Самый крупный голем поднял голову, и я ощутил его взгляд почти физически — тяжёлый, древний, чужеродный. Внутри этого каменного исполина пульсировало ядро, в котором клубилась мощь Высшего ранга. От него по склонам гор расходились мелкие сородичи — и каждый нёс в себе частицу той же силы.

И вот угроза была создана. Я открыл глаза, повернул голову и увидел, как на стене разгорается задание — пятизвёздочное, ведь среди созданных големов оказалась Высшая тварь пятого Шага.

— Но как? — я посмотрел на Архонта. — Башня ведь не повреждена, она цела как никогда.

— Аванс, — усмехнулся он. — Это новая способность третьего этажа. Можно выполнять задание авансом и накапливать небольшой жирок. Конечно, этот ресурс ограничен, и бесконечно проделывать подобное не получится. Однако заранее спастись от двух-трёх ударов тех же Мёртвых Апостолов вполне реально.

— Офигеть, — оценил я. — Очень полезное изменение.

Архонт Гаррик, довольный моей реакцией, кивнул.

— Пойдём, покажу остальные этажи.

Мы вышли в зал с арками и шагнули в четвёртые врата — туда, где проходили Испытания Боли. Это место, наверное, было моим самым нелюбимым во всей Башне Испытаний.

— Изменения этого этажа нравятся мне меньше всех остальных, — мрачно сказал Архонт. — Теперь, помимо физических пыток, тут появились и душевные.

Мы находились в тёмном коридоре с пустыми клетками. Гаррик шагнул вперёд, пространство перед ним задрожало, и мы оба переместились в пыточную. Я скривился, вспомнив это ужасное место.

— Смотри.

Архонт подошёл к стеклянному контейнеру, в котором извивались отвратительные червеобразные личинки.

— Личинки, пожирающие душу, — скривившись, сказал Гаррик. — Их подсаживают человеку, и они начинают пожирать его душу. Это настоящая душевная боль, от которой можно легко сойти с ума.

Архонт помедлил.

— Теперь четвёртое испытание стало ещё сложнее, чем раньше. Людей, которые смогут подняться выше, станет меньше. Лучший шанс выдержать его — заранее подготовиться: укрепить тело, выпить нужные эликсиры и настроиться на затяжную пытку. Но даже так пройти смогут далеко не все. И это только первый этап. Финальное духовное испытание никуда не делось: под конец претенденту придётся пережить нечто такое, что способно сломать его куда сильнее любых физических мучений.

Я кивнул, вспомнив своё прохождение. Тогда меня словно забросило в далёкое будущее: замок был разрушен, род почти уничтожен, а среди руин меня встретил Толик, превратившийся в слепого глубокого старика.

— Пойдём, больше тут нечего смотреть, — сказал Архонт Гаррик и создал портал.

Мы вышли в зал с арками, Гаррик повернулся к пятым вратам.

— Испытание Одиночеством мало изменилось. Разве что условия стали более жёсткими, и появилась неприятная особенность — иногда перед человеком могут возникать миражи — иллюзии людей, с которыми он как будто бы может поговорить.

Архонт нахмурился.

— Но стоит претенденту попытаться что-то сказать, как иллюзии тут же рассеиваются. Это ещё сильнее давит на психику.

— Неприятно, — согласился я.

— Тут тоже мало что изменилось, — Архонт Гаррик повернул голову, взглянув на шестые врата. — Раньше на шестом этаже была всего одна локация — тот мир, в котором ты побывал.

Я с интересом кивнул, вспоминая жизнь, которую прожил от рождения до смерти во время Испытания Временем. Это было интересно.

— Сейчас же локаций несколько, и Башня Испытаний будет забрасывать человека в наиболее близкое ему место, — продолжал Гаррик. — Более того, вариаций сценариев жизни стало больше. Кто-то родится калекой в приюте, а кто-то — молодым принцем. У каждого будет своя судьба, своя жизнь, которую ему придётся пережить. В целом изменения, которые коснулись шестого этажа, самые оптимальные. Просто качественный сдвиг.

— Отлично, — кивнул я.

— Испытание Ответственностью претерпело мало изменений, — продолжил Гаррик. — Разве что масштаб слегка увеличился, а сам искусственный мир стал более хаотичным. Теперь людям будет тяжелее продвигаться по службе и управлять собственными отрядами. Раньше был хоть какой-то порядок, сейчас же он практически полностью исчез.

Архонт двинулся дальше.

— Претенденту придётся тяжелее, чем было раньше. Однако и награда выше — опыт руководства собственной армией в столь сложных условиях невероятно ценен.

Я кивнул. Гаррик зашагал в сторону девятой арки, по пути продолжая говорить:

— Восьмое Испытание тоже претерпело качественный скачок, но небольшой. Образ Академии Ордена стал более совершенным, личности населяющих её магов — более проработанными и глубокими. Если ты помнишь, раньше полноценными личностями можно было назвать только Архонтов, у остальных были изъяны.

Я вспомнил, как мои клоны пересношались с женским населением Академии, и заметил:

— Ну, всё было вполне себе нормально, очень по-человечески.

Архонт странно посмотрел на меня и покачал головой.

— Нет. Люди там были более глупыми и доверчивыми, чем на самом деле.

Я смущённо кашлянул. Что значит «более глупыми»?

Мне вдруг стало интересно: а если я сейчас попробую пройти восьмое Испытание, история повторится? Будут ли мои клоны пользоваться таким же успехом у женского населения, как в прошлый раз? Или это всё было из-за того, что слепки личностей были такими доверчивыми?

Архонт остановился у девятой арки и повернулся ко мне.

— Ты прошёл восемь Испытаний. Я предлагаю тебе пройти последнее, девятое.

Я приподнял брови в удивлении.

— Ты получишь неплохую пользу, — пообещал Гаррик. — Конечно, будь ты хотя бы четвёртого Шага, эффект был бы сильнее. Но и сейчас девятое Испытание будет для тебя весьма полезным.

Архонт чуть наклонил голову.

— Более того, с твоим статусом ты сразу поймёшь его суть. Твоя память не сотрётся, как это будет у остальных.

Я задумчиво взглянул на девятую арку.

— Испытание пройдёт быстро, — заверил меня Гаррик. — Время на девятом этаже движется быстрее, чем снаружи. Я дождусь тебя здесь.

Я кивнул. Ладно, раз уж Гаррик так говорит, то доверюсь ему. А ещё мне самому интересно, каким же будет последнее испытание Башни.

Не став больше думать, я шагнул в портал и оказался на девятом этаже Башни Испытаний. Сперва я ощутил волну сканирующей энергии, которая пронеслась по моему телу и словно пощекотала разум. Башня будто решала, что со мной делать.

А затем я оказался в помещении гигантских размеров, у которого не было видно ни конца, ни края. Я стоял на сером плиточном полу, уходившем во все стороны, бесконечно далеко. Не было ни стен, ни потолка.

Я оглянулся и увидел, как один за другим начали появляться фантомы — призраки людей. Один, два, три. Их становилось всё больше и больше — десятки, затем сотни, тысячи фантомов появлялись вокруг меня.

Ко мне пришло понимание — Башня Испытаний сама подсказывала, что происходит. Это фантомы Хранителей. Тех самых людей, которые тысячи лет провели в коме на девятом этаже.

Искра Основы Хаоса сотворила это место, но в качестве фундамента она взяла гробницу, где спали все Хранители. Тысячелетиями их сознания дремали в каменных саркофагах, и каждое из них оставило здесь глубокий, неизгладимый отпечаток — словно вода, год за годом, капля за каплей, точащая камень.

Башня считала эти отпечатки и воссоздала их — слепки личностей, призраки ещё живых людей. Не души, не копии, а нечто среднее: эхо, отзвук, тень, обретшая форму.

Последними появились четверо фантомов. Двоих из них я прекрасно знал — это были Гаррик и Варгас. Архонты.

Значит, те двое — тоже Архонты. Только почему я их не видел?

Тут один из призраков, стоявший за спинами Архонтов, зашевелился. Он зашагал в мою сторону и, пройдя сквозь старших товарищей, подошёл ко мне.

Это был мрачный на вид лысый мужчина, которому на вид было около пятидесяти. Его голову испещряли рваные шрамы, а челюсть с одной стороны была почти сгнившей. Незнакомец встал вплотную и протянул мне руку.