Балор усмехнулся. — Это звучит примерно правильно.

— О боги, вот еще одна... — Дыхание Золотца перехватило, когда сильная схватка охватила все ее тело. Фишер, Фарис и Бетти появились как раз в тот момент, когда она стихла. У Фиша была стопка полотенец, которую он немедленно доставил к кровати. Фарис и Бетти поставили корзину, полную трав, кристаллов и кто знает чего еще, на столик, который мы приготовили для этой цели.

— Милая. — Фиш опустился рядом с ней и погладил ее по щеке. — Ты почти там, хорошо? Боль скоро пройдет.

Еще одна схватка, и она испустила ужасный крик. Я не мог слышать ее в такой боли. Боги, я бы хотел забрать у нее эту агонию.

— Ей лучше встать на четвереньки, — объявила Бетти, подходя с пучком сухих трав, которые она разложила в жестяной поднос и подожгла. — Это был единственный способ, которым я смогла родить, и именно так она появилась на свет. Это хорошая поза.

Бетти знала, что Лори мертва, хотя подробности еще не обсуждались. Слишком много всего происходило, чтобы вдаваться во все детали. Рик, Хантер и Рэнди Роджер тусовались в коттедже Бетти, чтобы дать нам всем уединение. К всеобщему удивлению, сестра Золотца, которая должна была быть здесь, отсутствовала. Хантер заверил нас, что она в безопасности, но там была история. К сожалению, ни у кого из нас сейчас не было времени беспокоиться об этом.

— Думаешь, тебе было бы удобнее? Мы можем помочь тебе перевернуться, — предложил Балор.

— Боги, да. Я больше не могу лежать на спине. Помогите мне, пожалуйста, помогите мне, — умоляла она, ее глаза взывали к каждому из ее парней. Тонкая простыня была на ее ногах, и она давно сняла ночную рубашку, сказав, что спортивный бюстгальтер удобнее.

— Хорошо, малыш. Давай, устроим тебя поудобнее, — успокоил Кам, убирая ее простыню. Вместе мы помогли ей занять более удобную позу, и она застонала от облегчения, когда позволила своему животу коснуться матраса, давая возможность вытянуть спину.

Она уже была обнажена ниже пояса, и Балор велел ей повернуться лицом к краю кровати и свесить ноги через противоположный край. Это позволит ему поймать детей.

Ее руки так сильно тряслись, что я не видел, как она сможет удерживать себя, но она справилась. Наша женщина была такой сильной. Бетти взяла маленькую стеклянную баночку из своей корзины и окунула пальцы в прозрачную жидкость. Она провела пальцами по лбу Золотца, носу и губам, бормоча какое-то заклинание.

— Сладкое дитя, я так горжусь. Ты скоро узнаешь, что значит любить по-настоящему. С этим нет ничего сравнимого. Это как я люблю тебя. Пусть звезды благословят тебя и проведут через роды в безопасности, — прошептала Бетти, вытирая непослушные слезы с ее лица. — Наслаждайся этим моментом со своими парнями. Я скоро вернусь, чтобы встретить твоих сладких девочек.

Золотце протянула руку и крепко сжала руку Бетти. — Я не могу. Мне больно, Бабушка. О боги, как же больно!

— Ты можешь и ты сделаешь это, Сейдж Уайлдс. Ты самое сильное существо в этой комнате. Сосредоточься сейчас, почувствуй комфорт своих парней, присутствие звезд и вытолкни этих детей, — строго сказала ей Бетти. Черт, у меня даже не было детей, которых нужно выталкивать, а я почувствовал, как сам попробовал вытолкнуть.

Золотце кивнула, отпуская руку своей бабушки. — Я люблю тебя, Бабушка.

Старая ведьма улыбнулась. — Я знаю. Увидимся скоро. — Она повернулась, чтобы посмотреть на каждого из нас. — Позаботьтесь о ней и сообщите, как только сможете. Я буду в своем коттедже с остальными. — С этими словами она вышла из комнаты.

— О, бляяяяя! — закричала Золотце, опуская голову на кровать, чтобы заглушить крики.

Балор встал позади нее, оценивая обстановку. — Тужься, моя королева. Тужься через боль. Ты можешь это сделать.

Кусок тоста пролетел по воздуху, за ним еще один и еще один.

— Какого черта ты сейчас делаешь, ты, ненормальный?! — рявкнул Слоан.

Фарис зарычал, продолжая разбрасывать хлеб. — Он весь сгорел. Испорчен. Мне нужен нетостер. Это дерьмо!

— К черту тосты, Фарис! Иди сюда! — закричала Золотце, выводя его из паники.

Он бросился к ней и взял ее за руку. — Прости. Я нервничаю, — пробормотал он. Золотце не ответила, так как новая волна боли быстро накрыла ее.

Я забрался на кровать и провел рукой вверх и вниз по ее спине. — Ты справишься, Золотце. Моя маленькая воительница. Тужься, принцесса. Продолжай тужиться.

— Аааа, меня прокляли! — взвизгнула она в одеяла.

— Рыжик, ты почти у цели. Давай, ты справишься. Мы здесь, с тобой. — Голос Слоана был серьезным, но, казалось, он дал ей именно то, что было нужно в тот момент.

— Тужься, тужься, тужься! Вот так. Вот и первая, — объявил Балор, и мне показалось, что мое сердце сейчас выпрыгнет из груди.

С животным криком Золотце выложилась на полную. Я смотрел в изумлении, как Балор держит крошечного, вертлявого ребенка с красным личиком и очень рыжими волосами. — Прекрасная маленькая девочка.

Она повалилась на бок, тяжело дыша. — Я сделала это?

— Ты сделала это, Детка. Боги, ты сделала это. — Кай поцеловал ее в голову, и Кам подошел с прохладной влажной тканью, чтобы вытереть ей лицо.

— Кто перережет пуповину? — Балор оглянулся и усмехнулся, когда мы застыли. — Ах, да ладно вам. Это маленький разрез.

— Кай, — сказала Золотце, улыбнувшись нашему Альфе, пока Фарис и Фишер зажали ее между собой, каждый держа ее за руку.

Взгляд Кая метнулся к ней, его рот открылся. — Да? Правда?

Я не мог сдержать смеха, когда он начал подпрыгивать на цыпочках от возбуждения. Кай внезапно посмотрел на меня, и его лицо упало. — О, я... То есть, Брам, ты должен сделать это.

— Что? Почему?

— Я просто подумал, потому что у нее такие же волосы, и ты ее...

Я медленно покачал головой, сначала медленно, а затем более решительно. — Я ее кто? Отец? — Я посмотрел на свою семью, всех нас вместе и живых, разделяющих этот момент. — Независимо от того, кто стал отцом этого ребенка, или любого другого, которым звезды нас благословят, я клянусь любить каждого ребенка, рожденного в этой семье, как своего собственного. Эта маленькая принцесса не только моя. Она наша. Пожалуйста, Кай. — Я похлопал его по плечу. — Перережь пуповину, брат.

— Лучше не скажешь, — согласился Кам, его голос был сдавлен от эмоций.

— Я так взволнован! — Кай подпрыгнул, буквально, к концу кровати, и Балор объяснил, что ему нужно делать.

— Ты была идеальна, милая. Я так тебя люблю, — прошептал Фиш Золотцу, целуя ее в щеку.

Фарис смотрел в изумлении, как Кай перерезает пуповину, и я внезапно заметил крошки тоста, разбросанные в его волосах. — Абсолютно потрясающе, Светлячок. Спасибо, что подарила нам такой подарок.

Балор осторожно отнес ребенка к столу. — Позволь мне привести ее в порядок. Отдохни немного, моя королева.

Маленькие крики разносились по комнате, и с затянувшимся взглядом на мою маленькую воительницу я подошел к Балору. Мне нужно было увидеть лицо моей дочери вблизи.

— Тсс, маленькая принцесса. Мы отведем тебя к твоему папочке через минуту. У твоей мамы еще есть работа, — ворковал Балор, вытирая ее. Он взглянул на меня через плечо. — Сними рубашку, Ваше Величество. Младенцам нужен контакт кожа к коже.

Слезы затуманили мое зрение, когда я чуть ли не сорвал с себя рубашку. — Куда мне... Я имею в виду, нужно ли мне... — Черт, я не мог даже сформулировать предложение. Я никогда раньше не держал ребенка на руках.

— Присядь вон там, на кушетку.

— Хорошо, да. — Я побежал к этой штуке. Балор был закутан в мягкое кремовое одеяло, которое я собирался заменить на то, которое связал сам, как только смогу. Сверток в его руках был таким маленьким. Таким хрупким. Я посмотрел на кровать и увидел, что Золотце смотрит на меня с любовью, прежде чем ее лицо сморщилось, превратившись в выражение крайней боли.

— О боги, мне нужно тужиться!

Балор быстро положил ребенка мне на руки, прижимая его тело к моей груди. Он осторожно укутал ее одеялом, прежде чем броситься обратно к моей паре. Остальные помогали Сейдж вернуться в положение, когда я услышал самый маленький воркующий звук, который я когда-либо слышал. Мое сердце растаяло в лужицу, прежде чем я даже взглянул на ее лицо.