– Пойми, Ричард! – в голосе чернеца звучала необычайная сила. – Ты видишь лишь то, что происходит сегодня и здесь. Но посмотри вперед и оглянись назад. Неужто ты не понимаешь, для чего на самом деле сражался? Ведь враги Христовы не так давно владели лишь ничтожными кусочками земли на Востоке. А сколько у них владений теперь? Неужто ты мнишь, что они не пошли бы за пределы Сирии, Палестины? Что не захватили бы Грецию, затем Италию, что потом не пришли бы во Францию и в Англию? Они напористы и злобны, их вдохновляет слепое желание истребить все, что устроено не так, как они хотят. Еще недавно им казалось, что никто и ничто их не остановит. Ты не только остановил их, ты заставил их бежать от христиан! И они поняли: туда, где властвуют такие, как ты, им идти нельзя. Твой поход спас христианские земли от уничтожения... Хотя это вовсе не конец. Война продолжится и будет длиться до Страшного суда.

– Но есть силы, которые хотели бы и нашей гибели, и гибели мусульман! – прошептал Ричард. – И это не только тамплиеры. Кто стоит за невидимками, что пытаются уничтожать нас их руками и их нашими?

– Дьявол! – так же спокойно произнес монах. – Все зло мира направляет он. И, заключив сейчас мир с Саладином, ты разрушишь планы врага рода человеческого. Смелее, Ричард! Тебе предстоит еще много испытаний, но это – одно из самых трудных.

Почувствовав гнев, не на Григория, но на того, о ком он сейчас упомянул, Львиное Сердце отвернулся и, сжав кулаки, снова долго-долго смотрел на подернутый дымкой Иерусалим. Когда он обернулся, монаха рядом не было. Нет, он не растаял в воздухе и не исчез. Просто вновь спустился по склону, по которому перед тем взошел, и отправился обратной дорогой, держа путь в далекий Афон.

На другой день Ричард узнал, что король Филипп-Август собирается покинуть лагерь крестоносцев и вернуться во Францию.

А еще через день послы Саладина снова посетили предводителя христиан и сказали, что султан желает встречи. И готов предоставить христианам право жить в Иерусалиме, молиться в его храмах, готов отдать все побережье от Яффы до Тира, только если Ричард уведет свои войска.

– Я готов принять Салах-ад-Дина, – сказал король послам. – И даю мое королевское слово, что здесь, в нашем лагере, ему ничто не будет угрожать.

Вскоре два знаменитых воина и государя встретились. А еще через месяц мир был заключен, и ворота Святого Города раскрылись для крестоносцев.

[1] В средние века быки были основным гужевым транспортным средством, их впрягали в возы и телеги, а потому им, как и лошадям, требовались подковы, чтобы не стирались копыта.

[2] Киликийским морем называлась часть Средиземного моря, омывающая берега Килики – средневекового государства в Малой Азии.

[3] Мессина – в средние века – главный город королевства Сицилия.

[4] Во времена рыцарства отношение к рыцарскому мечу было совершенно особенное. Он считался почти священным, и ему принято было давать имя собственное. Нередко на мече был начертан девиз рыцаря, хотя чаще его писали на щите.

[5] С развитием в Европе крупных промышленных городов стали возникать законы, упорядочившие отношения городского населения и богатых сеньоров, земли которых примыкали к этим городам. В частности, появился и закон об освобождении от крепостной зависимости крестьян, переселявшихся в города. Согласно этому закону, крестьянин, проживший в городе один год и один день, официально становился свободным.

[6] Собственностью сеньора считались не только входившие в его владения леса, не только водившаяся в них дичь, но все, что этот лес мог дать, в том числе даже сухие ветки, хворост и валежник. Собирать их жители этих мест могли только с соизволения сеньора, а самовольный сбор нередко сурово наказывался.

[7] Взимание дани за проезд через земли сеньора было узаконено и долгое время существовало почти во всех европейских странах.

[8] К тому времени, о котором идет речь, во многих крупных городах образовались так называемые цеха – ремесленные мастерские, где обычно работал один или несколько мастеров, а также ученики и подмастерья. Мастер, хозяин цеха, имел на него определенные права, которые мог передать по наследству, оставляя наследнику не только помещение и инструменты, но и своих помощников, подмастерьев и учеников, если они, разумеется, желали остаться здесь работать.

[9] Бармицей называлась кольчужная сетка, надеваемая под шлем и защищавшая шею рыцаря.

[10] В средневековье, да и много позже, бытовало убеждение, что ведьмы, расчесывая свои волосы, таким образом призывают злых духов, вызывают видения и т.п.

[11] При прохождении войска Фридриха Барбароссы через территорию Армении германцы встречали там самую дружескую поддержку и получали помощь – продовольствие, проводников и т.д.

[12] По сложившейся исторической традиции принято иное написание этого имени, которое носили многие французские короли: «Людовик». Однако автор считает возможным писать это имя так, как оно звучало на французском языке – «Луи», поскольку его, ко всему прочему, носит один из героев книги.

[13] Донжон – в данном контексте – центральная башня замка или крепости. Иногда донжоном также называли тюрьму.

[14] Как ни фантастичен этот рассказ, он, тем не менее, взят из истории, как и многие другие события романа. Граф Анри Шампанский (вполне реальный исторический персонаж) рассказывал о том, как побывал в гостях у Старца горы, и тот продемонстрировал ему свою власть над подданными именно таким страшным способом.

[15] В описываемый период Англия уже довольно длительное время находилась в вассальной зависимости от Франции, составляя с нею, если не полностью единое государство, то, как сказали бы в наше время, единое геополитическое пространство. Вся рыцарская и придворная знать, не говоря уже о королевском доме, были в Англии выходцами из Франции, а потому родным языком для них оставался французский.

[16] Туаза – мера длины, принятая в то время в ряде европейских стран. Составляла около 180] сантиметров.

[17] На рубеже IX – X веков воинственные норманны, которых в Англии чаще называли датчанами, потому что они совершали свои пиратские набеги именно с территории Дании, постоянно угрожали английским владениям и в конце концов захватили часть из них. Кое-что из их вооружения, в частности необычайно мощные луки, обладавшие высокой дальностью боя, было затем заимствовано как англичанами, так и французами.

[18] Кантар – мера веса, около 50] килограммов.

[19] Прево в средние века – начальник городской полиции.

[20] Жонглерами назывались в средние века бродячие актеры, которые по сути являлись и фокусниками, и акробатами, а зачастую и сочинителями песенок, и собирателями всяких преданий и легенд.

[21] Единственная дочь герцога Вильгельма Аквитанского Элеонора была, одной из самых ярких и незаурядных женщин эпохи Средневековья, в возрасте пятнадцати лет была выдана замуж за французского короля Луи (Людовика) Седьмого. Вместе с ним принимала участие во Втором крестовом походе. Отношения супругов, с самого начала достаточно прохладные, вскоре совершенно испортились, и в 1152] году Элеонора добилась развода с мужем и вернулась в Аквитанию. Спустя два года, в 1154] году согласилась стать женой наследника английского престола принца Генриха, ставшего затем королем Генрихом II.

[22] Слово «prins» принято переводить и как «герцог», и как «князь».

[23] В средние века, да и много позже ночлег в одной постели со знакомым и даже малознакомым человеком не был чем-то особенным. В большинстве домов, даже у людей достаточно состоятельных, не было гостевых комнат, и предложение хозяина разделить с гостем постель было обычным проявлением учтивости.

[24] Тамплиеры – храмовники – рыцарский орден, основанный в XI веке несколькими рыцарями под предлогом необходимости защищать паломников, посещавших Святую Землю, в то время уже завоеванную крестоносцами, от многочисленных разбойников, бесчинствовавших на дорогах. В самое короткое время орден стал сказочно богат и владел многочисленными замками по всей Европе. С ним и его деятельностью связано множество преданий и легенд. Известно, что тамплиеры стремились овладеть не только богатством, но и тайными знаниями, дающими власть над людьми и событиями. Это дает основание считать орден – первой из официально известных европейских масонских лож, хотя самого названия масоны (вольные каменщики) в то время еще не существовало.