— Хорошо, — прошептал он примирительно и даже слегка улыбнулся. — Вижу, ты сейчас не в себе. Болезнь, усталость… Не буду настаивать сегодня. Но я найду способ! Фейр уедет, слуги будут заняты, и мы поговорим нормально. Ты сама поймешь, что я прав!

Он отступил обратно к кустам, поправил куртку и исчез в зелени с ловкостью, с которой появился. Через секунду кусты перестали шевелиться, и берег снова стал тихим, птица снова засвистела в ветвях, вода зашелестела о камень, и все было ровно так же, как пять минут назад.

Я постояла на месте, посмотрела на кусты, посмотрела на реку и медленно вдохнула. Это побочные эффекты после отвара Йоны? Здесь не только архимаг-муж, нейтральная территория и магические цветы, но и комплект в виде любовника, который отказывается понимать слово «нет» и клятвенно обещает организовать мужу командировку. Роскошная программа! Могла ли прежняя саратовская жизнь с котом Машки предложить что-то столь же насыщенное? Определенно нет.

Глава 3. Гора идет к Магомету

Когда любовник растворился в кустах, словно его никогда и не было, и берег реки снова стал именно тем, чем должен быть приличный берег реки, я постояла еще немного. Глядя на воду с таким задумчивым видом, будто вода была мне что-то должна, я решила отпустить ситуацию. В конце концов, утренние встречи в кустах — это не то обстоятельство, которое следует позволять портить по-настоящему хороший пейзаж. Фиолетовые цветы покачивались на ветру, меняющие цвет соцветия на ближайшей клумбе неспешно переходили с розового на синий. Вдох-выдох. Я потопталась немного, разглядывая, как в прозрачной воде покачиваются донные камешки. Ну и ладно.

Взгляд, скользнув вдоль берега, уперся в замок. Он находился минутах в десяти неспешной ходьбы от сада: каменный, темный, с башнями разной высоты и видом, при котором сразу понятно, что хозяин здесь обитает не с целью принимать гостей и устраивать балы-маскарады. Замок выглядел именно так, как должен выглядеть замок человека с двоякой репутацией: солидно, старательно и с абсолютной убежденностью в своей правоте. Стены темно-серого камня уходили в небо, не заботясь о живописности, потому что живописность — это для тех, кому важно, чтобы мимо ходили с восхищением. Тут явно рассчитывали, чтобы не ходили вообще. На ближних башнях угадывались флюгеры в виде каких-то существ. На таком расстоянии не разглядеть толком. Окна с витражами, пусть темными, но с цветными вставками, которые на солнце наверняка смотрелись впечатляюще. В общем, замок мага, которого все обходят стороной.

Любопытно, кстати: в чем вообще отличие обычного мага от архимага? Иерархия понятна в теории, из прочитанного в книгах, но практически — как это выглядит? Маг — это человек с магией. Архимаг — это человек с очень большой магией? Или с магией принципиально другого сорта? Книга по орденам, которую я успела просмотреть мельком, упоминала «первичную магию, не поддающуюся институциональному ограничению». Звучит внушительно, но конкретики не добавляет. Значит, надо будет читать дальше. Или, что значительно интереснее, спросить у первоисточника.

А первоисточник, как я полагаю, сидел в каменном замке в десяти минутах ходьбы, и до сих пор никак не сигнализировал о намерении сократить это расстояние самостоятельно. Но горевать по этому поводу значило бы уподобляться настоящей Алисе, а это в мои планы не входило решительно. Если гора не идет к Магомету — а гора в темно-сером каменном замке явно никуда не торопилась, — то Магомет пойдет сам. Пофиг, что говорить. Заготовленные речи имеют неприятное свойство разлетаться в прах ровно в тот момент, когда смотришь на собеседника и понимаешь, что реальность не совпадает с воображаемым сценарием примерно никак. А вот импровизация, она как живая, потому что отталкивается от того, что есть, а не от того, что планировалось.

Решение оформилось с той внезапностью, которую я про себя обычно называла «а пошли!», и именно с таким настроем развернулась от реки и пошла в сторону замка. Дорожка, ведущая от сада, плавно переходила в более утоптанную тропу, которая, в свою очередь, обходила несколько высоких кустов с белыми цветами и уводила влево вдоль каменной ограды. Ориентировалась я, если положить руку на сердце, приблизительно: замок был вон там, тропа шла в целом туда же, значит рано или поздно они должны были совпасть. Это называется навигация по интуиции, и в чужом мире она работала примерно так же надежно, как навигатор в смартфоне при отключенном интернете: методом «ну примерно так», с погрешностью.

Шла я и смотрела по сторонам, потому что не смотреть было бы расточительством. Территория вокруг замка оказалась значительно обширнее, чем выглядела снизу из башни: помимо садика с клумбами у реки, здесь имелись хозяйственные постройки — приземистые, аккуратные, с дымком из одной трубы, что указывало на активную жизнедеятельность. Дальше угадывалась конюшня: запах выдал ее раньше, чем она появилась в поле зрения. Несколько деревьев у стены цвели поздним цветом, белые лепестки лежали на земле мягкими пятнами. Ворона сидела на заборном столбе и смотрела на меня с неодобрением, которое, если отдать птице должное, было совершенно обоснованным: чужой человек идет незнамо куда без понятия о дороге — это всегда выглядит подозрительно.

По мере приближения к замку открывался фруктовый сад, от запаха которого слегка кружилась голова. Яблони, груши, еще что-то, чего не могла опознать, но что явно относилось к категории «растет и пахнет хорошо». Здесь трава была чуть темнее и гуще, земля влажнее, и в тени деревьев было прохладно, но без пронизывающей сырости. Я замедлила шаг, разглядывая, как на ветвях висят маленькие твердые завязи.

Именно здесь меня и обнаружили. Трое слуг возникли с той стороны дерева, где я их совершенно не ждала, что говорит либо о хорошей маскировке, либо о моей рассеянности, которую в данном случае следует честно списать на яблоневый запах. Двое молодых — явно работники сада по виду одежды, с инструментом в руках и одинаково растерянным выражением лиц — и один постарше, дядька лет сорока с внешностью человека, который всю жизнь занимался чем-то практическим и умеет справляться с любой ситуацией, но вот именно эту ситуацию в список возможных явно не включал. При виде меня все трое встали как вкопанные. Молодые — с открытыми ртами. Дядька — с закрытым, но с таким глазами, которые красноречиво заменяли любое высказывание.

Секунда тишины, потом дядька подал голос:

— Хозяйка... а вы чего это?

Вопрос был простым, но подтекст содержался богатый. «Чего это» означало одновременно: что вы здесь делаете, почему вы вышли из башни, куда именно вы направляетесь, и, возможно, в хорошем ли вы здравии, потому что предыдущая хозяйка в сад не выходила никогда, и вот это все — новое.

— А ничего, — ответила я непринужденно. — Гуляю. Весна же, воздух, цветы. Человек имеет право гулять по собственному саду?

Дядька слегка поморгал.

— Имеет, хозяйка. Конечно имеет. Только вы никогда...

— Вот именно! — охотно согласилась я, развернув аргумент в свою пользу. — Именно поэтому сегодня решила исправить упущенное. Давно надо было. Так что не стой, показывай дорогу к главному входу.

Дядька переменился в лице несколько раз, как слайды в старой презентации.

— К... к главному входу?

— К нему самому.

— Хозяйка, — он подобрал слова с видимым усилием, — главный вход — это с другой стороны. Туда нужно обходить через двор, мимо конюшен, потом направо через арку, а потом... — Он остановился, посмотрел на меня внимательнее. — Хозяйка, вы к господину?

— Нет, к садовнику Ортеку, — огрызнулась я. — Конечно к господину! К кому еще?

Оба молодых слуг переглянулись молча. Дядька, в отличие от них, держался с достоинством опытного, который умел совмещать удивление с профессиональным невозмутимостью.

— Господин с утра уезжал, — произнес он после паузы, — но должен был вернуться к обеду. Если вы к нему, то лучше подождать в гостевом крыле, хозяйка. Там приготовят, чаю подадут...