Каждый шаг по нему отдавался эхом, как будто замок слушал, кто идёт по его жилам.

А ещё — ковры. Не скромные дорожки, а целые реки шёлка, вытканные золотыми и серебряными нитями по багровой основе.

Герб Криос — красный лист на золотом поле — повторялся на каждом: на коврах, на флагах, на занавесках, даже на медных ручках дверей.

«Они не просто живут в замке. Они живут в своём собственном мифе. И всех, кто в него не вписывается — выметают».

Слева — арка, ведущая в столовую.

Справа — галерея, за которой, судя по запаху воска и пергамента, располагалась библиотека.

«Книги! Надо туда! — мелькнуло в голове. — Если и есть в этом мире знания о магии, они где-то в тех томах! Или в запретных трактатах».

Но миссис Торн резко дёрнула меня за рукав.

— Не отвлекайтесь, леди Кира. Хозяйка не терпит опозданий.

Мы спустились по лестнице.

Ступени — широкие, как для королевской процессии. На некоторых — выгравирована дата: день рождения наследника, день свадьбы герцога, день смерти.

Всего я насчитала двенадцать таких «особых» ступеней.

«Они даже смерть превращают в украшение!»

Внизу, у подножия, нас встретили два других стража, которые кивком головы заступили на службу, отпуская двух других, следовавших за нами от двери моей комнаты.

Они почти не шевелились, но их глаза — следили.

За миссис Торн.

«Интересно… Она — жена управляющего, но её тоже проверяют? Хах! Видимо, доверия в этом доме нет даже у “своих”. Очаровательная семейка мне досталась!»

Мы пересекли холл, прошли арку, ведущую в довольно длинный коридор, и оказались у двери столовой.

Они были из чёрного дуба, с медными вставками в виде переплетённых ветвей — та же символика, что и у Веридана, но здесь — искажённая, будто дерево вырвали с корнем и заставили расти вверх ногами.

«Даже в деталях — противостояние. Эльдария не просто не любит магию. Она боится её. И пытается стереть всё, что напоминает о ней».

Миссис Торн остановилась, и моих ушей коснулся её свистящий шёпот.

— Запомните: за этим порогом вы — не Кира из приюта. Вы — леди Криос.

Она посмотрела на меня — и в её глазах, впервые, мелькнуло что-то.

Не сочувствие, но очень близко.

А ещё предупреждение.

— Не говорите лишнего. И не перечьте леди...

Она схватилась за ручку двери, заметно бледнея.

Женщина как будто боролась с собой.

«Интересно… И что это с тобой, дамочка?»

— И держитесь подальше... от младшего господина. Старайтесь вообще не смотреть ему в глаза.

Я кивнула.

«О, миссис Торн… Ты что-то знаешь о нём, да? После его вчерашнего — «служанки ломаются слишком быстро» — кажется, я даже догадываюсь, что именно!»

Вздохнув полной грудью, что далось весьма непросто из-за стянутого корсета, я кивнула ещё раз, и миссис Торн с готовностью толкнула двери, пропуская меня вперёд.

Я вошла.

Подол кремового платья шуршал по мрамору.

В столовой пахло розмарином, жареным мясом и… напряжением.

Герцогиня сидела во главе стола, прямая, как палка.

Дориан — справа, уже с бокалом вина в руке, хотя было едва ли девять утра.

Балтус по той же стороне, но через стул дальше.

Он вроде не смотрел на меня, но я чувствовала его взгляд — липкий и неприятный, как паутина на коже.

Изара сидела слева и ковыряла в тарелке, но глаза — прикованы ко мне.

Я подошла почти до трапезного стола и изобразила поклон — один из арсенала условных рефлексов прошлой Киры, который та отработала в сиротском приюте до идеала.

Спина — прямая. Глаза — опущены, но не слишком. Губы — сомкнуты.

«Маска надета».

— Доброе утро, Ваша Светлость… лорды, мисс Изара — сказала, кланяясь — не слишком низко, не слишком высоко. — Простите за опоздание.

Герцогиня кивнула, быстро справившись с удивлением.

Видимо, моё приветствие ей реально понравилось, потому как улыбка леди задела не только уголки губ, но и глаза.

Это точно было облегчение.

— Садись, деточка. Ты — молодец.

Она указала на место между Дорианом и Балтусом.

«Чёрт! Здесь я буду чувствовать себя как в клетке между двумя хищниками».

Но выбора у меня не было.

«Сейчас тот самый период, когда нужно играть девочку-пай».

В голове отчётливо всплыла странная, но очень подходящая моему случаю фраза:

«Тактика победителя — убедить врага в том, что он делает всё правильно!»

Лакей в красной ливрее отодвинул для меня стул.

— Кхм… — я села.

Руки — на коленях. Спина — не касается спинки стула.

— Кажется, это будет куда проще, чем я думала, — улыбнулась герцогиня, слегка наклонив голову.

Дориан буркнул что-то невнятное и налил мне вина.

Я не тронула бокал.

— Благодарю, но пить до обеда вредно.

Он фыркнул.

— Какая благородная! А вчера ещё под копытами валялась!

Балтус тихо рассмеялся.

— Брат, не груби своей жене. Она… наша гордость.

Он посмотрел на меня и улыбнулся.

Вполне искренне. Если бы на моём месте была Кира, ему вполне удалось бы расположить девочку к себе.

Собственно, к этому он и стремился, играя роль «хорошего полицейского».

Мысленно наступив себе на горло, я улыбнулась Балтусу в ответ, но взгляд опустила, как советовала миссис Торн.

— Итак, — снова перетянула моё внимание на себя герцогиня Криос. — Сегодня у нас интенсив. Мальчики, отправляйтесь к отцу. Изара… ты поможешь мне…

— Не хочу я возиться с… этой…

— Изара! — герцогиня ударила кулаком по столу.

Подскочили все — даже стражи вытянулись по стойке «смирно».

И только Балтус остался расслаблен, лениво потягивая что-то из своей чашечки. По запаху, кажется, кофе.

— Сестрица, не перечь нашей матери. И Кира — не «эта». Она — жена твоего брата… А ещё та, что заслужила поступком благосклонность сразу двух королей. Так что закрой рот и делай, что тебе говорит старшая рода.

Довольно резкий приказ, сказанный мягким голосом, промурашил всех в комнате. Причём куда сильнее громкого восклицания герцогини.

Я сидела, уткнувшись взглядом в свою тарелку, куда лакей дрожащей рукой аккуратно накладывал порцию омлета, прожаренные кусочки бекона и салат из овощей, порезанных на удивительно ровные квадратики.

— Спасибо, Балтус, — сдержано отреагировала герцогиня. — Ступайте, сыновья. Изара… тоже уходи. Я не собираюсь тратить время на твои детские обиды. Прочь! Аманда…

— Госпожа? — выступила вперёд миссис Торн, низко поклонившись.

— Сопроводи мисс Изару к её гувернантке. Скажи, что до вечера дочь наказана. Пусть перепишет свод правил из трактата «Домострой»... Те главы, о которых она, видимо, позабыла. Вон из моих глаз!

Изара всхлипнула, вскочила со стула и быстро выбежала из зала.

На это герцогиня цокнула языком, кивком головы принимая прощальные поклоны сыновей, последовавших за своей младшей сестрой на выход.

— Аманда… — услышав своё имя из уст госпожи, ключница замерла. — Как передашь моё распоряжение, сразу возвращайся. Поможешь с обучением моей невестки.

Миссис Торн снова поклонилась и ускорилась ещё быстрее.

Герцогиня посмотрела на меня.

— Итак… Кира. Ты должна научиться за сегодня держать вилку так, чтобы о твоём происхождении никто не вспомнил завтра, на королевском пикнике. А говорить так, чтобы не выдать своё безумие. И смотреть так, как смотрит польщённая милостью аристократов скромная леди.

Я опустила глаза.

— Постараюсь, Ваша Светлость.

— Ты обязана! — резко ответила Элиана, сжав крепко вилку в левой руке, а в правой — нож. — Завтра ты будешь стоять рядом с Дорианом, когда короли поднимут тост за новый союз. И поблагодаришь, когда тебе дадут слово! Чтобы все видели, что ты более чем довольна! Это ясно?!

Она наклонилась ближе, и её голос стал змеиным шёпотом:

— Очень надеюсь, что да. Иначе…

Я покорно кивнула, не поднимая глаз.

А сама чуть ли не смеялась мысленно:

«О, милая… Ты думаешь, что я боюсь боли? Или смерти? Да я отдала свою вечность, чтобы спасти малышку. Смерть — не угроза. Это… отпуск».