— Нет.

Она даже не посмотрела.

— Я не договорила.

— Ты хотела предложить кровь.

— Я хотела предложить ложный след крови.

Он замолчал.

Дорн поднял голову.

— Можно. Если создать приманку на основе слабого личного следа и отвязать воронку от настоящего источника.

— По-человечески, — потребовала Лиара.

— Нужна ваша кровь, но мало. И сила лорда Рейнара для обмана контура.

Арден посмотрел на нее.

— Мало — это сколько?

— Капля, — сказал Дорн. — Если госпожа Вейл сможет удержать форму.

— Смогу.

Арден подошел к ней.

— Если почувствуешь, что тянет глубже, прекращаем.

— Ты снова…

— Прошу.

Она закрыла рот.

Проклятый мужчина.

Все чаще он ставил просьбу туда, где ей удобнее было отбиваться от приказа.

Лиара достала малую иглу, проколола палец и позволила одной капле упасть на обломок чистого фарфора. Арден опустил рядом два пальца, не касаясь крови, и пустил тонкую нить драконьего жара.

Капля вспыхнула.

Воронка на столе замерла.

Потом потянулась к приманке.

— Сейчас, — сказал Дорн.

Лиара резко провела пальцами по воздуху, закручивая ложный след вокруг синего узла. Воронка дрогнула, съежилась, втянулась внутрь себя и лопнула тихим хлопком.

Огонь погас.

Комната стала темной и разгромленной.

Но не мертвой.

Лиара бросилась к оставшимся листам. Сохранилось мало: половина списка по Мирене, заметка о Селле, одна строка про Кайдена Морра и договорная копия без последней страницы.

— Достаточно? — спросил Арден.

— Для суда рода — мало. Для меня — достаточно.

Она открыла ящик, где оставляла браслет.

Пусто.

Но на дне лежал обрывок вишневой нити.

С платья Мирены?

Слишком просто.

Лиара взяла его платком.

— Подбросили, — сказала она.

Арден кивнул.

— Чтобы мы гнались только за ней.

— А настоящая цель?

Он посмотрел на сгоревшие бумаги.

— Игла.

Лиара похолодела и схватилась за внутренний карман.

Сверток был там.

На месте.

Она выдохнула.

Арден это заметил.

— У тебя?

— Да.

— Хорошо.

В этот момент со стороны коридора донесся крик.

Не боли.

Ярости.

Лорд Велсар.

Арден вылетел из комнаты первым. Лиара за ним.

Внизу, в малом холле северного крыла, двое стражников удерживали старшего рода. На лице Велсара была кровь. Не его — один из стражников рядом держался за разбитый нос. Старик вырывался, крича:

— Я требую видеть лорда! Немедленно! Это безумие! Вы не имеете права держать меня под надзором, когда предательница уничтожает дом!

Арден остановился на верхней площадке.

— Кого ты назвал предательницей?

Велсар вскинул голову.

Он был бледен, взлохмачен, без родовой цепи. Впервые Лиара увидела в нем не холодного судью, а старика, у которого из рук вырывают власть.

— Милорд, вы должны одуматься. Эта женщина с первого дня вносит раскол! Теперь леди Мирена исчезла, северное крыло горит, ваши люди гибнут…

— Мирена исчезла, потому что ее кто-то вывел.

— Или потому что испугалась ложных обвинений!

Лиара спустилась на несколько ступеней.

— Она забрала браслет.

Велсар дернулся.

Слишком быстро.

Арден увидел.

— Ты знал?

— Я не понимаю, о чем речь.

— Велсар.

Старший рода выпрямился.

— Я служил этому дому дольше, чем ты живешь.

— Тогда отвечай как тот, кто служил. Ты знал, что браслет не уничтожен?

Молчание.

Лиара дошла до нижней ступени.

— Вы принесли Ардену осколки. Сказали, что браслет разбит. Откуда взяли осколки?

— Это не имеет значения.

Арден начал спускаться.

Каждый шаг звучал как удар.

— Имеет.

Велсар посмотрел на него с отчаянием.

— Я хотел защитить род.

Лиара тихо рассмеялась.

— У вас тут все защищают род одинаково. После вашей защиты он почему-то все время кровоточит.

— Ты ничего не понимаешь! — сорвался Велсар. — Ты была чужой. Девочка из слабого целительского дома. Алтарь не должен был принять тебя так сильно. Рейнаров нельзя было ставить в зависимость от твоей крови!

Арден остановился.

— Поэтому ты поддержал Мирену.

— Я поддержал кровь рода!

— Ложь, — сказала Лиара. — Вы поддержали удобную женщину, которая обещала быть своей.

Велсар повернулся к ней.

— Ты не знаешь, что такое держать древний дом. Не знаешь, что значит смотреть, как чужая жена получает власть, которой не имели рожденные Рейнары.

— Знаю, что значит получить власть, о которой не просила, а потом быть выброшенной за нее же.

Старик замолчал.

Арден произнес:

— Ты участвовал в подставе?

— Нет.

— Но знал после?

Велсар закрыл рот.

И этим ответил.

В холле стало тихо.

Даже раненый стражник перестал стонать.

Лиара почувствовала, как внутри нее что-то опустилось. Не удивление. Не облегчение. Скорее усталое подтверждение: да, вот он, еще один камень в стене, из которой построили ее изгнание.

Арден спросил:

— Когда?

Велсар смотрел в пол.

— Через несколько месяцев. Когда начались первые сбои печатей. Мирена пришла ко мне. Сказала, что браслет не уничтожился. Что замок не отпустил Лиару.

— И ты молчал.

— Если бы я сказал, род раскололся бы!

— Род уже раскололся.

— Ты не понимаешь…

Арден ударил кулаком по каменным перилам.

Камень треснул.

— Я три года не понимал, потому что вы все помогали мне оставаться слепым!

Велсар отшатнулся.

Лиара впервые услышала в голосе Ардена не холод, а настоящую боль, обнаженную, яростную.

— Ты был моим наставником, — сказал он. — Ты стоял рядом, когда я подписывал развод. Ты смотрел, как я выгоняю жену, зная, что дом ее не отпустил.

— Я не знал всего!

— Но знал достаточно.

Старик опустил голову.

— Да.

Арден медленно выдохнул.

— Отвести лорда Велсара в нижние покои. Без права переписки, без посетителей. Допрос — после стабилизации замка.

— Милорд! — вскинулся один из старших воинов. — Это член совета.

— Именно поэтому он еще жив.

Велсара увели.

Он не сопротивлялся.

Лиара смотрела ему вслед и не чувствовала победы. Только холод.

Арден повернулся к ней.

— Я не знал.

Она закрыла глаза.

— Не сейчас.

— Я должен сказать.

— Нет, Арден. Сейчас ты должен найти Мирену, удержать замок и не дать Морру забрать мою кровь. А твое “я не знал” мы оба слышали уже слишком много раз.

Он принял.

Снова.

Проклятье.

— Что с браслетом? — спросил Дорн, спускаясь к ним с обожженным рукавом.

— У Мирены или у той, кто ее вывел, — сказала Лиара.

— Тогда у них часть старого контура. Если они соединят браслет с первичным следом вашей крови…

— У них нет иглы.

— Но они думают, что она в ваших покоях. Поэтому и атаковали.

Арден резко спросил:

— Что им даст браслет без иглы?

Дорн помрачнел.

— Доступ к остаточной брачной клятве.

Лиара замерла.

— Объясните.

Маг сглотнул.

— Браслет был символом принятия хозяйки. Если его использовать в искаженном обряде, можно попытаться принудительно восстановить старую связь.

— Брачную? — голос Лиары стал тихим.

— Не совсем. Скорее, ее магическую тень. Но если добавить кровь…

— Мою.

— Да.

Арден сказал:

— Они хотели получить иглу, чтобы не трогать Лиару напрямую.

— Не только, — медленно произнесла Лиара. — Если у них была бы чистая кровь и браслет, они могли бы переписать договор без меня.

Дорн побледнел:

— Теоретически.

— Хватит этого слова.

— Да. Могли бы.

Арден повернулся к воинам:

— Проверить все выходы. Мирену искать живой. Женщину в сером — тоже. Если кто-то идет к родовому алтарю, остановить любой ценой.

— Да, милорд!

Лиара сжала сверток с иглой.