Анастасия вздохнула и в очередной раз отогнала мрачные мысли.

В кабинете вдруг открылся портал, и появился радостный Гавриил.

— Хорошие новости, внученька! — бодро сказал он.

— Что случилось? — удивилась Анастасия.

— Ариана родила.

Только спустя несколько секунд Императрица вспомнила, что Ариана — одна из женщин Александра.

— А почему меня не предупредили, что она рожает? — нахмурилась Анастасия.

— Не хотели отвлекать, — отмахнулся Гавриил. — Ну и сюрприз сделать хотели.

Он усмехнулся и продолжил:

— Она родила мальчика — здорового, крепкого. Я провёл несколько ритуалов. У него очень хорошие, крепкие энергоканалы. По ним уже видно, что он не слабосилок и станет магом.

Гавриил довольно прищурился.

— Пока, конечно, мы не можем оценить его потенциал — слишком рано. Но думаю, что первый кандидат на роль будущего Императора уже готов.

Анастасия расслабилась. Да, отличные новости.

Совсем немного осталось — буквально несколько месяцев, и она перейдёт в род Юсуповых. Главное, чтобы за эти несколько месяцев Руслан не сгубил себя, решая очередную проблему вселенского масштаба.

Мир Войн.

Благодаря тому, что я уже один раз ощутил на себе действие этой способности концепции Свободы, мне без проблем удалось повторить её.

Я научился создавать в своём разуме энергетический тайфун, который в клочья разрывал любые ментальные оковы.

Несколько Высших ментальных ритуалов, которые в прошлом могли сковать мой разум, были запросто разрушены концепцией Свободы.

Я был жутко доволен этим открытием. Возможно, именно концепция Свободы поможет мне выйти победителем в предстоящей заварушке.

Отозвав клона, я взглянул на небо и, не став больше тянуть время, устремился ввысь.

Конечно, можно потратить ещё немного времени и подготовиться лучше — поискать другие концепции, потренироваться в концепции Свободы, наполнить Гримуар ещё более редкими ритуалами. Однако всё это не окажет существенного влияния на исход.

С каждой секундой количество потоков энергии в Великом Артефакте становится всё меньше, а ядро концепции Войны увеличивается.

Не знаю, сколько у меня осталось, но лучше не медлить.

Поднимаясь всё выше в небо и окутывая себя защитной магией, я начал воздействовать на свою душу — на ту самую метку, которая связывала меня со Стражами. Я пытался достучаться до Драконов — однако пока ответа не было.

Я поднимался всё выше и выше, и в какой-то момент пространство вокруг меня будто мигнуло и исказилось. Картинка переменилась.

Я остановился, восхищённо ахнув.

Передо мной раскинулось безбрежное полотно космоса. В воспоминаниях Высшего Ритуалиста, одного из магов Мира Войн, я уже видел, как выглядит окружающее планету пространство. Я знал, что Мир Войн находится в некой туманности.

Однако Ритуалист и словом не обмолвился о том, насколько это потрясающее зрелище.

Космос буквально сверкал — россыпи разноцветных огней горели, переливались и пульсировали, словно драгоценные камни на чёрном бархате. Туманности струились по небосводу полупрозрачными лентами, сияя глубоким светом самых разных оттенков — от изумрудного и фиолетового до тёплого золотистого. А вдали, разрывая мрак, пылало алое солнце.

На таком расстоянии я не видел Великий Артефакт — я видел именно солнце, налитое тяжёлым багрянцем, словно капля крови, застывшая в пустоте.

Я медленно двинулся в его сторону. Но с каждой секундой становилось всё тяжелее.

Космос давил. Пространство тут было гораздо агрессивнее, чем то, в котором я бывал прежде.

Разноцветные туманности, витающие в небе, становились всё плотнее. Они тянулись ко мне, словно живые щупальца, и, касаясь, жадно пожирали мою магию. А солнце при этом оставалось бесконечно далеко — будто я бежал к горизонту, который отступает с каждым шагом.

Нет, обычными способами до Великого Артефакта не добраться. Собственными силами я этого не сделаю.

К тому же я уверен — вокруг Артефакта сосредоточено немало заклинаний шестого Шага. Будь то защитные ритуалы, скрытые артефакты или заклинания отложенного действия, готовые сработать в любой момент.

Если я продолжу путь в одиночку, мне придёт конец.

Поэтому, остановившись, я вновь сосредоточился на своей душе.

Без Стражей Основ тут никак не обойтись.

Страж Основы Космоса бороздил пространство, продолжая искать туманность. Его исполинские крылья рассекали пустоту, а хвост оставлял за собой шлейф из мерцающей пыли.

И тут он получил ментальный сигнал — к нему обратился Страж Основы Духа.

Дракон на мгновение замер, прервав свой стремительный полёт. Несколько долгих секунд он перекидывался сообщениями со своим коллегой, после чего резко сменил траекторию и несколькими прыжками сквозь пространство достиг искомого места.

Вдали мерцала та самая туманность, от которой исходила мощнейшая сила Хаоса. Она клубилась в пустоте, переливаясь чернильными и багровыми оттенками, словно гигантский синяк на теле мироздания.

Страж Основы Космоса медленно обвёл её взглядом. А затем раскрыл исполинскую пасть и выдохнул чёрный огонь.

Тот пронёсся по космосу, прожигая саму ткань реальности и оставляя после себя таинственный чёрный путь, в глубинах которого словно бы мерцали призрачные звёзды. Из этого пути один за другим начали появляться другие Стражи Основ.

Первым вышел Дракон Разума. Его силуэт казался размытым по краям, будто реальность с трудом удерживала его очертания, а глаза горели глубоким, проникающим светом. Он сразу же сосредоточился на туманности.

Именно Дракон Разума подсказал своему собрату нужное направление. Он ощутил сигнал, который ему отправлял человек, и смог приблизительно отследить его. Этого хватило Стражу Основы Космоса, чтобы найти нужную туманность.

Один за другим ещё шестеро Стражей Основ вышли из чёрного пути и зависли в пустоте — гиганты, чьи тела были больше иных планет, а присутствие искажало само пространство вокруг.

— Сколько же лет он создавал это? — раздался в головах Драконов задумчивый голос Стража Основы Трансформации.

— Даже нам, восьмерым, придётся постараться, чтобы разрушить эту туманность, — мрачно отозвался Страж Основы Тела.

Все Драконы с молчаливым уважением смотрели на дело лап своего собрата. Дракон Хаоса создал настоящее произведение искусства.

Десятки тысяч лет — если измерять по жизни смертных — он терпеливо напитывал это место своей энергией, вплетая в каждую крупицу пространства свою волю. Разрушить плод столь долгого труда будет непросто.

— У нас нет столько времени, — глухо процедил Дракон Стихий, не отрывая взгляда от одной точки в глубине туманности. — Я ощущаю угрозу. Средоточие концепции почти готово.

Дракон выдержал паузу и добавил:

— Не будь это планом нашего брата Хаоса, я бы просто посмеялся над потугами людишек.

Продолжать он не стал — все и так всё понимали. Когда к Стражам пришло осознание, что за Миром Войн стоит сам Дракон Хаоса, угроза в их глазах выросла многократно.

Их брат — самый непредсказуемый и самый опасный из всех. Тот, кто ради дестабилизации Вселенной не остановится ни перед чем.

В далёком прошлом Хаос уже нанёс один сокрушительный удар. Он создал Скверну и выпустил её гулять по Вселенной.

Поборовшись со Скверной некоторое время, Стражи в конце концов поняли, что полностью искоренить её невозможно. Более того, Скверна была опасна даже для них — Стражей Основ.

И тогда Дракон Равновесия предложила гениальное решение.

Раз уж Скверну нельзя уничтожить — пусть она работает на них.

Долгая, кропотливая работа позволила ей перенаправить силу Скверны. Теперь та атаковала лишь те миры, которые развивались слишком стремительно, либо те, которые осмеливались заглядывать в область душ. А именно в области душ и лежала истинная сила Скверны — там она черпала свою мощь. Впрочем, то же касалось и других концепций.