– Наташа, – свирепо закричал Сергей. – Ты, что совершенно лишалась инстинкта самосохранения, да сейчас весь город на ушах стоит, а ты, ничуть не беспокоясь о собственной безопасности, звонишь мне. У тебя с головой всё в порядке?

– Какие инстинкты, какая на х.й безопасность, моя подруга в беде, – хлёстко произнесла я. – Говори, что происходит? Немедленно отвечай на вопросы.

Безумное волнение напрочь сорвали все барьеры. Тёмная пелена окутала глаза, я даже не могла спокойно дышать.

Слышу тяжёлое дыхание Сергея, даже на расстояние чувствую его гнев, который имеет право быть, но по-другому поступить я не могла.

– Наташа, я сам ничего толком не знаю. Сама понимаешь, после твоего «типа» гибели, перестал общаться с Настей, наша связь была утеряна. Но, могу с уверенностью заявить, что на Соколовского наехали крутые ребята, поговаривают, это дело рук Тариэла.

Нервно сглатываю густую слюну.

– Безумие, какое-то творится в городе. Многие опасаются, что теперь начнутся кровавые разборки. В городе становится очень опасно.

Крепче сжимаю телефон и, как можно, спокойнее, внятно произнося каждое слово, спрашиваю, – Серёжа, Рома жив?

Тревога разрывает моё сердце.

– Это мне не известно, знаю только, что Архангельский организовал охрану для Анастасии, теперь её дом охраняют, словно Букингемский дворец. Не переживай. Ей точно ничего не угрожает. Ни ей. Ни детям.

– Понятно, – сухо заявляю я.– Давай до связи.

– Наташа, подожди, не бросай трубку, – снова перешёл на требовательный крик Сергей. – Ты чего задумала, девочка?

– А, ты как думаешь? – Грубо отвечаю вопросом на вопрос.

Моё психическое состояние не позволяет рационально посмотреть на ситуацию. Паника, вот естественная реакция моего организма на неожиданную опасность, застигнувшая меня врасплох.

Прижимаю ладонь к груди и прислушиваюсь к пульсирующему сердцу, которое готово пробить рёбра и выскочить из моего возбуждённого тела.

Первое, что приходит в голову в этой сумасшедшей, дьявольской суматохе, так это бросить всё и лететь в столицу. Сама не знаю, чем могу помочь Анастасии, но уверена, что должна быть рядом. Буквально воскресну из мёртвых!

– Наташа, я с тобой болезнь заработаю, и без того вся нервная система расшатана, – мрачно и укоризненно сообщает друг. – Если ты решишь вернуться, подвергнешь себя и малышку необоснованному риску. Архангельский тебя убьёт и положит в могилу, где сейчас находится труп псевдоНаташи. Скажи, тебе жить надоело? Ёб….сь. Даже не думай возвращаться в город. Если, конечно, тебе жизнь дорога.

– Нет, – только и смогла промямлить я, ощущая, что к горлу подступает комок, который не позволяет нормально разъясняться. – Я всё понимаю. Осознаю, что это огромный риск.

– А, раз нет, то сиди молча и не высовывай свой длинный нос, пока не прищемили, – командным тоном произносит Сергей. – Обещаю, я буду тебя обо всём информировать, даже могу позвонить Насти, только не гарантирую, что она трубку возьмёт.

Понимаю, что Сергей пытается всеми силами успокоить меня, подарить ложную надежду, только вот временное утешение мне ни к чему.

– Серёжа, а теперь слушай сюда, – ловлю себя на мысли, что в очередной раз выражаюсь как Архангельский, когда он прибывает в крайне взбешённом состоянии.

– Извини, – смягчаю тон, но не снижаю градус своего напора, – мои друзья попали в крупные неприятности, а я буду сидеть как мышка в норке. – Нет, Серёжа, я и так уже пожалела, что сбежала, спрятала голову в песок, вместо того, чтобы решать свои проблемы.

– Ты спасла свою жизнь и жизнь ребёнка, – эмоционально выражает своё несогласие друг. – К тому же если ты вернёшься и попадёшь в кровожадные руки этого маньяка, безумца в квадрате …– замолкает Сергей, не желая более подробнее описывать мою незавидную участь.

Враждебно кривлю губы в злорадной улыбке и жёстко произношу, – пусть сам ложиться в могилу. Затем перевожу дыхание, заявляю, – к тому же сейчас Архангелу, точно, будет не до меня. Я незаметно, ну, если, конечно, ты мне поможешь, свяжусь с Настей…

– Наташа, как ты незаметно свяжешься с Настей? – Стремительно реагирует Сергей, на моё недосказанное предложение. – Ты наивная девчонка, полностью потерявшая инстинкты самосохранения. Себя подставишь и других «под монастырь подведёшь». Этот же изверг, сразу, как узнаёт, что ты жива, выбьет из тебя всю информацию. Наташа, приди в себя. Успокойся и не предпринимай никаких опрометчивых решений.

– Если узнает, ключевое «если», – уверенно произношу я.

– Вот это упорность, ты прекрасна в своём безумие, – иронизирует мужчина. – А, знаешь, иногда мне кажется, что вы с Архангельским подходите друг другу. Вы напоминаете антигероев из фильма, а персонажей этих величаю не иначе как Джокер и Харли Квинн.

– Возможно, только с той разницей, что Харли Квинн пусть и изощрено, маниакально, но любила Джокера, а в моём сердце живёт лишь ненависть, – холодно прорычала я.– Ладно, не хочешь, не помогай, неволить не стану, ты реально в своём праве.

– Бл..ь,– опять в моей голове мелькнуло крепкое словцо, когда поняла, что опять пользуюсь лексиконом Архангела, мне даже кажется, что не специально, но тон его копирую.

– Нет уж, я в этом деле до конца, – стонет Серёга. – Я купил билеты на первый ряд и теперь жажду досмотреть фильм до конца.

– Нет, Серёжа, ты в этом фильме герой, а не зритель, – отрешённо подумала я и окончательно погрузилась в себя.

Судорожно строила в голове план своего прибытия, озадаченно обдумывала способ тайного проникновения в свою родную страну.

– Сукин сын, из-за него стала беженцем, – не сдержав нахлынувших гневных эмоций, вслух высказала свои мысли я.

– Наташа, ты с кем-то ещё разговариваешь? Какие беженцы? – слышу голос Сергея и, игнорируя его вопрос, требовательно заявляю, – Серёжа, никому не говори о моём звонке.

– Сумасшедшая девчонка! – провозгласил мужчина. – Кому я сообщу, Архангелу за огромное вознаграждение, – с обидой произнёс Сергей.

– Прости, – осознаю, что несправедливо и безосновательно подозреваю человека, который рискнул всем и помог мне в трудную минуту. – Просто я реально нахожусь в состоянии паники, – мой взгляд становится отстранённым, ноздри и губы трепещут, ощущаю шум в ушах, сознание меркнет.

– Друг, это кошмар, окончательно не могу поверить в происходящее, – безнадёжно заявляю я.

– Понимаю, но не одобряю твоих поступков, – снисходительно произносит Сергей.

– Ладно, сейчас куплю билеты и отправлю тебе СМС с датой и временем прибытия, – чётко произношу я, желая поскорее окончить томительный разговор.

– Хорошо, раз я не могу тебя убедить, – печально отвечает друг. – Жду СМС.

– До встречи, друг, – с нежностью в голосе, но обречённым тоном, прощаюсь я.

Чувствую, что ноги становятся ватными, опускаюсь на колени и провожу ногтями по лицу, безжалостно царапая кожу. Но физическая боль, несравнима с моральными страданиями, которые поедают меня.

– И это только начало, мой ад только начинается!

Единственное состояние, из которого стоит выйти, это обречённость — единственное, которого стоит достичь, это счастье.<br> Только будучи счастливым человеком, и без внешних вмешательств, мы способны пробудить в себе силу абсолютной любви к этому миру.

Нельзя более скрываться…

***

Несколько лет назад…

Привет, родная, – голос Алексея звучал нежно, но я-то как никто иной знала, что за личиной доброты и ласки скрывается кровожадное, беспощадное животное, которое способно лишь ломать и подавлять волю.

Медленно положила телефон на стол и поднявшись с дивана, подошла к Архангелу, внимательно посмотрела в его уставшее лицо и, опустив глаза, заметила на вороте белоснежной рубашки следы ярко-красной помады, буквально кровавого цвета.

Нет никакой ревности, лишь призрение, — надменно усмехнулась и, сведя руки на груди, кивнула.