«Тогда это плохо… Очень плохо!»

Грета стояла рядом, мягко улыбаясь, но я видела, что она следит за моим лицом. Внимательно. Слишком внимательно, и от этого встревожена.

К счастью, разговор с Аделин длился недолго.

Мужчины вернулись.

И вместе с ними в зал вернулась другая атмосфера: жеманности и приторной женственности. Той, из-за которой кажется, что все женщины — дурочки.

Лорды выглядели расслабленными, герцог — особенно. Маркел шёл так, словно после сигар и коньяка стал ещё больше верить в своё превосходство.

Женские голоса постепенно стихли, как только лорд занял место рядом с герцогиней. Кто-то поправил платье. Кто-то улыбнулся шире.

Включили музофон, и несколько пар решились потанцевать, хотя основная масса приглашённых медленно потянулась на выход. Приём по всем правилам можно было считать оконченным, даже если никто вслух ещё не сказал.

Гости начали собираться: реверансы, благодарности, прощания — всё это светское «прощайте» с оттенком «не забудьте нас позвать снова».

А у меня в голове упорно стояло белое лицо Аделин и мерзкое хихиканье старика.

«Дар не даётся просто так. Значит, я должна вмешаться, — решила я для себя, тем временем продвигаясь в сторону Дориана, устроившегося на диване с бокалом вина. — Пусть пока не знаю, как, но точно помогу! А пока со своими проблемами попытаюсь разобраться…»

Грета и Рейвен шли следом. Пришлось чуть покачать пальцем, чтобы они приняли мой намёк и немного отдалились.

Муженёк сидел, развалившись будто хозяин мира, которому всё можно. В руках — привычно бокал вина. Рядом с Дорианом стоял лакей, подливая алкоголь так услужливо, будто это богослужение.

Дориан выглядел лучше, чем последние дни. Трезвее. Опаснее.

От этого мне было немного не по себе, но отступать от задуманного я не собиралась.

«Пора поговорить с ним».

Я подошла так, как подошла бы благовоспитанная жена, и присела на край дивана, с особым удовольствием отмечая, как мужчина напрягается. Как начинает смотреть на меня исподлобья.

— Дорогой, — произнесла я мягко. — Рада, что ты вернулся.

Лорд наследник хмыкнул, залпом осушая бокал и предоставляя возможность лакею наполнить его снова. До краёв.

— Да неужели? — процедил он, и в этом «неужели» было всё: и злость, и страх, и то, что он не понимает, как мне удалось оказаться не простушкой, которой он меня считал со всей своей семейкой, а весьма талантливой девушкой. — И откуда у тебя такие таланты, позволь спросить?

Я улыбнулась ещё ласковее.

— Я старалась не опозорить наш дом, — подчеркнула «наш», чтобы не думал, что я всё ещё за бортом! — Судя по реакции гостей… получилось.

Лакей чуть наклонился с бутылкой, но Дориан резко махнул рукой — не сейчас. Он не сводил с меня взгляда.

— Чего тебе надо, Кира? — спросил он негромко.

Я наклонилась чуть ближе, будто хотела сказать что-то интимное. На самом деле — чтобы он понял: разговор не для чужих ушей.

— Мне нужен порядок, — сказала я тихо. — В нашем… браке.

Он нахмурился.

— Порядок? — повторил, будто слово было непонятным для него.

— Да, — я кивнула, удерживая улыбку. — Разве супруг не должен навещать свою жену? Хотя бы два раза в неделю? А ты что-то совсем позабыл обо мне… Хотя ты и не особо помнил, верно?

Я увидела, как у него дрогнуло веко.

Едва заметно.

Но дрогнуло!

Стиснув челюсти, Дориан махнул рукой, прогоняя от себя слугу, чтобы нашему разговору не нашлось свидетеля.

Я продолжила, делая голос чуть мягче — почти заботливым, почти женственным. Таким, от которого мужчины обычно расслабляются и перестают быть осторожными… Или наоборот — напрягаются так, что в горле пересыхает.

— Ты ведь не хочешь, чтобы в замке ходили слухи? — сказав это, прикусила губу, играя скромную, но всё-таки соблазнительницу. — Я — точно нет. Не хочу, чтобы шептались по углам, что наследник дома Криос… в первую брачную ночь был слишком пьян. Настолько, что не контролировал ни язык, ни…

Дориан побледнел на полтона.

— Ты что несёшь? — процедил он.

Я чуть склонила голову, как будто удивляясь его грубости.

— Я? Ничего, дорогой, — сладко улыбнулась. — Просто предлагаю тебе сделку. Взаимовыгодную.

Он медленно поставил бокал на столик рядом. Пальцы на секунду задержались на хрустальной ножке, и я отметила для себя: ногти у молодого мужчины чистые, ухоженные. Как у человека, который никогда не работал руками, что вполне логично.

— Говори, — приказал он глухо, раздражаясь.

Я сделала вид, что поправляю складку платья, и этим движением ещё сильнее приблизилась, чтобы со стороны наша беседа казалась воркованием.

Так и было, судя по перекошенному лицу Элианы и самодовольной улыбке лорда Маркела.

— Кхм… Если хочешь прямым текстом — пожалуйста! Ты будешь посещать мои покои, — произнесла твёрдо, позволяя себе ухмылку тем уголком губ, который был виден только Дориану. — И это не обсуждается! Два раза в неделю. Думаю, этого будет достаточно.

Дориан уставился на меня так, словно я только что предложила ему носить платье.

— Ты… ставишь условия? МНЕ?! — медленно спросил он, задрав одну бровь.

— Как жена, которая слышала отвратительные непотребности в свою брачную ночь — да, — сморщила носик. — Тебе и твоей семье разве будет лишним… относительное спокойствие?

У герцогского выродка на виске выступила капля пота.

Первая.

Потом вторая.

Он понял, что я ему тонко угрожаю. Ещё до того, как я произнесла последнее.

Я улыбнулась — совсем чуть-чуть — и сказала уже без ласки, почти буднично, как будто обсуждая расписание визитов:

— Повторяю простыми словами: два раза в неделю ты должен посещать мои покои, если не хочешь, чтобы твоя маменька узнала, чьё имя ты кричал в порыве страсти в нашу первую брачную ночь… дорогой мой муженёк!

Белки глаз холёного лордика налились кровью.

И тем не менее он огляделся, понимая, что спорить — не вариант. Не сейчас уж точно!

После этого Дор кивнул, рычаще отвечая:

— Хорошо, жёнушка… Будет тебе два раза в неделю. Но на большее не рассчитывай. Ты… неприятна мне.

У меня много чего вертелось на языке для ответа, но я сдержалась.

Широко улыбнулась, кивнула, встала и последовала на выход, радуясь, что Криосы заняты прощанием с гостями.

— Грета, — первым делом обратилась к женщине, входя в спальню и снимая перчатки.

Оценив мой решительный вид, Рейвен закрыл дверь прямо перед носом Люси, приказав ей «погулять». Теперь, с появлением Греты, не требовалось придерживаться условностей — они соблюдались на автомате.

— Да, Ваше высочество?

— Я договорилась. Дориан сегодня-завтра явится для исполнения «супружеского долга». Будьте готовы.

— Я всегда готова, госпожа, — усмехнулась женщина, падая на диванчик и раскидывая руки на его спинку. — Мои ментальные таланты в вашем исключительном распоряжении, пока господин не отзовёт меня на Родину. Думаю, это случится не раньше вашего появления при дворе Морталиса. — Тут гувернантка словно вспомнила о правилах поведения и села ровнее, сморщив при этом носик. — Ох! Какое же мерзкое окружение у герцогини. А вы… вы, леди Кира, меня удивили сегодня. Впрочем, в который раз. Я подумать не могла, что вы настолько филигранно владеете навыками игры на рояле. А песня? Духи Земли! Она была волшебной. Правда, я не поняла, почему вы обращались только к одному Богу? И раз так, то интересно узнать: к какому именно?

Тут, признаюсь, я напряглась. Не испугалась. Нет. Но беспокойство зачесалось под кожей ощущением тех мурашек, которые не очень приятны.

Вроде при таком раскладе полагалось подстроиться, отступить и натянуть на себя рамки здешних реалий… но я не смогла.

— К Создателю нашему, Господу Богу. Меня воспитали в вере к Одному Ему… а так же научили с пониманием относиться к тем, у кого другие боги, поэтому я не навязываю своей веры. Кхм… Что насчёт Дориана…

— Ты поступила опрометчиво, — недовольно обмолвился Рей, оттягивая платок на шею и отворачиваясь к окну. — Не надо было самой зазывать его. Мы всегда в состоянии готовности, и…