— Тебя настолько пугает наличие ума? — Бён Чхоль заметил моё замешательство и слегка наклонил голову набок. — Понимаю, в большинстве семей принято, что у женщины не должно быть ума и характера.

Духи, пусть эта пытка закончится!

Когда скрываешь что-то значимое, то начинаешь дёргаться от каждого шороха. Даже в ровном голосе слышишь нотки подозрения и боишься, что тебя раскроют.

Одурачить мачеху и скрыть правду от отца было несложно. Первая была слепа и не обращала внимание ни на что, кроме собственной обиды, а второй искренне доверял каждому слову своих детей.

Но этого человека провести невозможно. Не в моём состоянии. У меня даже спрашивать ничего не надо, сразу заметно, что со мной творится нечто неладное.

— Скажи мне, Мён Су, — неожиданно мужчина перешёл на «ты», — я могу тебе доверять?

— Простите мне мою непонятливость, но о чём вы?

— Оставим напускную вежливость, сейчас она ни к чему. Так сложилось, что ты стала моей женой по моей личной просьбе, — Бён Чхоль замолчал на несколько секунд, словно пытался просчитать мою реакцию. Разумеется, я не выказала удивления, ведь это достаточно просто понять даже без подслушивания. Традиции не оставляли простора для фантазии. — Я полагал, что моя жена окажется нежным цветком, но уже вчера понял, что ошибся в своих суждениях. Ты можешь стать мне верным соратником или злейшим врагом.

— Интересный выбор.

— Можешь полностью отказаться принимать участие в чём-либо. Но тогда я не отвечу ни на один твой вопрос в дальнейшем. Тебе придётся слепо следовать моим приказам. Уверена, что сможешь?

— И ты понял это, увидев меня в день свадьбы? — на моих губах появилась кривая усмешка.

— У меня был сегодняшний день, чтобы подумать.

— Хорошо, предположим. Почему ты решил обсудить это ночью?

— Насколько мне известно, твоя матушка держит дом так, что ни один слуга не посмеет сказать лишнего слова. Но здесь ты новый человек, и людскую натуру не изменить. Думаешь, легко достать бычью кровь, чтобы о тебе или обо мне не судачили?

Бычью кровь?!

Я распахнула глаза и открыла рот, не скрывая удивления. Всё это время я подпитывала свою ненависть тем фактом, что Бён Чхоль поступил со мной, как последняя сволочь. Но теперь ещё одна опора этого разрушительного чувства рухнула.

— Не подумала же ты, что я последний мерзавец? — я опустила глаза и нервно закусила губу. — Или подумала… Разве я успел дать повод?

— Твои подарки были крайне странными, — вспомнила я о вышивке в виде феникса. — Мне казалось, что это всё — какая-то проверка.

— О каких подарках речь? Тебе не понравились наряды и украшения?

— Вышитый на них феникс был неуместен.

— Феникс? — кажется, мужчина был крайне удивлён. — Я бы не посмел оскорбить титул моего брата и его супруги. Никогда.

— Однако браслеты с данной птицей, а также некоторые предметы одежды пришли именно с твоими подарками, Бён Чхоль.

Этот человек слишком хорошо умел врать, так что предугадать его истинные намерения было невозможно. Однако даже во лжи должен быть смысл. Нужен какой-то мотив. Но сейчас смысла в этом не было.

Мун завёл разговор о доверии неспроста. Либо хотел использовать меня в своих целях, а затем сделать виноватой, но это слишком просто для него. Больше было похоже на жест отчаяния. Человек, который доверяет своим слугам не будет вести переговоры с собственной женой ночью. Это странно, как минимум.

— Значит я должен повторить свой вопрос, Мён Су. Я могу тебе доверять?

— Мы знакомы два дня. Вряд ли ты доверишься мне после моих слов.

— Ты плохо меня знаешь, дорогая супруга. Я уже видел, как ты выглядишь, когда врёшь. Не умеешь придумывать на ходу и притворяться робкой. Уверен, ты и сейчас мне многое не договариваешь.

— Хорошо, — солгала, не моргнув глазом. — Конечно, ты можешь мне доверять. Теперь мы связаны на всю жизнь, так что нам нужно учиться жить друг с другом.

Вряд ли мне удастся получить ценную информацию в ближайшее время, но теперь есть возможность узнавать обо всём напрямую. Может быть, мне даже не потребуется выходить из дома.

Нужно только, чтобы Бён Чхоль рассказывал мне абсолютно всё. Как верному другу. Как соратнику.

Может быть, он не отъявленный мерзавец, но то, к чему они с братом привели нашу страну… это не оправдать. Теперь каждое слово, сказанное в этих стенах, будет использовано против него.

Бён Чхоль

Брат узнает — выскажет мне всё, что он думает обо мне, как о государственном муже.

Возможно, я допустил ошибку, решив довериться своей жене. Да, вполне. Но мне не нужна змея в доме, здесь можно было успокоиться. Я женился на Мён Су, подробно изучив её семью. Вопросы вызывала только мать, но, как можно было заметить, девочка не взяла от неё ничего.

Да и страшно представить, что бы с ней было в доме кисэн с таким-то характером. Нет, она точно не годится в актрисы. Слишком спесивая.

И это была вторая причина, по которой я всё же решился начать плавно посвящать супругу в свои дела. Рано или поздно настанет момент, когда энергия потребует выхода, и лучше бы ей пойти по тому руслу, которое будет проделано мной.

Сейчас ответственность за эту женщину целиком и полностью лежит на мне, как бы её родной брат ни пытался доказать обратное. Да, сегодня он был слишком нервозен, что также помешало ему на поле боя. Похоже, они с напарником сорвались с места, едва завидев городскую стражу. Если бы мы не успели, то им пришлось бы очень туго.

Хван Джи Мину нужно учиться выдержке. Сегодня он чуть не погубил себя и своего брата по оружию. Признаться, вообще удивительно что он взял к себе в помощники кого-то подобного. Пришлось оттащить мальца за руку и контролировать его перемещения, чтобы не пришибло ненароком, а он оказался таким хрупким… Похоже, действительно совсем ребёнок.

Даже преследовать их не стали. Пусть думают, что ушли.

— Ты в порядке? — голос жены вырвал меня из размышлений. — Может, всё же завтра поговорим?

Обеспокоенной она не выглядела. Скорее, в её взгляде было больше прагматичности, что было даже лучше.

— И потеряем такую замечательную ночь? — шутка вышла глупой, но она была нужна нам обоим. — Времени не так много, моя дорогая супруга. У короля есть информация, что кто-то готовит государственный переворот.

Мён Су напряглась и слегка поджала губы, не переставая смотреть на меня.

Доверие. Хрупкая вещь, способная разрушиться о малейшее недопонимание. Однако и настолько же сильная. Когда веришь, то забываешь обо всех прегрешениях.

— И что ты хочешь этим сказать? — девушка выпрямилась и сложила руки на коленях. — Кто-то уже пробовал угрожать?

Да, она была права. Для полного доверия ещё слишком рано.

— Ничего не известно, но я говорю тебе это не для того, чтобы ты отправилась в сыскное ведомство. Оставь это своему брату, — я усмехнулся, отметив про себя, как они похожи. Оба хотят ринуться в бой сразу, без промедления. — Мне нужно, чтобы ты знала всё, что происходит в доме. Выбери людей, которым ты можешь доверить свою жизнь, пусть они приносят тебе любую информацию, вплоть до изменений в поставках продовольствия.

Жена нахмурилась, словно обдумывала, насколько логична моя просьба, но всё же кивнула.

— Значит, мне нужно обеспечить безопасность в доме?

— Нет, — я улыбнулся, но постарался, чтобы моё выражение лица не было слишком весёлым, иначе меня могут неправильно понять. А наши с Мён Су взаимоотношения и без того слишком хрупкие. — Лишь информировать меня. С безопасностью я разберусь сам.

— Не понимаю.

— Женщине доверятся охотнее. Полагаю, ты уже успела это заметить на примере своего дома.

Мён Су отвела глаза и как-то неопределённо пожала плечами.

— Трудно сказать. Все слушались матушку, так что мне были известны далеко не все детали. Но доля правды в твоих словах есть — слуги действительно доверяют женщинам больше. Считается, что от них сложнее получить телесное наказание.