Лена сидела на полу чердака и смотрела в одну точку. Руки дрожали. Вот оно что. Дед не просто лечил. Он мог убивать. Одним прикосновением. И если она унаследовала этот дар... если она тоже так может...

— Я поэтому не лечу магией? — прошептала она. — Я поэтому всё время руками, отварами, как в моём мире? Потому что подсознательно чувствую — не справлюсь? Не смогу контролировать?

Ответа не было. Только пыль кружилась в луче света. Лена закрыла дневник и полезла вниз. В избе её ждали. Тингол сидел за столом с блокнотом. Корвус — в углу с закрытыми глазами. Драко на крыше чихнул, и искры веером разлетелись по стеклу.

— Что нашла? — спросил эльф, увидев её лицо.

— Вот. — Лена бросила дневник на стол. — Читайте.

Тингол читал долго. Очень долго. Лицо его становилось всё бледнее, а уши — белее.

— Я не знал, — сказал он наконец. — Наставник никогда не говорил.

— А должен был?

— Не знаю. — Эльф покачал головой. — Но теперь понятно, почему у него были проблемы с Гильдией.

— С какой гильдией?

— С Гильдией целителей. — Тингол открыл блокнот, словно искал там подтверждение. — Я слышал обрывки разговоров. Когда-то наставник был там. Но потом ушёл. Говорили, был конфликт.

— Какой конфликт?

— Не знаю точно. Но, кажется, кто-то узнал о его способностях. И захотел использовать.

Корвус открыл глаза.

— Гильдия целителей, — сказал он медленно. — Это не просто лекари. Это политика. Они контролируют всё, что связано с лечением в империи. Если они узнали, что дед может не только лечить, но и...

— Убивать, — закончила Лена.

— Да. — Корвус поморщился. — Они бы захотели это получить. Или уничтожить.

— Дед ушёл. Значит, не получили.

— Значит, не получили. — Корвус посмотрел на неё. — Но они могли запомнить. И ждать.

— Чего ждать?

— Наследника.

Лена похолодела.

— Ты думаешь, нападение в лесу...

— Было не случайным, — кивнул Корвус. — Я думал об этом. Маги двенадцатого ранга, которые знали, где мы пойдём. Которые ждали именно там. Которые хотели не ограбить, а...

— Убить?

— Или захватить. Чтобы использовать.

Лена закрыла глаза. В избе повисла тишина. Лена сидела за столом и смотрела на дневник. Мысли скакали, как блохи на Кузьминой собаке. «Я могу убивать. Одним прикосновением. И кто-то хочет это получить».

— Я не буду это использовать, — сказала она твёрдо. — Тёмную сторону. Я не буду. Никогда.

— А если придётся? — Спросил Тингол.

— Не придётся. — Лена подняла голову. — Я буду лечить как лечила. Руками, отварами, всем, чему научилась в своём мире. Магию оставлю для светлых дел. Для снятия боли.

Для помощи.

Корвус смотрел на неё долго. Очень долго.

— Ты понимаешь, что это опасно? — спросил он тихо.

— Понимаю.

— Что они не отстанут?

— Кто — они?

— Торн, — Корвус произнёс это имя так, будто оно было ругательством. — Глава Гильдии целителей. Я думал об этом долго. Нападение в лесу... слишком вовремя. Слишком точно. Они знали, где мы будем. Знали, что ты одна.

— Думаешь, это он?

— Уверен почти. — Корвус помрачнел. — Торн давно охотится за сильными дарами. А тут — наследница того самого лекаря, который ушёл из Гильдии и которого все боялись. Ты для него — лакомый кусок.

— Или угроза, — добавил Тингол.

— Или угроза, — кивнул Корвус. — Если он решит, что не сможет тебя контролировать — захочет убрать.

Лена похолодела.

— Значит, мне точно нельзя пользоваться даром. Чтобы не привлекать внимание.

— Вот тут ты ошибаешься, — неожиданно жёстко сказал Корвус.

— В чём?

— В том, что у тебя есть выбор.

Лена смотрела на него непонимающе.

— Объясни.

Корвус вздохнул.

— Дар — это не просто способность, которую можно включить или выключить. Это часть тебя. Как сердце, как лёгкие. Если не использовать — он начнёт разрушать.

— В смысле — разрушать?

— В прямом. — Корвус подошёл ближе. — Магия требует выхода. Если её копить, если не давать ей работать — она будет искать выход сама. Через болезни, через потерю контроля, через...

— Через тёмную сторону? — догадалась Лена.

— Да. — Корвус помрачнел. — Чем дольше ты будешь её давить, тем сильнее она рванёт, когда прорвётся. И тогда ты действительно можешь навредить. Нечаянно. Сама того не желая.

— Откуда ты знаешь?

— Я маг. — Корвус усмехнулся. — Я учился контролировать силу сотню лет. И видел, что бывает с теми, кто не учится.

Лена перевела взгляд на Тингола. Эльф сидел с блокнотом, но не писал. Смотрел на неё серьёзно.

— Он прав, — сказал Тингол тихо. — Я видел такое у эльфов. Если дар не развивать, он начинает... ну, портить носителя. Сначала мелочи — усталость, раздражительность. Потом серьёзнее — болезни, потеря памяти. А потом...

— Что?

— Потом человек перестаёт быть человеком. — Тингол поморщился. — Становится сосудом для силы, которая не нашла выхода.

Лена закрыла глаза.

— То есть выхода нет?

— Выход есть. — Корвус положил руку ей на плечо. — Учиться.

— Чему?

— Контролировать. Направлять. Использовать силу так, чтобы она работала на тебя, а не против.

— Но я боюсь, — честно призналась Лена. — Боюсь, что если начну — сорвусь. Сделаю что-то не так. Наврежу кому-нибудь.

— Поэтому учиться будем осторожно, — сказал Корвус. — Маленькими шагами. Под присмотром.

— Под твоим?

— Под моим. — Он усмехнулся. — Я маг первого ранга. Если кто и может научить тебя контролировать силу — то я.

— А если не получится?

— Получится. — Корвус посмотрел на неё так, что у Лены внутри всё перевернулось. — Ты справишься. Я рядом.

Тингол кашлянул.

— Я, конечно, не маг, — сказал он, — но тоже могу помочь. У эльфов свои методы контроля.

— Какие?

— Медитация, например. — Тингол пожал плечами. — Звучит скучно, но работает.

— Медитация? — Лена фыркнула. — Я даже на лекциях уснуть не могла, а тут медитировать?

— Придётся, — жёстко сказал Корвус. — Или медитация, или магический срыв с непредсказуемыми последствиями.

— Ты умеешь убеждать, — вздохнула Лена.

— Я маг первого ранга. Убеждать — моя работа.

— Думала, твоя работа — пугать.

— И это тоже. — Корвус улыбнулся. — Но с тобой почему-то не работает.

— Привыкай.

Они сидели за столом до глубокой ночь. Корвус рассказывал о природе магии, о том, как направлять силу, как чувствовать её границы. Тингол делал пометки в блокноте и иногда вставлял эльфийские комментарии про «потоки» и «баланс». Лена слушала, кивала и пыталась запомнить хотя бы половину.

— Значит, так, — подвёл итог Корвус. — С завтрашнего дня начинаем тренировки.

— Какие?

— Для начала — учиться чувствовать дар. Не использовать, просто чувствовать. Где он, какой он, как двигается.

— А потом?

— Потом — маленькие шаги. Лечение без отваров. Просто руками.

— А если не получится?

— Получится. — Корвус посмотрел на неё. — Ты сильнее, чем думаешь.

Лена хотела возразить, но передумала. Потому что если честно — ей очень хотелось, чтобы он был прав.

Ночью Тингол записал в блокнот:

«День двадцатый. Открытия и решения.

— Лиррэ нашла дневник наставника. Дар опасен, но его нельзя просто игнорировать.

— Корвус уверен, что нападение организовал Торн. Теперь у нас есть имя врага.

— Лиррэ хотела отказаться от дара. Корвус и Тингол объяснили, почему нельзя.

— Решено: учиться контролировать. Осторожно. Маленькими шагами.

Вывод: сила требует выхода. Но направлять её будем мы, а не она нас.

P.S. Корвус сказал, что Лиррэ сильнее, чем думает. Она не поверила, но я записал. Для истории»

Драко на крыше чихнул.

Утро начиналось обычно. То есть, если под словом «обычно» понимать лёгкий хаос, запах ромашки, ворчание котов и периодические искры с крыши, где Драко чихал на пролетающих воробьёв. Лена развешивала травы, Тингол сидел за столом с блокнотом, делая вид, что систематизирует записи, но на самом деле просто рисовал карикатуры на котов. Драко на крыше чихнул, подпалив заодно осиное гнездо — осы улетели, злые и дымящиеся.