— Ты цел? — выдохнула я, подхватывая его под свободную руку.

— Пока да, — усмехнулся он, — но если останемся здесь — уже не буду.

Снег усилился. Лёгкие хлопья, ещё недавно кружившие в воздухе, теперь сыпались, будто небеса решили скрыть от людских глаз всё, что должно остаться тайной.

— Мён Су, ты… — хрипло проговорил он, глядя на моё лицо.

— Обычная царапина, ничего страшного.

— Столько крови!

— От ран на лице всегда так, забыл? Давай, надо выбираться отсюда, пока остальные не спохватились.

Как и ожидалось, ворота были закрыты. Я оставила Джи Мина возле стены и приложила огромные усилия, чтобы справиться с огромными деревянными засовами.

Нужно было перелезть через городские стены, но раненая рука брата не позволяла нам этого сделать.

И, похоже, всё было гораздо серьёзнее, чем я думала.

Двери распахнулись, и мне с трудом удалось подавить крик, так и застрявший в горле, потому что я увидела две фигуры, тихо стоявшие по ту сторону.

Нет, ещё один бой мы точно не выдержим…

— Госпожа!

Всё, а вот и бред подоспел. Мне отчётливо слышится голос Вон Ён, хотя её здесь быть точно не может.

— Госпожа, вы выбрались!

А, нет, мне не кажется, и это не галлюцинации.

Так и тянуло как следует отчитать обеих служанок за неподчинение, но это можно оставить на потом. Они увидели, что я практически несу Джи Мина на себе, и помогли подхватить его.

— Нужно закрыть ворота, — я обернулась и уже собиралась сделать это, но меня остановили.

— Нет, госпожа, — дама Хон схватила меня за руку. — Мы поэтому и пришли. Вест отправили во дворец.

— Я знаю, но пока доберутся…

— Вы не поняли меня, — женщина продолжала оттаскивать меня от городских стен. — Как только мы сообщили о наёмниках, один из них оседлал коня и отправился во дворец с донесением. Нужно уходить как можно скорее.

Они увидят это и точно поймут, куда мы ушли. Следы на снегу…

— Да, уходим, — согласилась с доводами. — Будем надеяться, что следы заметёт.

— Верно, госпожа, — Вон Ён тем временем обеспокоенно разглядывала Джи Мина. — Но боюсь, нам придётся остановиться. Господин…

— Я могу идти, — он отстранился от женщин и почти не дрогнул. — Рука повреждена, а не ноги.

— Но ваша рана!

— Ничего серьёзного, всё в полном порядке.

Оставалось лишь полагаться на слова брата. Моя тревога лишь усилилась, но ведь и он не маленький мальчик. Способен оценить свои шансы. Будь всё совсем плохо, я бы точно заставила его вернуться домой, но, казалось, будто мешала только боль. А это, в нашем случае, не так уж и критично.

Мы добрались до леса и уже там обнаружили, что восточные ворота словно загорелись. Факелы. И много. Очень много.

— Бежим! — крикнула, как будто в тумане.

И все послушались меня, опрометью кинувшись вперёд. Драконий Гребень мы найдём, даже если ноги унесут нас в совершенно другую сторону. Нужно было оторваться так сильно, как только возможно.

Но что могут две женщины, не покидавшие города, и двое изнурённых воинов?

Каких-то жалких полчаса, и преследователи разве что не дышали нам в спину.

Звук шагов. Нет, не один — трое, не меньше. Быстрые, решительные, уверенные. Стража. Они шли за нами.

— Быстрее, — прошипела я. — Вон туда!

Мы бросились в сторону, где чаща казалась плотнее. Деревья тут стояли ближе друг к другу, как будто сами стремились укрыть нас от опасности. Снег нещадно слепил глаза, а под ногами предательски поскрипывали корни.

— Там! — донеслось позади.

Я знала: ещё немного — и нас догонят. Джи Мин уже еле держался, тяжело дышал, рана явно мешала двигаться. Его пальцы сжимали ткань на моей спине, будто боялся отстать и исчезнуть. Как тогда. Как раньше.

Перед нами внезапно открылась впадина — неглубокий овраг, вырытый водой и временем. Вон Ён и Дама Хон подошли сзади и с силой толкнули нас вперёд.

— Прыгайте! — крикнула одна из них. Или обе сразу.

И мы упали, больно ударившись о камни и проскользив по снегу. Я прижалась к земле, затаив дыхание. Сверху ещё доносились крики и шум — топот, треск веток, гортанные команды. Служанки убежали. Их шаги быстро удалялись, и вместе с ними — шум погони.

Я не смела поднять голову. Джи Мин дышал рядом. Всё было слишком быстро, слишком страшно. Как в детстве, когда впервые оказалась под ледяной водой и не могла понять — утону ли или выплыву. Сейчас было то же самое. Мы упали, и тишина оврага стала новым миром — глухим, закрытым, полным ожидания.

— Они... — хрипло выдохнул Джи Мин. — Они отвлекли их.

Я молчала. Не могла говорить. Только теперь осознала, что мои руки дрожат, а сердце колотится, как у загнанного зверя. Страх прошёл по телу волной, оставляя за собой тяжесть.

Вон Ён. Дама Хон.

Я видела, как они исчезли в зарослях, как нарочно, громко ступали, привлекая на себя внимание. Как не обернулись.

Они знали. И всё равно сделали это.

— Мы не могли остановить их, — пробормотал Джи Мин. — Даже не успели ничего сказать.

Я стиснула зубы. Сердце болезненно сжалось, и только теперь я поняла, что ощущаю пустоту. Огромную. Как если бы меня вырвали из мира и бросили обратно, только уже в другом теле. Забавно, правда? В прошлый раз подобное ощущение несло за собой только крайнюю степень удивления и отголоски радости.

— Думаешь… они справятся? — спросил он.

Я не ответила. Не могла. Потому что знала — шансов было слишком мало. Никто не уходит от стражи просто так. А уж тем более простые служанки.

— Нам нужно... — начала я, но замолчала.

Что? Идти? Прятаться? Ждать? Я не знала.

Но знала одно: если мы вылезем сейчас — нас найдут. Если побежим — они услышат. Единственное, что оставалось, — затаиться. Как звери. Как духи леса, если они вообще существуют.

Я прикрыла глаза, позволив снегу падать на веки. Пока мы живы. Пока не услышали последние шаги. Мы должны ждать.

Пока они не уйдут.

Мён Су

Время тянулось бесконечно долго.

Уже в первые секунды тишины я была готова вылезти, однако Джи Мин удержал меня, не позволяя двинуться дальше. Он был прав, ведь кто-то из этих прихлебателей левого советника мог затаиться.

К тому же старик любил прибегать к помощи наёмников, так что один из них вполне мог ошиваться где-то неподалёку. Деревья скрывали луну, погружая нас в кромешный мрак. В какой-то степени это было нам на пользу, проще скрыться, однако и не видно ничего. Совершенно.

Как только тишина достигла своего апогея, мы выбрались из своего укрытия и аккуратно начали продвигаться в сторону Драконьего Гребня. Чем дальше мы шли, тем сложнее нам было. Его Величество знал, где спрятать мятежников, бесспорно. Всё больше огромных камней и крутых подъёмов встречалось нам на пути.

Мы почти не разговаривали. Лишь дыхание, скрип снега и стук сердца в ушах.

И вдруг — снова. Шаги. Щелчки поломанных веток. Чужие голоса.

— Чёрт... — выдохнула я. — Как им удалось?

Мы прижались к склону, затаились. Сколько их? Трое? Пятеро? Больше? Я не могла различить.

— Нужно уходить, — прошептал Джи Мин. — Сейчас.

— Мы не успеем.

Но мы всё равно побежали. Сквозь ветви, через буреломы, вниз по склону и вверх — по камням, где скользили ноги, где воздух резал лёгкие. Я слышала их сзади. Всё ближе. Они знали, что мы здесь. И теперь не собирались останавливаться.

Сначала мы бежали вслепую.

Под ногами хрустел не снег — ломался воздух, трещал лёд, скользили листья, рвались кусты. Ноги застревали между корнями, соскальзывали с камней. Мы не видели дороги — не потому, что её не было, а потому, что бежали не по ней.

Каждый шаг был рывком вперёд. Каждое дерево — врагом, пытавшимся задержать. Лес шептал, шипел, срывался на вой, когда сквозь него пробегали чужаки, лишённые благословения духов. Он был недоволен. Но хуже его были только те, кто остался позади.