По залу вновь прошла волна приглушённого гула:  Великий Князь удостоил разговором  моих родственников! Это ли не знак признания?! Всем известно: Великий Князь прекрасно осведомлён, кто исправно пополняет  княжескую казну!

И тут я ощутила направленный на мой живот взгляд, полный ненависти и нерастраченной злости. Повернув голову, я увидела в дальнем углу дворянку Ирен, бывшую любовницу барона. Оглядев её фигуру, я не нашла никаких изменений. Мои руки непроизвольно в защитном жесте легли на живот. Я знала, что она не беременна, и после разрыва с Артуром быстро вышла замуж за старого боярина. А вот и он появился, старый, толстый. Короткий разговор — и он увёл её.

Довольная усмешка появилась на моём лице.

Каждому — по заслугам, каждому — по делам.

— Девочка моя! Тужься! Ещё немного!  Давай, на счёт "три"! — настойчиво командует надо мной повитуха-целительница.

— Охх.... ххх, — простонала я. Очередная волна  боли накатила на меня, словно пчелиный рой, жалящий каждую клеточку тела. От боли моё тело выгибается дугой, а пальцы судорожно впиваются в простыню.

Я стараюсь, очень стараюсь прислушиваться к её командам. Повитуху-целительницу с помощницей доставили в моё имение ещё утром, едва начались первые схватки.

Дядя Прокоп подсуетился, договорился заранее через своих знакомых и друзей. Лучшие повитухи-целительницы работают в столичном княжеском  доме рождений детей, и к ним стоит очередь. Потому то дядя и постарался для меня.

Внизу, в столовой, с самого утра собрались мои родственники, оттуда в минуты моего затишья слышится тихий гул, как в улье у пчёл. Этот гул напоминает мне , что я в этом мире не одна, у меня есть родственники...

Я откидываюсь на подушку, жадно хватая ртом воздух после очередной схватки.  Испачканную мною простыню помощница повитухи ловко убирает из-под меня и стелет чистую.

Я целый день промучилась со схватками. Уже вечер. Из окна я вижу, как последние лучи осеннего солнца скользят по жёлтым листьям берёз, придавая им золотой цвет...

И вот, новый приступ схватки. Схватка накатывает новой волной. Сил тужиться не осталось...

— Сейчас, девочка моя, помогу тебе, — слышу я сквозь пелену боли ласковый голос повитухи.

И чувствую, как она кладёт свои горячие ладони на мой живот. Тёплая волна проникает в моё тело, появляются новые силы,  и я тужусь изо всех сил...

Внезапно боль отступает, сменяясь облегчением.

Крик младенца оглушает меня, и я счастливая, обессиленно расползаюсь на кровати, как жидкое тесто... Дышу тяжело.

Няня Мила вытирает с меня влажным полотенцем мокрую испарину.

— Молодец, девочка моя, родила, — шепчет в ухо она мне тихо.

— Поздравляю, баронесса Элен, у вас мальчик! Здоровый! Наследник! — говорит повитуха, в её голосе чувствуется торжество и гордость.

Ещё бы, принимала роды самого наследника барона Артура Велен, героя, погибшего при освобождении захваченных в плен саргунцев на границе.

Но я ей очень благодарна за помощь!

— Спасибо вам, госпожа Заряна! Спасибо за всё: за сына и за меня! — хватает у меня сил поблагодарить повитуху. — Спасибо, няня Мила.

— Спасибо, госпожа Светлана, — благодарю я помощницу, успевшую уже обработать пупок моего сына.

Помощница с улыбкой на лице кладёт моего мальчика мне на живот и я любуюсь своим долгожданным малышом.

— Посмотрите, госпожа баронесса, какой он у вас красивый и сильный, — шепчет она.

Малыш смугленький, как и его отец, Артур Велен. И кричать умеет здорово! Вот он прижался ко мне, почувствовав моё тепло. Повитуха укрыла сына тёплой простынёй.

Я смотрю на него, и моё сердце наполняется нежностью и любовью.

— Ну, здравствуй, сыночек. Я так долго ждала тебя. Я люблю тебя, очень люблю, — шепчу я, трогая его чёрные волосики на голове, как у его отца.

Своими чёрными глазами он смотрит на меня.

Даже сейчас уже видно, что он полная копия барона Артура Велен! Маленькими кулачками он стучит по моей груди, требуя молока?.. А я не могу налюбоваться на своего сына. Какой он красивый...

— Малышу надо дать попробовать несколько капель материнского молока, — командует повитуха и подкладывает сына к моей груди.

Малыш смешно причмокивает, меня переполняет радость...

— Баронесса, я возьму его ненадолго? Скоро послед выйдет, — говорит повитуха и забирает сына.

Помощница начинает пеленать сына.

А я чувствую новый приступ схваток, но не такой сильный и болезненный, как раньше, из меня выходит послед.

Меня обмывают, снова меняют простыни, переодевают в чистую сорочку,  и госпожа Заряна подносит к моему рту склянку.

— Выпейте, госпожа баронесса, эту настойку, — мягко говорит она, — Вы молодец, родили здорового сына. А сейчас вам следует поспать и набраться сил, чтобы ухаживать за сыном.

Я пью настойку, она немного горчит заморским перцем.

Няня Мила садится ко мне на кровать и заплетает на скорую руку рассыпавшиеся волосы в косу.

— Поспи, родненькая, ты хорошо поработала. А сейчас тебе надо спать. Я присмотрю за малышом,  — гладит меня по волосам, как в детстве.

И я счастливая, засыпаю, глядя на сына.

Помощница повитухи запеленала его и  положила в детскую деревянную кроватку, передвинув её поближе к моей кровати.

Эльдар стоял на балконе своей комнаты Гостиного двора, куда разместили всё Саргунское посольство и с наслаждением вдыхал морозный воздух, пахнущий хвоей. Холодный ветер приятно освежал лицо.

Отсюда, с высоты третьего этажа, перед ним раскинулась суровая красота Беловодья — тёмные хвойные леса и застывшие в зимней спячке многочисленные реки и озёра.  Его взгляд скользил по заснеженным крышам городских домов, расположенных вдали от Гостиного двора. Там, между домами суетливо сновали люди, укутанные в тёплые тулупы и шубы, столбом поднимался дым из кирпичных труб, звенели колокольчики...

Последние лучи заходящего солнца мазнули по верхушкам  елей, растущих под балконом, и, сверкнув серебром по усыпанным снегом веткам, исчезли за окоемом.

Заметно похолодало, и барон поплотнее укутался в свою медвежью шубу,  накинуа лохматый капюшон на голову.

Здесь, в Беловодье, погода всегда славилась и долгой зимой, и сильными морозами, не то, что в родном Саргуне.

Дело, над которым работали послы уже так давно, наконец, близилось к завершению. Долгие месяцы  напряженных переговоров увенчались успехом. Брачный союз между соседними княжествами был заключён. Среднюю дочь Князя Беловодья Анастасию сосватали за Мстислава Серебряного и даже смогли договориться с датой свадьбы.

Кроме того, были заключены взаимовыгодные торговые соглашения между Беловодьем и Саргуном. Эти договорённости обещали принести большие прибыли обеим сторонам.

Теперь всё шло к завершению: оставалось только дождаться от Князя Беловодья дорожных грамот и ответных даров. После чего можно было забирать невесту с приданым и отправиться в обратный путь. Послы с облегчением вздохнули — самый трудный этап переговоров был позади.

А Эльдара мучили мысли о доме, об Элен, которую он оставил несколько месяцев назад. Даже находясь здесь, в Беловодье, он знал, что происходило дома. Гибель бывшего мужа на границе, рождение сына Элен. Всё это любимая женщина пережила одна. А он мог только отправлять ей короткие письма.

Эльдар часто вспоминал её взгляд, улыбку.

Обещание, данное Элен, жгло его сердце. Он обещал вернуться как можно скорее, и теперь, когда дело близилось к концу, это обещание обретало особую значимость. Находясь вдали от Элен, Эльдар понял, что он действительно любит эту женщину.

Но сомнения то и дело закрадывались в его душу. Действительно ли Элен ждёт его? И дождётся ли? Ведь она не давала ему обещания ждать, не говорила о любви и верности.

В памяти всплывала последняя встреча — ведь в ней оставалась недосказанность. Может быть, он просто обманывал себя?