— Хорошо, псих. Иди. — Брам улыбнулся мне, и я чуть не упал в обморок, как влюбленный дурачок. Вот мы посреди настоящей битвы. Я уже убил пятьдесят других демонов за последний месяц, и сегодня я убил еще десять.

Брам любил драться так же сильно, как и я. Я видел жажду крови в его глазах, когда он пил мою кровь. О боже.

— Ладно, пока, — быстро сказал я, прежде чем сделать что-то эпически испорченное, например, просто украсть этого мужчину и удовлетворить свои желания. Пробежав по платформе, я использовал ноги, чтобы оттолкнуться и перевернуться, эффективно приземляясь, как человеческий шар для боулинга, сбивая пятерых демонов. К счастью, я избежал их рогов. От них могло быть больно.

Откинув голову назад, я издал боевой клич. — Да здравствует король Брам! — Я нырял и лавировал среди наших врагов, выбивая коленные чашечки, нанося удары по яйцам и удары в горло. Это было мое призвание в жизни — быть таким убийцей.

Мне было интересно, чувствуют ли себя шершни так же. Они выводят тебя из себя, затем ты даже не замечаешь их приближения, и бац! Мир боли. По крайней мере, они это заслужили. Я безумно улыбался, когда вокруг меня разносились крики «Да здравствует король Брам!», становясь все громче и громче.

Азраэль был в ярости. Я слышал, как он кричит и ноет, как большой уродливый драконий демон-ребенок. Я был сыт по горло его дерьмом. Может быть, если я смогу достаточно разозлить его, он отвлечется, и тогда у нас будет шанс. Да, именно это я и собирался сделать.

Снова откинув голову назад, я решил действительно поднять ставки в этот раз. — Азраэль — сучка! — Потребовалось время, но вскоре все подхватили этот боевой клич, и я знал, что это работает. Азраэль практически устраивал истерику там, наверху.

После этого я сосредоточился на поиске раненых, исцеляя их и возвращая в строй. Это еще не было концом, но, надеюсь, скоро будет, и потери будут ограничены.

Я был и Жнецом, и ангелом жизни.

Кам уже был поглощен толпой. Я все еще чувствовала затянувшееся ощущение его губ на своих, его рук на себе. Кам был моей скалой. У него был такой подход, который укоренял меня в реальности, одновременно заставляя чувствовать, что я могу летать. Как будто он хотел защитить меня, убедиться, что я в безопасности, но при этом он давал мне чувство, что я способна на все это сама. Это было одной из вещей, которые я любила в нем больше всего.

Вокруг меня лежали тела с лужами крови вокруг них. Некоторые из охранников и демонов, присоединившихся к нам, все еще стонали от боли, в то время как другие были совершенно неподвижны. Я на мгновение задумалась, смогу ли я их исцелить, и затем вспомнила лицо Кама, когда он умолял меня остаться на месте. Так что я так и сделала. Это была агония — знать, что я могла бы помочь, но я выбирала не делать этого. Я не хотела быть таким человеком.

Мои глаза снова скользнули по двору, и я заметила Балара возле платформы, делающего уколы людям, чтобы дать им преимущество над силой Азраэля.

Хол, Брам, несколько охранников и несколько человек из крыла слуг добивались прогресса в борьбе с ним. Но он все еще не сдавался. Он не был легким противником, и я подозревала, что это потому, что он использовал какую-то силу, которая либо ослабляла действие магии других людей, либо усиливала его собственную. Возможно, даже обеспечивала своего рода силовое поле вокруг него. Что бы это ни было, он все еще выглядел невероятно сильным, в то время как наша армия начинала проявлять признаки усталости.

Вейрин и его драконы отлично справлялись с лучниками, оставшимися вдоль каменной стены. Рядом с Вейрином сражался еще один человек, который выглядел поразительно похоже на него. Его брат, значит. Хорошо, я была рада, что они нашли друг друга. Сегодня собрались самые разные люди. Включая этих жутких типов в масках. Они были особенно жестоки, и я была благодарна, что они были на нашей стороне, потому что боги... возбуждение, которое они, казалось, получали от убийства, казалось просто неестественным. Честно говоря, я не могла даже смотреть на это.

Потасовка на платформе привлекла мое внимание. Балор встал на пути другой драки и либо споткнулся, либо его сбили с ног. Я смотрела, как он падает, и паника поднялась в моих венах. Я надеялась, что он не был серьезно ранен — он был единственным здесь, кто проявил ко мне доброту, пока я была в заключении. Без него, кто знает, что было бы со мной и моими девочками? Без Балара я сомневалась, что у нас была бы армия, которая у нас была сегодня.

Я вышла из укрытия, даже не осознавая, что происходит. Я смотрела в замедленной съемке, как вакцина, которую он сжимал в руке, вылетела и несколько раз покатилась, прежде чем остановиться. Балор не вставал. Он не двигался.

Я уже решила помочь ему, пробираясь ближе. Когда я двигалась сквозь толпу, волосы на моем затылке начали шевелиться. Я чувствовала, как мои ладони становятся влажными. Что-то было не так.

Наши глаза встретились в тот же момент. Лори ползла на руках и коленях, оставаясь незамеченной мужчинами, сражавшимися над ней. Медленно ее глаза посмотрели туда, где лежала игла, которую уронил Балор, а затем снова сосредоточились на мне.

О, черт, нет.

Рванув вперед, это была гонка, кто доберется первым. Я не знала, зачем ей эта вакцина, но я не хотела, чтобы у нее было что-то, что она хотела, когда-либо снова. Мне было все равно, была ли это туалетная бумага в два слоя — она не получит ее. Мои пальцы сжали ствол шприца, и она завизжала мне в лицо.

— Отдай это мне, неблагодарная маленькая сучка. — Она попыталась схватить меня за запястье, но я была слишком быстра.

— Я не знаю, зачем тебе это, но ты можешь забыть об этом, ты, злая пизда. — Слова слетели с моего рта, как огонь. Мне надоела эта жалкая пародия на женщину. Честно говоря, я не знала, осталась ли в ней хоть капля человечности.

Раньше я предполагала, что она испытывала ко мне какие-то чувства, будь то дружба или, знаешь, просто не желать зла кому-то, потому что вы родственники. Ее чувства ко мне никогда не были материнскими, но я приняла это давно. Она родила меня, когда была молодой. Она не была готова.

Но зная то, что я знаю сейчас, все меняется. Она намеренно забеременела мной. Она намеренно разбила сердце моему отцу. Она намеренно испортила мое детство, заставляя меня думать, что у меня нет отца, который хотел бы меня, и давая мне знать наверняка, что у меня есть мать, которой на меня наплевать.

Отвратительное создание, которое смотрело на меня с ненавистью миллиона душ, ничего ко мне не чувствовало. Она даже не видела меня в этот момент. Ее зависть, ее эго, ее желание власти — вот все, что ее волновало, и так будет всегда. Это никогда не прекратится. Ее взгляд опустился на мой живот, и я зарычала, звук был достаточно ужасающим, чтобы привлечь внимание окружающих. Если она думала, что доберется до моих детей... Нет, блядь. Я сделаю все, что нужно, чтобы этого не случилось. Она бросила меня, и боги знают, что она сделала с моей сестрой.

Лори издала злой смех в ответ на мои слова. — Значит, — поддразнила она с усмешкой, — у хорошей маленькой ведьмы есть клыки. Я всегда знала, что ты не что иное, как фальшивка. Все всегда так рады видеть твою улыбающуюся мордашку. Ты всегда так стремишься помочь всем. Все просто тебя обожают, не так ли? Они не знают, что на самом деле внутри тебя, потому что на каждую частичку счастья и доброты, которые живут в тебе, во мне живет и ты. Давно пора показать свое истинное лицо.

Рука Лори поднялась почти быстрее, чем я могла уследить, но я успела поднять свои собственные руки в последнюю секунду, заставляя ее атаку лианами столкнуться с моей. Она была определенно сильной, и это была не естественная магия. Она чувствовалась грязной и испорченной, синтетической. Я не знала, чем они с Азраэлем занимались, но что бы это ни было, оно не должно было существовать. Но даже если она была так же зла и обладала такой же силой, как и я, я была злее, и я была сильнее. Пришло время показать ей, на что я действительно способна.