— Завтра или послезавтра я с вами свяжусь, — пообещал Макс. — Распределим кредиты, обсудим, что делать с остальным лутом. Вдруг, вам что-то приглянулось. А так, может, ещё поработаем вместе. Ребята вы толковые. Лена, так вообще красотка, спасла пару моих ребят. Так, ну, я пошёл. Бывайте.

Мы попрощались с ним и побрели к выходу из парка, к подъезжающим такси, которые нам вызвал Саня. Город спал. Обычная жизнь, которая после этих дней казалась какой-то серой и скучной.

Дома я, не раздеваясь, рухнул на кровать. Перед сном, уже почти отключаясь, я насильно вызвал интерфейс. Таймер в задании про «Ревущую Бездну» продолжал отсчитывать оставшееся время:

352 дня 15 часов 22 минуты.

Я взял в руки «Дневник Свидетеля Песков», который хотел почитать перед сном. Но меня хватило только на то, чтобы его открыть. Мозг отказывался работать, и я отрубился, так и не прочитав ни единого слова.

Я провалился в сон, где стоял на краю чёрной, бездонной трещины в земле, из которой доносился низкий, мерный рокот, похожий на бой огромного сердца. А в руке у меня был не кинжал и не посох, а старинный, ржавый ключ, который я никак не мог вставить в невидимую скважину в воздухе…

Потом внезапно оказался на вершине скалы, посреди моря из огня. Из него ко мне ползли какие-то рогатые твари. Я отбивался от них, выстреливая Вихрем Песка, но он не причинял им никакого вреда. Когда они уже почти добрались до меня, и уже тянули свои кривые ручёнки с чёрными когтями, я зачем-то поднял над головой посох и выкрикнул какое-то незнакомое мне слово, после чего…

Я полз по каменной кишке, которая сужалась с каждым метром. Но поворачивать назад было нельзя. Следом за мной полз кто-то страшный и голодный. Я чётко осознавал, что, стоит мне остановиться, и этот «кто-то» откусит мне стопу…

— Аааааа! — кричал я, зажимая обрубок плеча.

— Вкусно! — Саня растянул окровавленные губы в безумной улыбке, протягивая оторванную руку Лене, которая кривила рот в капризной гримасе. МОЮ руку!

Картинки сменялись одна за другой. Я просыпался весь мокрый от пота и снова засыпал. Кошмары преследовали меня весь остаток ночи, отпустив лишь под утро. И только я забылся спокойным сном, как кто-то из соседей решил, что настал удачный момент, чтобы опробовать новый перфоратор…

Я попытался заставить себя заснуть, но ничего не вышло. Плюнув на бесплодные попытки, с тяжёлой головой я встал и пошёл умываться. Пока разогревал себе завтрак, взял Дневник и погрузился в чтение. Сперва было сложно, но чем больше символов мне переводил мой навык, тем быстрее я читал.

И офигевал от новой информации.

Если кратко, босс, которого мы убили, чтобы закрыть этот Разлом, когда-то был обычным представителем расы ванаров. В дневнике об этом было упомянуто вскользь, что меня сильно разочаровало. Было очень интересно узнать о существовании других разумных видов.

В один «прекрасный» день, в их мире начали появляться воронки, которые затягивали ближайших ванаров. Те попадали в какие-то места, где на них нападали агрессивные монстры. Вернуться обратно можно было лишь уничтожив всех монстров и разрушив яйцо, которое их производило на свет.

Такие места были описаны довольно подробно, как и монстры, с которыми сталкивался автор дневника. Мне же это всё сильно напомнило наши Разломы. Детали отличались, но общий смысл был схож: попадаешь не пойми куда, убиваешь всех, кто попадается у тебя на пути, получаешь силу с поверженных врагов.

У ванаров был распространён культ личной силы, так что многие из них чуть ли не дрались за право пройти обряд посвящения, как они начали называть попадание в Разломы Инициации. Со временем, порталов стало появляться всё больше, из них в мир хлынули монстры, которые уничтожили многие крупные города.

Но были и «плюсы». Посвященные ванары, которые выжили в этой бойне, стали очень сильны. Они сначала отбили волну монстров, а потом катком прошлись по Разломам и позакрывали их.

Почти все.

Оставались только самые сложные. Но их ванары закрыть уже не смогли или не успели. Тут я не совсем понял. А может не захотели?

Дело в том, что они, вместо того, чтобы продолжить очищать мир от этого зла, сцепились друг с другом. Зачем? Почему? Автор не знал, но предполагал, что всё дело в поглощённой с монстров и Разломов силы.

Да, Посвящённые становились сильнее, но с силой приходила агрессия. Ванары и до этого уважали и ценили личную силу, но у них были законы и ограничения. В изменившемся мире эти законы исчезли, так как некому было следить за их исполнением.

Некоторые из ванаров, кто поглотил слишком много силы с монстров и Разломов начали превращаться в монстров, потеряв разум. Их убивали свои же, но таких обезумевших становилось всё больше. Некоторые из них уходили в Сильные Разломы и не возвращались. Мир потихоньку погружался в пучину безумия.

Всё стало только хуже, когда кто-то из сильных ванаров, обладавших магией, предложил отгородиться от «одичавших». Был проведён какой-то ритуал, о котором автор дневника почти ничего не знал или не посчитал нужным его описывать. И результат оказался не совсем тот, на который рассчитывали те, кто его проводил.

У них получилось не просто отгородиться от одичавших. Они разбили сам мир на части. Самое страшное, что порталы, которые так и не перестали появляться, начали вести на такие «Осколки», где ванарам всё так же приходилось убивать своих одичавших.

Ещё одним неучтённым в ритуале фактором стало то, что дробление мира продолжилось. Как продолжилась и деградация оставшихся в живых ванаров.

Свидетель Песков начал вести этот дневник, когда их Осколок отделился от более крупного, а сам он начал ощущать следы подступающего безумия. Чем всё закончилось и почему он оказался единственным ванаром в Разломе, осталось для меня тайной. Зато хоть узнал, почему у него было тело скорпиона. Оказалось, что всё дело в том, что ему попался редкий навык, развитие которого и привело к такой вот необычной мутации.

— Твою ж мать! — пробормотал я, захлопывая Дневник и бросая его на стол. — Это что, выходит, что нас ожидает то же самое?

Надо бы поделиться этой информацией с остальными Игроками. Но, кроме этого дневника, других доказательств у меня нет. Смогут ли его перевести и поверят ли остальные в то, что в нём написано, — я не знал. Но попытаться был просто обязан.

Да, надо сегодня же найти офис Гильдии Игроков и поговорить с кем-нибудь важным. Если они не совсем дураки, то не станут отмахиваться от этой информации. А если не выйдет с ними, то придётся искать другие варианты, как донести до остальных то, что я прочёл.

Я потянулся к Дневнику, чтобы взять, но, стоило мне коснуться его, как он рассыпался горсткой песка.

— Чивоооо? — не понял я. — Нет-нет-нет. Как же так! Да кто же мне на слово то теперь поверит? Как так то, а?

Из ступора меня вывела вибрация телефона. Кто-то настойчиво названивал, несмотря на то, что я не отвечал.

— Ало? — я всё-таки взял телефон и ответил на вызов.

— Колян, блин! До тебя как до президента не дозвониться. Мы сегодня договаривались встретиться. Лена пригласила к себе. К двум нормально? Она обещала приготовить чего-нибудь вкусненького.

— Да-да, я буду, — рассеянно ответил я. — Только я адрес её не знаю.

— Так она же его в беседе написала, ты чего, не заходил ещё, не смотрел?

— Не, не успел. Гляну.

— У тебя там всё в порядке? Голос у тебя какой-то странный.

— Ну так… есть кое-что. Расскажу при встрече.

— Договорились. Давай, до встречи, братан!

— До встречи, — ответил я, и сбросил звонок.

Через несколько часов мы встретились у Лены. Я, слегка запинаясь и сбиваясь, пересказал ребятам содержание Дневника Свидетеля Песков и то, что он в итоге рассыпался кучей песка. Ребята восприняли информацию спокойно, словно в том, что я им рассказал, не было ничего страшного.