Мне тогда казалось, что душа выгорела начисто. Я поклялся, что никогда в жизни не позволю себе влюбиться. И Тина меня устраивала, как партнер, выбранный умом. А потом появилась ты. Сердце екнуло еще в первый раз, когда я тебя увидел. Разлохмаченная, с распахнутыми от испуга глазами. Но я подавил этот росток влюбленности, даже нахамил. Потом порывался разыскать тебя, но данная себе клятва останавливала. И представляешь, в каком я был шоке, когда ты появилась на пороге. Свежая, румяная, дрожащая от страха, но не показывающая вида. Я честно боролся с собой. Но Судьба решила по-другому. Тина повела себя, как натуральная хабалка, и я понял, что никакого будущего с ней нет. Разрыв – дело времени. Но я тянул. Немного опасался, что она может рассказать маме, что настоящий отец Аришки - ее муж. Но это скорей отговорки. Я был уверен, что в делах Тины найдется то, что она не хотела бы сделать достоянием общества и таким образом получить рычаг давления на нее. И не мог поверить в то, что рядом со мной появилось чудо по имени Маша. Искренняя, не умеющая скрывать свои эмоции, настоящая во всем. Неизвестно, сколько б это длилось, если б Тина не подстегнула. Я чуть с ума не сошел, когда ты пропала….

Я слушала и не верила своим ушам. Вернее, как обычно, боялась поверить.

Хотя тут же возник вопрос – а поверить во что? В искренность его слов? Ок! Верю! А дальше что? Превратит меня в содержанку? Мне такое не улыбается. Хватило Альберта, который говорил, что нам и так хорошо, и при первом удобном случае показал, что мое место под плинтусом. Иди туда, серая мышь, и не отсвечивай. Впрочем, не улыбается и другой вариант, если он решит мне сделать предложение. Сейчас я для него экзотическая зверюшка, с которой он раньше не встречался. Поразила на контрасте с теми, с кем он привык общаться.

Я даже не почувствовала, как сжались мои губы. Но Илья тут же отреагировал.

- Ты себе уже что-то придумала, чтоб обидеться? – с улыбкой спросил он.

И что мне ответить? Что я слишком в тебя влюбилась, чтоб позволить себе ошибиться? Что я до ужаса боюсь, что это все окажется неправдой? И я не придумала ничего лучшего, как свалить все на мое болезненное состояние.

- Наверно, на меня еще действует та дрянь, которую в меня напихали, и я не очень правильно оцениваю ситуацию, - тушуясь, пробормотала я.

- Хорошо. Тогда я в сжатом виде передам главное. Тезисно. Нет. Даже не тезисно. – Он потер переносицу, будто решая, какой тезис выдвинуть первым. И огорошил: - Выйдешь за меня замуж?

Я недоуменно уставилась на Илью, уже на самом деле опасаясь, что у меня с головой неполадки. Из меня полчаса назад вытащили капельницу. Я в старенькой пижаме, которая обрисовывает мои прелести так, что и домысливать ничего не надо. И вот так вот – замуж? Но сейчас он смотрел очень серьезно. И, кажется, понял все, что я не высказала.

- Правда, у меня с собой нет кольца, мы не в ресторане и не на воздушном шаре, где принято делать предложения… Но мы с тобой и познакомились в далеко не романтичной обстановке.

Я невольно хмыкнула, слегка тряхнув головой. Это точно. Да и я не невинная барышня, к сожалению. А ведь он бы мог быть моим первым и единственным мужчиной…

- Так каков будет твой положительный ответ? – увидев, что я опять «подвисаю», Илья вернул меня в действительность.

- А что, у меня есть варианты? – ответила в тон ему.

- Варианты есть всегда. Например. Да, Илья. Я выйду за тебя, потому что тоже тебя люблю! Или. Да, любимый!

Черт бы тебя побрал, Дежнев! Он думает, это так легко? После того, как я столько времени безмолвно страдала по нему, терпела присутствие гадюки?! Пребывала в смятении от его неожиданных проявлений чувств?

И теперь, даже делая предложение, он не перестает меня подначивать. Ну ничего! Вот я только оклемаюсь и освоюсь со своим новым статусом, еще посмотрим, кто кого будет троллить. Эта мысль придала мне сил.

- Простите, Илья Никитич, - елейным голоском проворковала я. – Все-таки я еще не совсем пришла в себя. Знаете. Тут помню. Тут не помню.

Я сделала умильные глазки и выдержала эффектную паузу.

- Так вот я совершенно не помню момент, когда вы мне сказали, что любите меня!

Дежнев наклонил голову, пытаясь скрыть улыбку. Очевидно, понял, что серьезными вещами жонглировать не стоит. И посерьезнел.

- Я тебя люблю. С того самого момента, как узнал, что в Снегурочки ты попала поневоле. Да, с первой встречи ты запала мне в сердце. Но я тебе уже говорил, я старался избавиться от этого чувства. Потом ты с ног на голову поставила все. Попала в полицию. Чуть не убила бывшего. В общем, девочка-катастрофа. И это растормошило мои чуть не заснувшие вечным сном чувства. Я злился на себя, думал, что я идиот. Но когда узнал, что ты пожертвовала сытой жизнью, чтоб спасти подругу, внутри что-то лопнуло. Помнишь сказку про железного Генриха, у которого сердце было сковано железными обручами? И как у него они полопались, так и у меня.

Он развел руками, давая понять, что выложил все, как на духу.

- Признаю, что конфетно-букетный период мы автоматически пропускаем. Но он нужен прежде всего для того, чтоб присмотреться друг к другу. Ну и для воспоминаний, которыми можно делиться с внуками. «А вот твой дедушка…» И далее стандартный набор. Написать на асфальте признание в любви, запустить шары с плакатом, отмечать месяц знакомства, неделю первого поцелуя и прочее.

Представив Дежнева, с высунутым от старания языком малюющего мелом на асфальте мое имя, я хихикнула.

- Нет, такого мне точно не надо. К тому же отмечать дату первого поцелуя – плохая идея. Ты занятой человек, и, если забудешь, а у нас вдруг уже традиция, мне придется обидеться. Оно нам надо? И потом. Идея с шарами неэкологичная. Красиво, да. Но они же где-то приземлятся и нарушат природный баланс. Вроде ненамного, но сколько таких романтиков, не думающих о последствиях!

- Я так понимаю, ты согласна со мной?! Значит, свадьбой наверстаем упущенную романтику. Открывай каталоги и выбирай все, чего душа пожелает.

Дежнев произнес это с энтузиазмом, но я почувствовала, что его как-то перебор. Думаю, роскошная свадьба с каретами, полетами на вертолете или шаре, банкет и первая брачная ночь в загородном отеле а ля замок, не вызывает у него радости. И дело не в деньгах. Он не любит публичности. Как, собственно и я. Подозреваю, что его мама не очень будет рада выбору сына, раз ей Тина была по душе. И кадры с большого торжества с поджатыми губами будущей свекрови появятся во всех СМИ, освещающих светскую жизнь. Оно мне надо?! Нет! Как и рассматривание меня под лупой и сокрушенные вздохи «Ах, какой мезальянс!» К тому же, у нас есть ребенок, который тоже вызовет пересуды. И, как ни крути, на радостный праздник это будет похоже меньше всего.

- Я предлагаю роспись в ЗАГСе, в присутствии самых близких. Потом их отправить на банкет куда-нибудь в тихое место, а мы втроем в свадебное путешествие. Да?

В глазах Ильи засветилось неприкрытое радостное недоверие.

- Ты серьезно? – выдохнул он.

- Вполне, - я пожала плечами, давая понять, что угадывать желания своего избранника – это мое все.

- Тогда у меня небольшое изменение в этом плане.

Я вопросительно уставилась на него.

- Я говорил с Аришкой, и она согласилась еще погостить у деда на время нашего путешествия, - Илья снова поразил меня «просчитанностью».

- Стоп. А если бы я не согласилась выйти за тебя замуж? – для проформы повозмущалась я.

- Так ты еще и не согласилась. Но уже выдала мне четкий план нашей женитьбы. Полагаю, вопрос «Пойдешь за меня?» снят с повестки дня за ненадобностью? – глаза Ильи светились искорками лукавства и счастья.