— О третьем этапе? — Лиза подалась вперёд, моментально забыв про свой салат. — Не тяни!

— Хо-хо-хо, это стоило мне определённых усилий, — Виктор откинулся назад, наслаждаясь моментом всеобщего внимания.

— Усилий? — хмыкнула Эльза, не поднимая головы от своей тарелки. — Опять очаровал какую-то несчастную, и был таков? Когда ты уже перестанешь использовать свою смазливость в корыстных целях?

— Пф-ф! — несложно было понять, кого спародировал Виктор. — Просто у меня, в отличие от некоторых, есть талант располагать к себе людей! И леди Мариэлла оказалась невероятно милой, разговорчивой и, несомненно, информированной собеседницей. Это так, к слову. Источник надёжный…

— Угу, — тут же отозвалась Эльза. — И ты, конечно же, совершенно случайно разговорился именно с дочерью герцога, засыпав ту комплиментами.

Лиза прикрыла рот ладонями, улыбнувшись одними глазами, а Дмитрий демонстративно уставился в потолок, старательно делая вид, будто происходящее его ни в малейшей мере не касается.

— Я — профессионал. Просто признайте это, — бросил Виктор недовольно. — Но если серьёзно, то слухи оказались правдивы только отчасти. Это будет не бой.

— А что тогда? — я наклнился вперёд.

— Третий этап — по сути, дуэли, но в формате шоу. Для поднятия престижа Первой Академии, для усиления духа соперничества и, конечно же, для уточнения внутренних рейтингов, ведь в этом году среди поступающих очень много тех, кому не по рангу быть на одном уровне с окружающими…

— Виктор, угомонись, а? — Эльза посмотрела на кузена предостерегающе, и тот проникся.

— Ладно, ладно. Среди своих-то нельзя, что ли? — парень театрально вздохнул. — В общем, на третий этап попадут те, кто уже прошёл по первым двум, то есть, принят в академию на общих основаниях. Всю получившуюся толпу разобьют на пары, и начнут сталкивать друг с другом в дуэли…

— Но не в боевой? — уточнил Дмитрий.

— Именно. Суть в том, что судья называет тему. Например, «сделать самую совершенную сферу» или «воплотить цветок, которого нет в природе». Задача — сделать это быстрее, чище и детальнее, чем соперник. Чистое творчество и контроль.

— А судьи кто? — Лиза нахмурилась?

— Приёмная комиссия в расширенном составе, — Виктор постучал пальцем по столешнице. — Два десятка человек из тех, что повыше сидят. Наверное, кто-то от герцогских семей, от графских. Главы ведомств, тайные советники… глядишь, и сам Император задержится для такого дела, таких подробностей у меня нет. Но максимум, который можно получить от жюри — двести баллов.

— Двести, — повторила Эльза задумчиво. — Это много, и оценка должна быть довольно точной. Они ни на что кроме соревнования не влияют?

— Об этом мне ничего не известно, — признался Виктор смущённо. — Так что может быть по-всякому…

Я же в это время потёр переносицу, переваривая услышанное. Новости были одновременно и хорошими, и плохими. В том, что касается воображения, я могу дать фору любому — просто за счёт своих навыков. И это хорошо. А вот то, что всё это будет действом публичным…

«Одно дело — хорошие баллы в таблице, да впечатление парочки экзаменаторов. И совсем другое — выступление перед двумя десятками первых лиц Империи, которые там не повинность отбывать будут. Так можно и заявить о себе, и привлечь нежелательное внимание».

— Вот это, однако, поворот, — пробормотал Дмитрий, хмурый, как грозовая туча. — Я-то думал, что нас заставят стрелять по мишеням. Или командные игрища какие…

— Пф-ф. Это не полигон и не военный лагерь для подростков, Дима, — фыркнула Эльза, отодвинув тарелку. — И нам пока рано волноваться о третьем этапе. Нам бы первый и второй пройти без эксцессов…

— И что мы имеем в итоге? — Лиза, напротив, не торопилась отходить от темы. — Кто из нас вообще может рассчитывать на успех в этом сомнительном предприятии?

— Ну, — Виктор подобрался, начав загибать пальцы, — у нас есть герой-одиночка, — он кивнул на меня, — гениальный тактик, — кивка удостоился Громов, — будущая светило медицины, да поможет нам всем господь, ауч!..

— Без шуточек! — пригрозила рыжая, притворно нахмурившись и, безо всякого сомнения, легонько пнув родственника под столом.

— И, кхм-кхм, — Виктор прокашлялся. — Организаторский гений имени Элизабет. А о себе, скромном мастере эрикс-искусств, я умолчу. Не буду портить вам соревнования, постараюсь выбыть на первых этапах…

— Скромность — твоё второе имя, безо всяких сомнений, — улыбнулась Лиза, которой и самой было интересно, что за «титул» ей подберёт ленивый прохвост.

— Третье. Идёт сразу после «обаяния» и «неподражаемости».

Все рассмеялись: Виктор сегодня явно был в ударе. Улыбнулась даже Эльза, которую не так-то легко было пронять, паясничая. Тем более, это был её кузен, и с его приколами она наверняка была знакома не понаслышке.

Мы ещё немного пообсуждали тему, что за неимением дополнительной информации оказалось делом бессмысленным, обговорили кое-какие слухи по поводу принца и грядущего учебного года, а после разошлись, каждый по своим делам.

Дружба — дружбой, но времени у нас было в обрез, и несмотря на шуточки-прибауточки, каждый тут боялся не поступить из-за какой-то ерунды. Высокий конкурс даже среди аристократов, толпы простолюдинов, которые будут пробовать прорваться в святая святых, не щадя животов своих, банальные случайности — причин для провала было более, чем достаточно.

Ну а я… я опасался не ответить на что-то очевидное для любого местного. Боялся затеряться среди рядовых абитуриентов. Боялся засветиться слишком сильно. Боялся того, что по мне внезапно ударит «моё» прошлое, о котором я ни сном, ни духом…

Суетился ли я? Нет. Тратил ли время рационально? Четырежды да. А как всё получится в итоге? Покажет время.

«Главное во всём этом хаосе себя не потерять, а всё остальное, будь то деньги, власть, сила или любовь — всё это приложится…».

// Прим. авт:

Парочка иллюстраций, кто есть кто — понятно и так;)

Изображения, эти и другие (все заменены), уже есть в материалах к книге, и будут также опубликованы отдельной главой в конце первого тома.

Я проснулся за минуту до будильника, и какое-то время просто смотрел в потолок, прислушиваясь к тишине за окном. Даже птицы, обычно присутствующие фоном, сегодня как-то подзатихли.

«Распугали пташек, не иначе. Тридцать первое число. В академии должно быть не протолкнуться…».

Сообщение от Эльзы пришло, когда я, умывшись и одевшись, уже заканчивал собирать волосы в хвост на затылке. Браслет коротко завибрировал, а я уже совершенно инстинктивным движением вытащил из кармана телефон.

«Лекс, ты где? Договаривались же собраться за полчаса до».

Я бросил взгляд на часы. До пресловутого «полчаса до» оставалось ещё двадцать с лишним минут. Хмыкнув, быстро набрал ответ — иду, мол, и опоздать точно не опоздаю.

В последний раз проверив повязку, которую Эльза лично наложила накануне вечером, — мол, с утра в медкрыло будет не попасть, — я вышел в коридор общежития. Сегодня тут было тихо и безжизненно: никаких суетливых абитуриентов, никаких галдящих компаний или обслуги, торопящейся успеть до пробуждения основной массы постояльцев, или наоборот — до их возвращения.

Экзамен, к которому все готовились годами, неиллюзорным Дамокловым мечом навис над головами молодёжи, которая, как и всегда, в общем-то, не была к этому готова.

«Такая тихая и спокойная академия мне нравится даже больше» — хмыкнул я, прищурившись и втянув носом влажный, пахнущий насыщенной зеленью воздух. Ночью прошёл дождь, и теперь его «дыхание» обещало преследовать нас по меньшей мере до полудня.