– Самый счастливый день, который должен быть наполнен светом и добром…, – Наташа тщательно намыливает руки и поставляет их под холодную струю воды. – Я стаю перед зеркалом и сдерживаю слёзы, но вовсе не от радости, а от обиды, – подумала девушка, пристально смотря на отражение.

Открылась дверь кабинки, из которой вышла Тамара Львовна. Женщина, весело хихикая, немного опьяневшей походкой подошла к крану и вымыв руки, посмотрела на девушку и поняла, что девушка чем-то встревоженно, спросила, – дочка, что случилось?

Беспокойный взгляд блуждал по молча стоявшей Наташе. Девушка ощущала нарастающее внутренне напряжение, но она собралась с силами и всё же дрожащим голос, сказала, – Тамара Львовна, мама, как всегда. – Знаю, пора уже привыкнуть, что мой муж не особо нравится маме, но думала…, надеялась, что хоть после венчания, она сменит гнев на милость.

Тамара Львовна скривила личико в милой улыбочке и снисходительно заметила, – дорогая, вражда между тёщей и зятем стара как мир. – А ты думала, надеялась, что она завершится миром. За пять лет пора уже привыкнуть, что Анна так и будет теребить Алексея. Причём зря, – фыркнула женщина.

– Гормоны, – подумала девушка и только открыла рот, чтобы произнести своё умозаключение вслух, как тело Наташи пронзила сильная, резкая боль внизу опущенного живота. Вместо, ответа она глухо застонала и, держась за стену, наклонила корпус вперёд.

– Доченька, что? Где болит? – с испугом прокричала Тамара Львовна. – Потерпи малышка, потерпи, – женщина придерживала девушку одной рукой за плечи, другой за талию.

– Тамара Львовна, помогите мне выйти. Наташа неконтролируемо ощущает, что сознание помутнело, голова начинает кружиться. Беспричинно тело Наташи бросает то в жар, то в холод. Теряя связь с реальностью, девушка почти не слышала голоса людей, она лишь чувствовала, как сильные руки Алексея поднял её на руки и прошептал, – потерпи любимая, потерпи.

– Твою мать, – злобно рычит Наташа, – легко говорить «потерпи», сам бы испытал такие боли.

Автомобиль Романа Соколовского, оборудованный специальными звуковыми сигналами, предназначенные для определённой категории субъектов, стремительно доставляет Наташу в сопровождении Алексея и Анастасии в роддом, где их уже ожидает бригада врачей. Наташу транспортируют в родильное отделение, параллельно один из врачей, произносит, – Алексей Александрович, ожидайте в коридоре. – Мы вам незамедлительно сообщим, как только Наталья Михайловна родит.

Проходит несколько длительных, мучительных часов. Алексей расхаживает из стороны в сторону и судорожно потормошив волосы, воскликнул, – Настя, почему так долго? – Может зайти в родильное отделение.

– Архангельский, немедленно возьми себя в руки и прекрати истерику. Каждая женщина проходит через роды, ничего страшного в этом нет, – как можно увереннее произнесла подруга.

Белоснежные двери торжественно распахнулись, и Алексей с Наташей синхронно повернули голову к появившемуся врачу. Доктор улыбаясь, подошёл к молодым людям и пожав руку Алексея, помпезно с важным видом, произнёс, – поздравляю вас папочка, у вас дочка.

– Дочка, – словно заворожённый повторил Лёша. – А Наташа? – отойдя от ступора, спросил Алексей.

– И мама, и дочка чувствуют себя отлично. Да были некоторые трудности, но мы справились, и в результате Наталья Михайловна самостоятельно родила дочку. Нам даже не пришлось прибегать к кесареву сечению.

Настя смахнула слезу и протараторила, – рост. Вес. И обязательно время рождения. – все данные надо зафиксировать. Память. Это такая память.

Доктор открыл рот, но не успел произнести даже слова, его ответ был беспощадно прерван телефонным звонком Архангельского.

– Сокол, – усмехнулся Алексей. – Настёна, после того как ты отчитала его пятнадцать минут назад за частые, назойливые звонки, решил не испытывать судьбу и теперь мне названивает.

– Уважаемый Роман Дмитриевич, – вальяжно отвечает на звонок Архангельский, – с вами разговаривает дважды счастливый отец. Затем мужчина расплывается в улыбке, принимая поздравления и наилучшие пожелания от друга.

– Что? – резко выкрикивает Алексей и вместо радости и счастье, на лице появился испуг, негодование и злость. Убийственный коктейль эмоций, который не смог проконтролировать Алексей после полученной информации.

– Лёша, что произошло? – Настя развела руками и пристально смотрела на мужчину, когда мужчина отключил вызов.

– Сам точно ничего не понял. Рома сообщил, что ему позвонил главный врач психиатрической клиники и сообщил, что сегодня в 16 часов 45 минут остановилось сердце Ангелины. Врач сразу позвонил Роману, сейчас он поехал в больницу.

Глаза врача непроизвольно увеличились и, приложив руку к губам, прокричал, – не может быть! – Впервые такое за мою долгую практику, чтобы начало жизни, совпало со смертью.

– Что? – сухо поинтересовался Архангельский, особо не уделяя внимание доктору.

– Алексей Александрович, посмотрите на свои часы. Они показывают 17 часов, ровно пятнадцать минут назад на свет появилась ваша дочь. Анастасия Алексеевна, вы интересовались временем рождения, – доктор переводи взгляд на девушку, – так вот, сообщаю время рождения Александры Алексеевны Архангельской, 16 часов 45 минут по московскому времени.