорей сам сгноит жену, и она загнется раньше него.

— Согласны ли вы, ваше темнейшество, взять в жены леди Дину? — услышала я как сквозь туман.

Весь этот фарс под названием свадьба казался мне чем-то далеким и нереальным, и уж точно этого не могло произойти со мной.

— Согласен, — без лишних эмоций ответил владыка, словно соглашался выпить чашечку чая.

— Согласны ли вы, леди Дина, стать женой его темнейшества Элариона?

Я открыла рот, но слова застряли в горле. Чувство было такое, будто подписываю себе смертный приговор.

— Ну? — нетерпеливо бросил Эларион, прожигая меня недобрым взглядом. — Хочешь назад, в свое немощное тело? Или, может, пустить тебя на опыты?

Церемониймейстер стал совсем белым и умоляюще посмотрел на меня. Собравшись, как перед прыжком в пропасть, я сжала ладони, с силой впившись ногтями в кожу, и выдохнула:

— Согласна.

— Вот и молодец.

Губы владыки тронула циничная улыбка. А после он властно притянул мне к себе и нагло, бесцеремонно поцеловал.

Прикосновение его губ было холодным и неживым. Словно меня статуя поцеловала. И уже через пару секунд он отстранился от меня, как ни в чем не бывало. Оглядел собравшихся, повернулся к церемониймейстеру и объявил: