Анис вздыхает. "Время прошло, рождались новые драконы, надежда вернулась — пока Мать не умерла —"

"Знаю. Я был там", — резко прерываю я.

"А ты ушел меньше чем через неделю, Дэйн. Арринт, Байзу и я остались собирать осколки. Отец так и не исцелился. Он дулся, бушевал, сжигал всякого, кто переходил ему дорогу, а затем наконец задумался. Вера Матери в баланс передалась и ему."

"Она ценила баланс, как и я", — говорю я. "Я ушел в надежде найти способ достичь его."

"Тем временем Отец остался и правил. Его ум смягчился. И все же, разведданные, которые ты привез о людях, беспокоят его. Ни он, ни я не верим, что лишь численность и размеры восстановят наше превосходство."

"Это может принести нам победу, но не удержать ее. Однако мы строим догадки."

Если темнокровные разделяют решимость Эсме, они бросят жестокий вызов. Я видел чистокровных на войне — и, несмотря на их соперничество, они могут объединиться против драконов, видя в нас общего врага.

Связь или нет, я точно знаю, где лежит верность Эсме. Я не хочу сражаться с ней, хотя часть меня жаждет испытать ее пределы — подтолкнуть ее, пока она не распутается, не взорвется и не обнажит безжалостную выживальщицу под ее спокойной маской.

"Кто еще в совете поддерживает Восхождение?" — спрашиваю я Аниса.

"Дом Брейнор и Дом Рогон почти единодушны", — отвечает он.

"Понятно. Они едят, спят и дышат войной. Бьюсь об заклад, полковник Рогон умирает от скуки, обучая муштре в институте", — говорю я, кивая в сторону здания, когда мы заворачиваем за угол и достигаем его южной стены. "Этот старый ястреб скорее спалит город дотла, чем умрет от старости."

"Байзу тоже за", — добавляет Анис. "Арринт? Не уверен. Он плывет по течению."

"Байзу жаждет боя; прошли века с его последней стычки, и я признаю, он свиреп. Но кровопролитие не решит нашу проблему."

"Может, наших сородичей можно переубедить."

"Так и должно быть, Анис. Какой толк возвращать наши земли, если половина нашего народа погибнет в пути?"

"Справедливо..."

Южная сторона института в основном погружена в темноту. Лишь несколько фонарей освещают здесь переулок — это задний выход, запасной путь на случай атаки. Он выходит на боковые улочки, которые веером расходятся по городу и ведут в три отдельных эвакуационных туннеля. Поколения наших предков вырезали эти коридоры, вечно опасаясь, что однажды нам придется бежать из Дрэтиса. К счастью, этот день так и не наступил. Но если люди узнают о нас, все может измениться.

"Мы не можем позволить нашим братьям стать обузой", — говорит Анис, встречаясь со мной взглядом. "Они восхищаются тобой, Дэйн. Тебе нужно будет их образумить."

"Согласен", — пожимаю я плечами. "Сегодня вечером я созову закрытое семейное собрание."

"И тебе нужно разобраться с темнокровной", — настаивает он.

"Что разобраться? Она моя. Мы связаны. Точка."

"Ты же знаешь, все не так просто."

"Я могу сделать это простым", — резко отвечаю я, останавливаясь, чтобы смотреть брату прямо в лицо. "Она не похожа ни на кого, кого я когда-либо встречал. Она реагирует на мою сущность так, как я даже не представлял. И сейчас Эсме в чистом режиме выживания. Ей нужно время, чтобы акклиматизироваться."

Мой брат склоняет голову. "Эсме Сейлем. Из всех темнокровных, которых ты мог привести —"

"Это должен был быть Сейлем", — вставляю я. "Их род несет в себе уникальную магию. Мы все это помним, и это, вероятно, объясняет ее нынешнее состояние. Кроме того, судьба буквально подбросила ее к моим ногам. Я был бы дураком, если бы отказался. Она нам нужна."

"Я выражаю опасения Отца", — отвечает он. "Он боится, что, если она останется жива, она может натворить немыслимых бед. Несколько советников с ним согласны."

Я чувствую, как жар поднимается в моих жилах, но держу осанку прямо, а голос ровным. "Эсме не причинят вреда. Нападение на нее — это нападение на меня, кронпринца и все такое. Доверяю, даже наши критики понимают последствия."

Он кивает. "Я их предупредил. Как бы он это ни ненавидел, Отец поддержит твой указ."

Я знаю, он ненавидит это. Наша история с ведьмами Сейлем — это запутанная паутина союзов и предательств. Но Эсме... она в своем собственном классе. Будь то наша кровная связь или мое уважение к ее смертоносному мастерству, она преследует каждую мою мысль. Держаться от нее подальше? Невозможно.

Мы заворачиваем за угол и замираем при виде длинных теней перед нами. Разворачиваемся и видим Сему из Дома Брейнор, в окружении молодых драконов, которых можно принять за его кузенов. Он мне никогда не нравился.

"Я так и думал, что это ты, Дэйнтазар", — протягивает Сема, а усмешка искажает его лицо. "Я учуял эту вонь темнокровной за несколько улиц."

"Сема", — холодно отвечаю я, — "я полагал, что избегание тебя на вчерашнем пиру ясно выразило мои чувства."

"Господа, что привело вас в институт?" — вмешивается Анис с дипломатической улыбкой, вечный миротворец.

Сема возвышается над большинством драконов Дрэтиса — грозный в открытом полете, хотя его крылья в последнее время ослабли. В тесном пространстве у меня был бы лучший шанс в форме дракона.

Эсме уже призывала бы теневой огонек, чтобы решить этот вопрос, не могу не подумать я.

"Я приглашенный лектор на сегодняшний семинар по бою", — объявляет Сема с напускной гордостью, бросая на меня взгляд. "Похоже, лорд Дэйнтазар, полукровка, даже не рассматривался."

"Полукровка?" — повторяю я.

"Запятнанный", — рычит он. "Многие сомневаются, насколько ты вообще дракон после своего пребывания в мире наверху."

"Полукровка, возможно", — парирую я, — "но все же больше дракон, чем ты."

Он смеется низко и насмешливо. "Но она того стоила? Осквернение собственной крови? Хотя бы расскажи захватывающую историю — скажи, что трах того стоил этого скандала."

Прежде чем я осознаю, что происходит, от вежливости не остается и следа. У Семы едва есть время понять, что я рядом, прежде чем я вгоняю кулак ему в грудь. Удар лишает его воздуха; он хрипит и отскакивает назад, ноги цепляются за мостовую, но каким-то образом удерживают его на ногах.

Я смотрю на него с холодным предупреждением. "Тебе не помешало бы вспомнить, кто я." Затем я бью снова. Он вовремя уворачивается от моего первого удара, сапоги скребут асфальт, но он так и не видит второго удара. Мои костяшки вспыхивают оранжевым — драконий огонь готов воспламенить калечащий удар.

"Я приму вызов в любое время!" — рычит Сема. "Ты выставил нас всех дураками!" Его слова зависают в воздухе на долю секунды, прежде чем мой кулак встречается с целью. Я слышу тошнотворный хруст ребер.

Его кузены бросаются вперед, сжимая кулаки, но тень проносится вокруг них и отрезает им путь. Знакомый запах Аниса доносится до меня, когда он проносится мимо — быстро как молния, прямо как в старые времена, когда мы спарринговали. Слишком долго мы не тренировались вместе.

Прежде чем Сема может подняться, я разворачиваюсь для последнего удара. Его оскорбление все еще жжет в моей крови, подпитывая огонь в жилах. Оставить его в живых кажется невозможным. Но рука Аниса хватает меня за руку. "ХВАТИТ!" — ревет он.

Один из кузенов Семы бросается к нему. "Сема!" Другой кричит: "Ты заплатишь за это!"

Сема кряхтит, прижимая руку к боку, где треснувшее ребро сопротивляется любому движению. "Ублюдок... он достал меня."

Анис выпрямляется, голос холодный. "С нетерпением жду встречи с вами в суде, господа. Объясните, как вы напали на кронпринца и его брата средь бела дня и оскорбили нас. В Дрэтисе есть законы. Помните о них."