- И так. Посмотрим, что приготовили мои невестки.

Девушки поочерёдно подносили дары царю.

Первая вручила царю расшитую золотыми нитями белоснежную рубаху.

- Хороша, рубаха! В такой не стыдно и гостей иноземных привечать.

Теперь уже моё творение не казалось таким бесподобный. Настроение поползло вниз.

Следующей поднесла свой дар вторая невестка. В её руках красовалась черная рубаха с серебряными нитями.

- Хороша рубаха! В такой не стыдно и самому к гостям знатный наведаться.

Ну а следом зашагала наша красавица. Я уже вжала голову в плечи, не желая, чтобы все вокруг знали, кто был творцом её дара.

- Что ж, - царь покрутил наше тканное изделие и недовольно поморщился, - Какова невеста- такова и рубаха.

Царевич заметно оживился. В его потухших глазах блеснула искра надежды, но следующие слова царя вновь обречённо склонили юную голову.

- Всё невестки справились с задачей. Молодцы! Но поря объявить следующее.

Толпа затихла, ожидая слов царя. По залу прокатилось волнение вперемешку с предвкушением. Невесты нервно грызли ногти. Ну не все, конечно, только наша. И вот, момент истины. Ииии... Каравай!?

Этот отбор явно не заточен под современную женщину. Или по крайней мере под меня, ибо остальные девушки заданию обрадовались, даже чересчур. А я в жизни ничего не пекла. У меня в квартире даже духовки нет! И что прикажете теперь делать? Лягушка то явно в выпечке не больше меня преуспела.

- Пирог тоже наколдуем? - с надеждой шепнула я Коту, когда все гости стали разбредаться по своим покоям. Но тот отрицательно мотнул головой, развеяв последнюю надежду.

- Тут придётся поработать руками.

- Надеюсь, ты умеешь это делать. Потому что я в караваях полный ноль.

Кот остановился и недовольно на меня посмотрел.

- И кто тебя такую замуж возьмёт? Неумёху. Ни заштопать, ни состряпать.

- Ну знаешь ли, - я сердито надула губы.

- Знаю. Никто не возьмёт. Так в девках и останешься.

От возмущения я покраснела. Надо же, меня отчитывает Кот. А главное, за что? За то, что не могу испечь долбанную булку?!

- Женщина, это не прислуга. Я свободный человек и не обязана обслуживать мужчину!

- Кто ж тебе мешает человеком быть? Но поесть себе приготовить и рубаху залатать любой должен уметь. Я вот Кот, и то умею.

Мой запал резко стух. Мохнатый ведь прав, оказавшись в другом мире, я поняла, как не приспособлена к этой жизни. Комфорт города приучил людей к тому, что всё можно купить. И рубаху, и каравай. А вот уметь из простого сделать сложное мы как-то разучились. Или считаем, что это простая трата времени. Тёплая лапа легла мне на ладонь, когда мы практически оказались возле дворцовой кухни.

- Ладно, не боись, я всё состряпаю. А ты поможешь.

Мы зашли в просторную кухню, где множество поваров бегали с места на место, таща за собой тяжёлые ящики или огромные кастрюли. Вокруг кипела работа, в прямом и переносном смысле.

Один из поварят подбежал к нам и жестом велел следовать за ним. Он отвёл нас в дальний угол, выделил рабочее место и показал, где лежат продукты. Большего и не требовалось. Кот взял всё под свой контроль, завязал фартук на себе, затем помог мне. С караваем мы провозились пол вечера, но результат радовал глаз. Румяный, ароматный, он одним своим видом приносил мне столько удовольствия, что я готова была сама его съесть. С такими заданиями я скоро стану образцовой хозяйкой. И Кот похвалил, сказав, что может быть я и не безнадёжна.

Укутав румяный хлебушек в рушник, мы отдали его квакушке и, уставшие, по утру поплелись в тронный зал. Народ уже потихоньку собирался, готовясь вновь оценить дары невест.

В этот раз наша претендентка выступала первой. Царь похвалил наш каравай, приказав раздать по кусочку каждому из собравшихся. Дар второй невестки особо монарха не впечатлил. Он скривился от первого укуса и решил, что такому караваю не место на царском столе. Третья же невеста преподнесла царю пирог небывалой красоты. Украшенный цветами и листьями из теста, каравай больше походил на скульптуру, нежели на то, что положено есть. На вкус, конечно же, он тоже был восхитительный, от чего царь пришёл в восторг.

- Что ж, и в этот раз почти все мои невестки справились с задачей превосходно. Осталось лишь наградить их за старания, поэтому завтра состоится бал, на котором официально будет объявлено о помолвке моих сыновей!

Раздались аплодисменты. Царевич, бледный, как мел, пошатнулся и с трудом оторвал глаза от своих сапог. Я хотела ему помочь, но могу ли? Душа разрывалась от противоречивых желаний.

Мы с Котом рухнули в постель, как только добрались до своей конуры. Мысль о том, что мы поступаем неправильно, терзала мои мысли, но лишь до того, как голова опустилась на подушку. Закрыв глаза, я уже знала, как должна буду поступить.

Пир начался после заката. Мы долго спорили, стоит ли мне туда идти, ведь заклятие облика вновь спало, и я выглядела, как раньше. Путём долгих уговоров, удалось убедить помощников, что ничего опасного не произойдёт, и я могу выйти в свет. Тем более, мне до жути хотелось посмотреть, как же проходят эти самые пиры, где музыка, танцы, наряды.

Так как бытовая магия теперь была по плечу, я под присмотром блюдца сумела соорудить более-менее пристойный наряд, и теперь кружилась в ярко зелёном сарафане, любуясь узором по кромке юбки.

Был у моего похода на пир ещё один смысл. О нём я решила умолчать, не зная, как отреагируют остальные.

В зал мы зашли под песнь балалайки. Кто-то уже задорно отплясывал в кругу, размахивая платочками. Царь сидел на троне, подле него стояли трое сыновей, все нарядные, в расшитых золотом кафтанах. Двое из них улыбались, третий смиренно ждал своей участи.

Было поразительно, как музыка, атмосфера и танцы стремились захватить моё настроение. Гости были разодеты по случаю, я же выглядела, как простушка, случайно попавшая в приличное общество, но плевать. Праздник был, что надо: столы ломились от яств, мед тек ручьями, гости веселились и танцевали, я бы даже покружилась в хороводе, но царь встал и хлопнув в ладоши, призвал всех к тишине. В миг веселье улетучилось, нужно было собраться, решалась судьба человека.

- Гости дороги, я рад объявить, что сегодня мы с вами станем свидетелями исполнения давнейшего ритуала. Когда наш род пришёл к власти, мой пра-пра-прадед выпустил свою первую стрелу, отыскав себе невесту и положив начало давней традиции. Помня о предках и почитая их завет, все мужчины семьи стали прибегать к тому же способу.

Я фыркнула, е сдержалась. Ну глупость, ей богу. Избегать надо такие традиции, вон, царевич еле дышит.

- Мои сыновья, - царь с гордостью кивнул царевичам, - Смогли отыскать трёх, - монарх замялся, - Достойных кандидаток, которых я с радостью сегодня, при всех вас могу назвать дочерями.

Толпа одобрительно загудела, невесты засуетились, Квакушка даже подпрыгнула от счастья, а я незаметно протиснулась ближе к трону.

- Что ты задумала?!- зашипел Кот, почуяв неладное.

Я не ответила, лишь дождалась, когда к царю подойдут три невесты и ринулась вперёд.

- Стойте! - крикнула, виляя сквозь толпу. Кот тащил меня обратно, но я была сильнее, и полна решимости. - Вас обманули! Стрела не настоящая.

- Кто вы? - изумился царь, высокомерно вздернув подбородок.

- Стражники преградили мне путь, нацелив в грудь копья. Мило, об охране я как-то не подумала.

- Это неважно. Главное - я знаю правду.

Гости тихо перешептывались, царевичи тоже. Квакушка сверлила меня ненавидящим взглядом и буквально на глазах становилась пунцовой.

- Посмотри на свою стрелу внимательнее, добрый молодец, - обратилась я к младшему царевичу, надеясь, что мне не вспарят брюхо прямо здесь. В глазах юноши блеснуло непонимание, следом появились признаки мыслительного процесса и спустя пят мучительных минут, он вскинул голову и громок приказал: