– Как ты себя чувствуешь, малыш?

– Ты используешь меня как резиновую куклу! – решила повозмущаться я.

– Нет-нет, что ты. У меня, конечно, включились инстинкты продолжения рода после встречи с наей. Но я покорен именно тобой, твоим характером. Ты сильная, смелая, сообразительная и стрессоустойчивая. Поверь, когда ты станешь моей официальной парой, последнее качество тебе особенно пригодится.

Перечень моих достоинств в глазах будущего мужа меня не особо впечатлил, но кое-что в его речи задело.

– Какие инстинкты у тебя включились? – ласково переспросила я.

Карась как раз ставил пустой стакан на стол. Услышав мою многообещающую интонацию, он замер и покосился на меня с опаской. Понял кот, чью сметану сожрал.

– Милая, для нас, наполийцев, это норма. Мы же для этого най и ищем, чтобы продолжить свой род. Но когда ты еще забеременеешь, кто знает? Хотя я бы очень хотел, чтобы побыстрее. Нет лучшего способа привязать к себе женщину…

Он не договорил, получил подушкой по башке, по плечам, по спине...

– Милая, разумная моя ная, остановись, – отбиваясь от меня руками, умолял Ксар, – Давай перейдем к делу. Мы скоро прилетим к умысам, а ты еще не знаешь, что вообще происходит.

Я тут же присмирела, сложила руки на коленочках и всем своим видом продемонстрировала готовность слушать. Карась снова присел рядом и с опаской притянул меня к себе.

– Говори! – грозно потребовала я.

– Говорю, – тут же согласился Ксар и приступил к новому захватывающему рассказу.

– Как я уже тебе сказал, Пульс гениальный ученый. Он изобрел практически вечный двигатель на основе газа, найденного на одной из недавно освоенных планет Федерации. Этот газ Пульс сжал до кристаллического состояния под мегадавлением и поместил в прочный корпус. Газ стремится принять исходное состояние, и в кристалле образуется энергия, которой хватит на очень долгие годы. По мощности это изобретение превосходит используемые сейчас плазменно-ионные двигатели в четыре раза, – восторженно начал Карась.

– Круто! Но почему тогда вам пришлось воровать изобретение Пульса? – задала я резонный вопрос.

У меня не умещалось в голове, что умыс с его пошлыми шутками способен на такое серьезное дело.

– В этом и кроется вся проблема нашего мира. Понимаешь, наполийцы управляют Федерацией уже тысячи лет, не допуская до управления никого, потому что опасаются потерять власть. Чтобы удержать ее, они идут на разные ухищрения: сеют раздор между планетами, подкупают нужных чиновников на местах, чтобы те сидели ровно и радовались тому, что имеют, но самое главное, наполийцы воруют технологии. Стоит какому-нибудь изобретателю не наполийского происхождения придумать что-то действительно экономически важное, мы любыми правдами и неправдами выкупаем патенты, воруем приборы, а иногда и повторяем сами, обвиняя настоящего создателя в плагиате.

– Ужас! – всплеснула я руками, уже ненавидя наполийцев.

– Пульс изобрел кристалл Ви в Звездной Академии Наполи. Мы с ним вместе там учились. Он на инженера космических приборов, а я на капитана. Руководство академией после презентации кристалла объявило, что права на изобретение должны принадлежать им, ведь Пульс использовал лабораторию и ингредиенты, принадлежащие учебному заведению. Его лишили возможности использовать собственное изобретение по своему усмотрению. А он хотел передать его своей расе, чтобы они могли получить рычаг давления на Наполь и добиться больших свобод. Ведь они даже не могут без разрешения из Центра изучать планеты в своем секторе. И любое освоение новых миров проходит под жестким контролем наполийцев, чтобы ни одно важное вещество или ценный артефакт не уплыли из загребущих рук верховной расы.

– Но ты же сам наполиец, почему ты так отзываешься о них.

– Я за справедливость. Я считаю, что каждый имеет право распоряжаться своей жизнью, как ему хочется, а тут речь идет о целой расе. Я уверен, что наполийцы прекрасные управленцы, но в выборных органах власти Федерации должно быть больше представителей других рас. Не говоря уже о местных администрациях, ведь внутри своих планет чиновники точно лучше знают, в чем нуждается электорат, – терпеливо пояснял Карась.

– Ну, хорош. Вот вы выкрали кристалл. И что дальше? Наполийцы что, не смогут его воссоздать?

– В том-то и дело, что нет. Они не могут расшифровать записи Пульса. Поэтому наполийцы решили уничтожить кристалл. Они перевозили его на ресурсную планету Трукс. Хотели там взорвать, чтобы прорубить очередную шахту в очень плотных породах. Совместить полезное с выгодным.

– И что вы теперь будете делать с кристаллом? – я все еще не понимала планов Карася.

– Доставим его на «У» один. Правительство умысов тут же вступит в переговоры с Верховным правителем о поставках для нужд Федерации. Это дешевый источник энергии, наполийцы не смогут отказаться от таких выгодных контрактов. И тогда умысы получат экономический рычаг воздействия и политический вес. Они хотят стать автономной областью Федерации, чтобы иметь больше места для маневров внутри своего сектора.

– Но если умысы получат автономию, другие тоже захотят? – подумала я.

– Вот именно. Я этого и хочу. Я убежден, что Федерация в том виде, в каком она сейчас функционирует, долго не протянет. В начале существования нашего межгалактического образования наполийцы были самой развитой расой. Но прошли тысячелетия, и различие в уровне развития между планетами стерлось. Пришло время перемен. Это пойдет на пользу всем народам. Да, периферия станет меньше зависеть от центра, но всеобщая любовь к Федерации лишь окрепнет: получив уважение и свободу, расы станут настоящими патриотами.

– Ты затеял революцию? – ужаснулась я.

В моем княжестве на Айоле доведенные до отчаяния крестьяне попытались свергнуть власть. Но правитель жестоко подавил бунт. Тогда численность населения сократилась вдвое, а контроль над простыми людьми лишь вырос.

Все это я постаралась донести до Карася, но тот лишь отмахнулся:

– Сейчас все расы обладают оружием и в состоянии за себя постоять. У большинства есть редкие ресурсы, в которых нуждаются остальные. Нам всем экономически выгодно оставаться вместе. Наполийцы это понимают, но не хотят делиться сверхприбылями, которые они имеют благодаря власти. Поэтому они так и суетятся, хотят нас остановить. Вон, даже тебя нашли.

– Но почему они просто не долбанут по нам каким-нибудь оружием? Нет нас – и нет проблем, – испугалась я.

– Ну… – Карась посмотрел на меня так, будто только что съел весь запас сметаны во Вселенной, – Тут кроется еще один мой секрет. Ты только не спеши переживать. Это абсолютно ничего не значит…

Я напряглась и, бросив мрачный взгляд на своего ная, потребовала:

– Не юли. Говори уже!

– Я единственный сын правителя Федерации, – скромно опустив глаза, покаялся Карась.

Я моргнула, открыла рот, закрыла рот, наклонила голову вбок изучая Ксара, который всем своим видом демонстрировал, что он ангел во плоти.

– Ты сын правителя Федерации Наполь и хочешь устроить революцию? – уточнила я, прищурившись, а про себя подумала:

«Хорошо, что у нас исключительная в своем роде связь, и меня не выгонят из дома правителя с криком: «Уйди прачка, ты недостойна нашего сына!»

– Да! Я пытался достучаться до отца, когда вся эта ситуация с Пульсом случилась. Но не вышло. Он глух к моим аргументам и все время повторяет как заведенный: «Мы самые могущественные во Вселенной. Ты должен стать моим преемником!» –пожаловался мне Карась.

– Что мешает тебе стать его преемником и все изменить сверху? – задала я резонный, на мой взгляд, вопрос.

– Ты предлагаешь мне убить отца? – возмутился Карась.

Я даже испугалась.

– Нет! Предлагаю дождаться, когда он уйдет на пенсию, и стать во главе Федерации. Если в твоих руках будет вся власть, ты сможешь провести реформы и дать другим расам больше свобод.