Но защитные сферы выдержали и дали отпор. Одни из них развернулись плотными щитами, поглотив на себя удар. Другие превратились в молнии, ударившие в нападавших с шипением и треском. Третьи преобразились в огненные копья, со свистом рассёкшие воздух — и врезавшиеся в тела магов на той стороне зала.

Я же в это время активировал из Гримуара сразу один за другим несколько ритуалов. Из его страниц вырвался первый — и вокруг меня сомкнулся защитный кокон из стальных цепей. Они переплелись, образовав плотную клетку, что отражала любые удары.

Следом вырвался второй — тончайшие стальные нити, которые закружили, затанцевали вокруг меня в смертоносном вихре. Они рассекали внешние атаки в воздухе, а заодно уничтожали магов, пытавшихся достать меня. Острые, как бритвы, нити проходили сквозь тела, не встречая сопротивления — противники падали, не успевая даже вскрикнуть.

Из моего тела вырвался кровавый туман, и в нём забили молнии. Они выискивали цели сами — тонкие, точечные разряды, бившие туда, куда я направлял мысль. Я старался не разрушить это место и атаковал очень аккуратно, точечно — чтобы убить только людей. Да и то, если получалось, нейтрализовать их, оставив в живых для допроса.

Параллельно я разрушал защитные механизмы, встроенные в стены и потолок. Они вспыхивали один за другим и тут же гасли под ударами моей магии.

Одновременно с этим я выпускал из Гримуара защитные ритуалы — те, что должны были уберечь интересующие меня объекты. Над тремя клетками, стоящими вдали, развернулся прозрачный купол. Стол с несколькими артефактами накрыло мерцающее поле. Шкаф, что виднелся у дальней стены, окутался плотной пеленой пространственной защиты.

Вскоре грохот взрывов стих — я остался один на ногах. Пришло время проверить, что же такое я нашёл.

В клетках сидели трое Авринов. Двое были ещё с крыльями, а одного обескрылили не так давно — раны только покрылись заживающей корочкой.

Следующим на очереди был стол. Но я не понял, что за артефакты на нём лежат, поэтому просто сгрёб в Компас Миров. Позже изучу.

А вот шкаф меня порадовал — на деле это оказался сейф. Именно от него я ощутил энергию концепции.

Сейф был сделан из прочного материала и имел защиту от вскрытия, которую я никогда ранее не видел.

Я сразу понял — если попытаюсь силой вскрыть его, он тут же уничтожит всё содержимое. Но в то же время обмануть защитный механизм у меня никак не выйдет. Я ощущал след шестого Шага на этом сейфе.

В голову мне пришла простая идея. Обратившись к Слайму, я поглотил концепцию Преображения Материи и просто воздействовал на часть сейфа.

Он сопротивлялся, но недолго. Сейф был защищён от классической магии, но никак не от магии концепции, тем более незнакомой Миру Войн. Кусок защитного материала просто превратился в жижу и истёк вниз.

Внутри я обнаружил множество зелёных камней, похожих на те, которые мне как-то давал Тимур. В них маги Мира Войн записывали свои исследования. Разумеется, самые секретные знания они сюда не складывали, но и того, что было, оказалось мне очень полезным.

Также я нашёл один накопитель. Он выглядел как белая шишка размером с два кулака и явно был сделан недавно. И я даже знаю, какой материал для его создания был использован — крылья того самого единственного бескрылого Аврина.

Я аккуратно взял этот накопитель и проверил его. Мои губы сами растянулись в улыбке. Этот накопитель был полон чистейшей, очень лёгкой концепции — и для меня было очевидно, какой именно. Концепция Свободы.

Жаль, Аврина, конечно. Но я бы в любом случае получил концепцию Свободы — хорошо, что маги не успели передать этот накопитель наверх, и мне не пришлось отрывать никому крылья.

Убрав накопитель с концепцией Свободы, я ещё раз хорошенько осмотрел помещение. Вроде ничего не пропустил. Я усыпил всех троих Авринов и убрал их в Саркофаги, после чего собрал пленных. Из двенадцати магов в живых остались трое — все Высшие Маги четвёртого Шага.

Закончив со сбором, я направился на выход. Надо помочь Хранителям, а потом переходить к следующему этапу плана.

Страж Основы Космоса нёсся сквозь звёзды, ныряя в одни галактики и выныривая из других. Тысячи световых лет оставались позади его исполинского тела. Чешуя, мерцающая холодным светом далёких созвездий, разрезала пустоту, оставляя за собой хвост из мерцающей пыли.

Дракон был раздражён. Он уже которые сутки никак не мог найти туманность, которую спрятал Дракон Хаоса.

Особенность Пелены Хаоса в том, что её невозможно так просто отыскать. Никакие якоря на ней не закрепляются, и даже в памяти местоположение того места растворяется само собой.

Дракону невероятно повезло, что он вообще наткнулся на эту туманность. Однако, чтобы не привлечь внимание Дракона Хаоса, он не стал использовать сильную магию. И сейчас ему приходилось вновь искать её с нуля.

Раздражение клокотало внутри Дракона, но поделать с этим он ничего не мог. Оставалось лишь надеяться, что он найдёт Мир Войн до того, как станет поздно.

Я стоял на вершине Башни и смотрел вниз — на место, где раньше находилась скрытая лаборатория Мира Войн. Один из ценнейших его активов сейчас превратился в гигантский дымящийся кратер. Все маги, работавшие там, были уничтожены.

Хранители Ордена один за другим возвращались в Башню. Среди них были и раненые. Убитых тоже хватало — всё же противник был непрост.

— Дальше по твоему плану мы должны атаковать Армию Метаморфов, — сказал Гаррик.

— Да, — кивнул я, вспомнив наши с клонами бурные обсуждения. — Мы ударим по Армии Метаморфов и дождёмся, когда к ней придёт подмога. После этого резко переместимся к Армии Паладинов и одним махом уничтожим её. Армия Паладинов на данный момент считается одной из слабейших, и с нынешними силами нам будет несложно с ней справиться.

— Почему мы не ударим сразу по Армии Ритуалистов? — спросил Варгас, нахмурив брови. — Ты в своём докладе говорил, что это наиважнейшее место Мира Войн.

— Да, — кивнул я. — Но Армия Ритуалистов считается одной из сильнейших. Она прекрасно охраняется. Там куча самых разных защитных ритуалов, в том числе и шестого Шага. Возможно, у нас даже не получится пробиться к ней. Армию Ритуалистов лучше атаковать вместе с куда бо́льшими силами. Сейчас наша главная цель — привлечь внимание других врагов Мира Войн.

Я обвёл Архонтов взглядом.

— Когда они увидят падение Армии Паладинов, то поймут, что Мир Войн и правда сейчас в крайне ослабленном состоянии. Тогда они решатся поддержать нас.

Архонт Гаррик согласно кивнул.

— А что, если Высшие Маги шестого Шага прервут ритуал и нападут на нас? — подал голос Архонт Парсас.

За время боя он лишь дважды атаковал. И оба раза его удары были одними из самых разрушительных.

— В таком случае нам придётся бежать, — пожал я плечами. — Но я не думаю, что Высшие Маги шестого Шага решатся отвлечься. Сейчас они заняты крайне важным ритуалом.

Я покачал головой, продолжив:

— Скорее всего, они постараются закончить ритуал до конца, и только после этого уничтожить нас. Для них весь Мир Войн ничего не значит. Их основная цель — создание средоточия концепции. И они пойдут до самого конца, пытаясь закончить свой план.

— Но ты ведь им помешаешь? — уточнил Гаррик, пристально глядя на меня.

— Сделаю всё возможное, — вздохнул я.

В это время последние Хранители влетели в Башню.

— Отправляемся, — коротко скомандовал Гаррик, сжав в руках мой Компас Миров.

Башня Испытаний медленно начала подниматься. Вокруг нас искривился воздух, и мы резко переместились, оказавшись чуть в стороне от Армии Метаморфов. Однажды я уже бывал тут, и это место было мне прекрасно знакомо.

Исполинский чёрный город с бесчисленными домами и башнями. И титанический замок в центре — похожий на обсидиановое копьё. От этого замка исходила тяжёлая энергия шестого Шага.