Не самый лучший выбор для степи, но именно здесь и сейчас такой зверь весьма полезен. Ещё бы чуть-чуть, и всадник меня опередил. А там, даже найди я свежие следы когтистых лап, не факт, что догадался бы, кто их оставил. Варгов до сих пор ни разу не видел, да и встретить их ни с того, ни с сего посреди Мудавии — это почти как на марсианина наткнуться. Так что скорее поверишь в какого-нибудь редкого степного хищника, чем в диковинного наездника.

Сам наездник тоже интересный: одет во всё черное, капюшон надвинут низко, скрывая лицо. Не понимаю эту «моду» у тёмных, они ведь здорово ограничивают себе поле зрения, не говоря уже о том, что издали выдают себя характерной и заметной особенностью. Однако всё равно при первой возможности тут же напяливают на себя любимую хламиду и пытаются спрятаться в ней полностью.

Это определённо тот, кто мне нужен.

Я не стал торопиться. Подождал, позволяя всаднику спуститься ещё ниже, до последнего обрыва. Там мне не придётся прилагать усилия, чтобы до источника информации добраться, и заодно, пока тот движется, можно осмотреть склон. Мало ли, вдруг за этим товарищем следует коллектив коллег, а его просто вперёд послали, вместо полноценного дозора. Займусь им, и тут же толпа сообщников на голову свалится.

Я, конечно, дико крут, но непобедимым себя не считаю, и потому, если это возможно, стараюсь сводить риск к минимуму.

Вроде никого нет.

Вытащив жезл, выпустил россыпь Каменных пуль, и следом такую же россыпь Льдинок. Варг рухнул тут же, а вот всадник лишь окутался эффектами сработавших артефактов или защитных навыков. Мне повезло, и злобное животное, заваливаясь, придавило наездника. Тот, падая, порывался куда-то отпрыгнуть, но чуть-чуть не успел.

Пользуясь этим, я добавил Каменным и Ледяным копьями. Навыки более мощные, и, к сожалению, шумные. Однако деваться некуда, защита у противника оказалась не из простых.

Знал бы, начал с лука. Артефактные стрелы на такой дистанции получше магии со многими щитами расправляются. Но менять оружие счёл ненужным, чувствовал, что вот-вот, ещё немного, и додавлю.

Каменное копьё снова заставило сработать защиту, а вот от Ледяного противник прикрылся неожиданным образом. Извернулся, сгибая зажатую ногу, и распрямил её с такой дурью, что тяжеленная туша полетела в мою сторону, оказавшись на пути магического заряда. Тот лишь выбил облако из клочьев шерсти и фонтан кровавого фарша, так и не добравшись до намеченной цели.

Соскочив с седла, я ринулся к противнику, на ходу поливая его низовыми магическими ударами. Всем, что есть бил, лишь Огонь не применял. Язычок свечи в ночной степи человек с ничем не примечательным зрением за километры способен разглядеть, а мне здесь свидетели не нужны.

«Тёмный» на месте не стоял, мастерски прыгал туда-сюда, прикрываясь кустами и редкими валунами, и в какой-то момент вдруг взял и исчез.

Ну это он так подумал. Откуда ему было знать, что исчезнуть в видимом диапазоне не самая удачная идея, если имеешь дело со мной. Мне даже не пришлось анализировать поведение потоков ци. Взор Некроса, активированный ради поиска следов, всё ещё действовал, и потому чёрная фигура лишь преобразилась, а не скрылась.

Я охотно подыграл «невидимке», всем своим видом демонстрируя, что весьма растерян и не представляю, что теперь делать. Похоже, не переигрывал, потому что противник не суетился, спокойно пятился вбок, следя за тем, чтобы не задевать ветки и пучки травы. Очевидно, его навык скрытности обладал типичным для этого класса умений недостатком — плохо работал в движении. Медленно перемещаться позволял, но стоит чуть ускориться, и рискуешь лишиться маскировки.

Я тоже спешить не стал. Выбрал удобную позицию, примерился, и, до последнего стараясь не коситься в сторону невидимки, выхватил лук.

Но даже артефактная стрела, выпущенная с двадцати шагов, с защитой не совладала. Хотя врезала по ней знатно, на это указывало то, что щит сработал с яркой вспышкой, чего раньше не наблюдалось.

Это скверно. Южан в лагере тысячи и тысячи, не только мне могла прийти в голову идея поискать поводырей здесь. К тому же немало людей на последнем периметре видело, в какую сторону направился вражеский десница. Да и про возможных наблюдателей на холмах не надо забывать. При всём том бедламе, что воцарился после нападения, полагаю, новости о непонятной стычке во мраке постараются без промедления доложить наверх.

В общем, работать надо быстро, пока лишние глаза и уши не набежали.

Выпускать вторую стрелу — слишком долго. Противник, выдержав неожиданную атаку, не стал бежать вприпрыжку, а потянулся куда-то в глубины своей хламиды. А ну как достанет какой-нибудь огненный артефакт, и устроит тут иллюминацию на гектар. Низовой магией, как я понял, его долбить можно неизвестно сколько, а ведь время не ждёт.

Потому применил Лезвие.

Запас этих штуковин ограничен, но очень уж удобная вещь для сложившейся ситуации. Даже если сразу щиты не проломит, заскучать не позволит.

Сделав тёмное дело, я отскочил навыком назад, не переставая контролировать врага. Как и предполагал, тот быстро перехотел копошиться за пазухой. Может уже сталкивался с такими «подарочками пустыни», или очень уж необычно выглядело Лезвие, всем своим видом намекая на некие невиданные доселе неприятности.

Щит у «тёмного» оказался не из простых, он выдержал даже это, отбросив поблёскивающую в свете звёзд «трапецию» на несколько шагов. Та тут же снова ринулась на цель и опять отлетела. Видимо защиту эти удары просаживали здорово, потому что нервы у противника не выдержали, и он задал стрекача.

Догнав его, Лезвие достало, наконец, до цели, но как-то неполноценно, частично. И вместо того, чтобы рассечь тело на уровне поясницы, разворотило бок. Впрочем, этого хватило. Видимо повредило позвоночник, потому что «тёмный» упал, не проронив ни звука, и даже не дёрнулся ни разу в агонии.

А вот теперь надо торопиться.

Ещё ничего не закончено.

Старец из снов мою задумку вряд ли одобрит, но куда прикажете деваться? Я не мастер полевых «экспресс-допросов», плюс у тёмных репутация тех ещё молчунов. Некоторых хоть на куски режь, ни слова не выдавишь.

Так что для надёжного общения оставался единственный вариант, потому я и не пытался взять противника живьём.

Задрав капюшон, открыл нездорово-бледное лицо. Видимо при жизни этот человек не любил подставлять кожу солнцу, да и огромная кровопотеря сказывалась.

Веки дрогнули, поднялись, безучастный взгляд мертвеца уставился в небеса.

— Ты меня слышишь? — спросил я.

— Да.

— Ты слаб, как ты смог поднять такое умертвие?

— Не… не понял.

— Умертвие, которое на лагерь напало, ты поднял?

— Не… не поднимал.

— А кто поднял?

— Не… нет умертвие. Это не умертвие. Нет.

— Голем плоти? Это был голем плоти, а не умертвие? Ты это хочешь сказать?

— Да. Голем. Плоти.

— И как ты, слабак, который даже не попытался мне чем-то ответить, смог создать голема плоти? О них сотни лет никто не слышал. Как это вообще возможно?

— Не… не знаю. Не… не создавал.

Как-то неправильно разговор идёт, а время между тем не терпит. Разговаривать с мертвецами — особого рода искусство, где самые простые вопросы могут натыкаться на стену полнейшего непонимания.

Ладно, попробуем зайти с другой стороны.

— Тебя послал Эйцих?

— Да.

— Экзарх?

— Да.

— Что он тебе приказал?

— Следить за тобой. Ждать часа нужного. Выпустить голема плоти.

— Как ты его выпустил?

— Мне был дан дар Голоса.

Похоже, я и здесь не в ту дверь зашёл. О чём вообще?

— Что за Голос?

— Голос… Голос… Он говорит.

— Ну я об этом первым делом подумал, как только о нём услышал. Вот только мне нужные детали. Кто стоит за Голосом, где, как. Говори всё, что знаешь. Чёрт! Ты же, балда дохлая, не понимаешь ничего… Голос, это человек или нет?

— Голос это Голос.

— Хорошо, пусть так. Голос дал тебе дар?