Она возвращается ровно через минуту с другим платьем.

Это... бесспорно красивое, хотя и в похожем стиле, но нежных оттенков красного и оранжевого, как языки костра, тянущиеся к небесам.

— Это понравится вам больше, моя леди?

— Нет. И я бы предпочла, чтобы ты называла меня Эсме, — отвечаю я. Она заслужила хотя бы это.

Нисса качает головой. — Я не посмею, моя леди.

— Я никому не расскажу. Наедине ты зовёшь меня Эсме. Наедине я называю Дейна как захочу. Честная сделка?

Она тихо хихикает и, всё ещё неохотно, помогает мне надеть моё теперь уже чёрное платье.

— Не выставляй напоказ тот факт, что ты его изменила, — предупреждает она. — Я не смогу защитить тебя от последствий.

Я бросаю полотенце и натягиваю платье через голову. Магия ощущается прохладной на коже, вибрируя слабой, тёмной энергией. Сидит идеально. Ажурные бретели ложатся легко на плечи, а ткань такая гладкая и мягкая, что кажется, будто нежный ветерок жаждет коснуться каждого дюйма моей кожи.

— Оно невероятно лёгкое, — говорю я, делая несколько шагов к окну.

Свет, проникающий внутрь, тот же. В Дрейтисе нет чувства дня и ночи. Только горящий огонь, светящиеся недра земли на каменном небе. Если бы у меня было сердце для этих людей, я бы сказала, что печально, что многие из них никогда не видели настоящего неба.

К счастью, у меня его нет.

— Мы предпочитаем более лёгкие ткани и меньше одежды, чтобы облегчить переход из человеческой формы в драконью, — объясняет Нисса. — Платье легко снимается для этой цели. То же самое с туниками и мантиями джентльменов. Их доспехи снимаются так же быстро.

— Значит, вы раздеваетесь и обнажаете свои драконьи формы, — сухо говорю я.

— Да, моя леди, — начинает она, затем замолкает, когда я покашливаю и смотрю на неё. — Да, Эсме, — поправляется она с застенчивой улыбкой.

Я смотрю на себя в зеркало, собирая тёмные волосы в свободный, удобный пучок. Платье струится, как тёмная вода, обрисовывая фигуру и придавая незнакомую грацию.

— Кажется, мне это нравится, — бормочу я в основном для себя.

— Вы выглядите в нём прекрасно, — говорит Нисса.

— Красота никогда не была в моём списке.

— Красота приходит естественно, — отвечает Нисса. — В вашем случае, ей никогда не было места в списке.

Я поворачиваюсь к ней лицом, удивлённая неожиданной добротой. Интересно, она просто вежлива или действительно настолько искренна. — Спасибо, пожалуй.

— А теперь спустимся вниз. Лорды ждут.

— Лорды?

— Драконьи лорды Дома Драксион.

Желудок сжимается в тугой, холодный узел. Я следую за Ниссой из покоев в коридор, который ведёт к величественной лестнице, плавному изгибу отполированного обсидиана, спускающемуся в обширное, похожее на пещеру пространство. Дворец — это упражнение в запугивании, построенное, чтобы напомнить любому не-дракону об его ничтожности. Потолки взмывают в тень, такие высокие, что поглощают звук наших шагов, оставляя лишь слабое, одинокое эхо. Окна — это вообще не окна, а массивные, когтевидные прорези в камне, каждый острый край позолочен и сверкает.

Повсюду горят огни, в массивных жаровнях и углублённых очагах, питаясь какой-то вязкой маслянистой субстанцией, от которой воздух приобретает вкус металла и гордости. Просто дышать здесь — всё равно что вдыхать саму суть этого места, и мне начинает казаться, что дымный, опалённый запах просачивается в мою кожу, становясь частью меня. Это должно было бы бесконечно раздражать меня, но вместо этого обостряет грани моего гнева. *Пусть наполняют меня своим пеплом; я превращу его во что-нибудь горючее.*

Стражи выстроились вдоль коридора, их отполированные золотые доспехи ловят свет огня, когда мы проходим. Они стоят недвижимо, словно позолоченные статуи, но их глаза живы, следят за каждым моим шагом, как хищники следят за движением в кустах. Каждый взгляд — физическая тяжесть, напоминание, что я добыча в самом логове охотников.

Зал открывается в комнату настолько обширную, что её центр кажется пустым, звук нашего появления поглощён самим масштабом пространства.

— Зал для завтрака, — шепчет рядом Нисса, её голос — нервный вздох. — Где лорд Дейнтазар ждёт вместе с отцом и братьями.

Окна от пола до потолка, обрамлённые обсидианом, открываются на широкую террасу с видом на невероятный, светящийся город. Посреди комнаты стоит длинный мраморный стол, его поверхность отполирована до зеркального блеска. Каждый украшенный стул занят — кроме одного, отодвинутого и ждущего, прямо рядом с Дейном. Почётное место или мишень.

В тот момент, когда мы входим, мужчины Дома Драксион встают как один. Все они скроены из той же ткани, что и Дейн — высокие, широкоплечие, с острыми, аристократическими чертами лица, несущими в себе тонкую угрозу их истинных форм. Воздух трещит от их коллективной силы, низким гулом древней магии, от которой волосы на моих руках встают дыбом.

— Доброе утро, мои лорды, — приветствует их Нисса, её голос едва слышен, прежде чем она исполняет глубокий, безупречный поклон.

Она бросает мне быстрый, умоляющий взгляд из-под серебряных ресниц. Я стискиваю зубы. Каждый инстинкт кричит мне стоять прямо, встретить их высокомерие собственным неповиновением. Но я одна Тёмная Кровь против комнаты драконов. Мои новообретённые силы кажутся мерцающей свечой перед их адским пламенем. Я следую её примеру лишь слегка, склоняя голову в неглубоком поклоне.

— Так это та самая тёмнокровка, что осквернила святость моего дворца? — раздаётся голос, острый и холодный, как отколотый кремень.

Я выпрямляюсь, и мой взгляд устремляется к человеку во главе стола. Он старший среди них, его тёмные волосы с проседью золота на висках, густо-бородатое лицо — маска царственного презрения. Его глаза, пылающие тем же внутренним огнём, что и у остальных, обшаривают меня, словно я что-то, что он только что соскрёб с подошвы своего ботинка. Лорд Беммар. Должно быть, он.

— Отец, — вступает голос Дейна, низкое предупреждение, разрезающее напряжение. Он делает шаг вперёд, ставя себя между мной и испепеляющим взглядом патриарха. — Эсме — моя гостья. Она заслуживает определённого должного уважения.

Губа лорда Беммара кривится. — Единственное уважение, которое она получает, — это тот факт, что я ещё не приказал отрубить ей голову.

— Приятно присоединиться ко всем вам на завтрак в это прекрасное, предположительно солнечное утро, — отвечаю я с холодной усмешкой, уже строя планы различных способов, как можно избавить мир от лорда Беммара и всего его дома. Это дикая мечта, но не невозможная. При наличии нужных знаний, нужных инструментов и глубоко укоренившегося желания мести.

Нисса отступает назад, растворяясь в тенях у дверного проёма, а я иду к столу с высоко поднятой головой. Сказала бы я, что не напугана — солгала бы. Драконы Драксиона все высокие и массивно сложенные, сильные мужчины с выразительными челюстями и чёрными льняными туниками, которые прикрывают некоторые, но не все дюймы их точеных тел. Человеческая форма проявляется так же у отца и братьев Дейна, те же чёрные волосы и золотые глаза... хотя интенсивность, кажется, различается от одного лорда Драксиона к другому. Дейн всё равно выделяется для меня — или, может, наша кровная связь приковывает моё внимание.

— Добро пожаловать, Эсме, — говорит Дейн. В его голосе непривычное для меня напряжение, и я полагаю, это целиком связано с присутствием лорда Беммара. — Спасибо, что присоединилась к нам.

— Не то чтобы у меня был выбор, — говорю я.

— Присаживайся. — Он однократно кивает.

Пока я устраиваюсь на пустом стуле, я замечаю, как Дейн оценивает меня с головы до ног, проблеск чего-то нечитаемого в его глазах, когда он наблюдает мой выбор цвета. *Надеюсь, тебе нравится.* Я занимаю своё место, и мужчины Драксиона занимают свои.

Самая долгая минута царит над столом гробовое молчание, пока слуги вносят разнообразные блюда, напитки и выпечку.