Глава 15.

Отец народа против Папы Ужасного

Через год после своей блестящей победы при Аньяделло Людовик XII оказался втянутым в ожесточенную вражду с Папой Юлием II, оказавшейся катастрофической для его претензий в Италии и поставившей под угрозу его положение на французском престоле. Считается, что смерть Жоржа д'Амбуаза серьёзно повлияла на отношения Людовика с папством, но трудно ответить на вопрос, мог ли кардинал уберечь короля от конфронтации с Папой, когда даже королева не смогла этого сделать. Однако д'Амбуаз, вероятно, спас бы Людовика от некоторых ошибок в борьбе с Юлием II.

Причин для ожесточенной конфронтации между Папой и королем было несколько. Одной из них стал отказ Папы даровать кардинальскую красную шапку нескольким французским прелатам, которым, как считал Людовик, она была обещана. Когда в начале 1510 года Юлий II назначил двенадцать новых кардиналов, ни один из них не был французом. Очевидно, назначая кардиналов, враждебно настроенных к Франции, понтифик был полон решимости предотвратить избрание Папой француза после своей смерти. В свою очередь, Людовик разгневал Юлия II, назначая священников в Милане без папского одобрения. Папа опасался, что французский король может двинуться на Рим и свергнуть его с престола Святого Петра, несмотря на то, что Людовик дважды бывал в Италии с большой армией и не предпринимал подобных попыток. Однако важнейшей причиной было стремление Юлия II освободить Италию от варваров — под которыми он подразумевал всех неитальянцев — начиная с французов, поскольку они контролировали большую часть Италии. Папа считал, что знает, как поступить с французами и особенно с их королем, благодаря времени, проведенному во Франции до своего избрания.

Первым шагом Юлия II стало заключение мира с Венецией. Полное поражение Венеции едва ли отвечало интересам общеитальянского дела. В конце 1509 года Республика, в ответ на намеки на то, что Папа рассмотрит мирные условия, направила в Рим делегацию и в феврале 1510 года было заключено соглашение[688]. Венеция уступила Юлию II практически по всем пунктам, и таким образом согласие в Камбрейской лиге было подорвано. Юлий II силой своей воли смог заставить членов лиги взаимно друг другу не доверять, и без его руководства она быстро распалась. Людовик, после двенадцати лет переговоров с итальянцами мог бы отреагировать более сдержано, но похоже, что он был застигнут врасплох. Король сокрушался, что Папа своим миром с Венецией вонзил ему кинжал в сердце. Болезнь и смерть д'Амбуаза помешали Людовику быстро и эффективно предпринять ответные меры[689]. Тем временем Юлий II усердно трудился над тем, чтобы настроить Камбрейскую лигу против Франции. С этой целью он, не принимая во внимание французские претензии, предоставил Фердинанду Арагонскому инвеституру Неаполя и в тоже время оказал милость Максимилиану и Генриху VIII. Однако ни один из этих государей ещё не был готов порвать с Людовиком. Папе также не удалось, несмотря на все приложенные усилия, разжечь восстание в Генуе и Милане.

Но со швейцарцами Юлию II удалось добиться большего успеха. Отношения между кантонами и Францией оставались напряженными, даже несмотря на то, что французская монархия использовала тысячи швейцарских наемников. Дело с Беллинцоной в 1504 году было лишь одним из ряда инцидентов на границе Конфедерации с Миланом, к тому же существовали бесконечные споры по поводу оплаты швейцарцев служивших во французской армии. Многие во Франции считали швейцарцев слишком ненадежными, дорогостоящими и варварскими, чтобы быть хорошими союзниками, в то время как довольно многочисленная фракция в Швейцарии искала покровительства у императора Священной Римской империи. Главой этой фракции был епископ Сьона (Ситтена) Маттеус Шиннер, давний и ярый противник Франции. Ранее он поддерживал Лодовико Моро и принимал активное участие в деле с Беллинцоной. Юлий II признал ценность Шиннера в освобождении швейцарцев от французской службы и в 1508 году назначил его кардиналом и легатом в кантонах. Со своей стороны Шиннер убедил лидеров Конфедерации потребовать настолько высокую цену за возобновление соглашения 1499 года, предоставлявшего Франции право нанимать швейцарских солдат, что Людовик был вынужден прервать переговоры. Король считал, что воссозданная французская пехота, хорошо проявившая себя в сражении при Аньяделло, сделала швейцарцев ненужными. Такая позиция открыла Юлию II возможность заключить в марте 1510 года собственное соглашение с кантонами, что позволяло Папе набрать 6.000 человек, если швейцарцы не будут вовлечены в другую войну, и обязывало обе стороны не вступать в союзы друг против друга. Имея поддержку швейцарцев, Юлий II теперь мог сбросить дружелюбную личину и показать свои истинные чувства к Франции.

Убежденный в верности своих союзников по Камбрейской лиге, Людовик трудился над улучшением отношений с новым английским королем, который, по сообщениям, был ярым противником Франции. В сентябре 1509 года в Англию отправилась представительная французская делегация во главе с Раулем де Ланнуа  и в марте 1510 года был заключён договор о дружбе. Он предусматривал возобновление ежегодной выплаты Англии 50.000 экю и полное погашение задолженности по пенсии, сумма которой не была указана. По традиции сложившейся ещё во время Людовика XI французские короли предпочитали подкупать должностных лиц других государей, так случилось и на этот раз, а венецианский посол сообщил, что французы раздали в качестве взяток придворным Генриха VIII 50.000 экю. Незадолго до этого венецианец писал, что, по его мнению, французский король подкупил испанского посла в Англии, "как он практикует это со всем миром". Испанец, в свою очередь, поинтересовался у Генриха VIII, кому из своих советников он может полностью доверять, поскольку хорошо знал, что придворные императора Максимилиана регулярно получали от французов взятки и передавали им секретные сведения[690].

Весной 1510 года Людовик направился из Блуа в Лион, но его намерения не были ясны никому, кроме, возможно, его самого. Многие иностранные наблюдатели были убеждены, что он намеревался возглавить большую армию, чтобы завоевать остальную Италию и возвести на папский престо француза, хотя Сен-Желе писал, что Людовик отправился в Лион, чтобы поохотиться в горах Дофине[691]. Независимо от того, намеревался ли Людовик в том году пересечь Альпы или нет, его войска действовали в Северной Италии, взяв

Леньяго

, но потерпев неудачу в штурмах Тревизо и Падуи. В середине лета Людовик, все ещё находясь в окрестностях Лиона, получил известие о скором разрешении от бремени королевы Анны. По словам Сен-Желе, он через четыре-пять дней поспешил обратно в Блуа, оставив позади всех тех, кто не мог за ним угнаться. Хронист также отметил, что Людовик находился в покоях Анны, когда она родила дочь, названую Рене. Конечно, рождение дочери должно было стать глубоким разочарованием для отца и матери, но это дало надежду на то, что Анна сможет снова забеременеть и наконец-то родить долгожданного сына. Крёстными родителями новорожденной стали герцогиня Анна Бурбонская и Джан Джакомо Тривульцио[692]. Королева Анна в следующем году снова забеременела, но в январе 1512 года, ребёнок, мальчик, родился мертвым[693].

Вторая, хотя и менее срочная причина возвращения Людовика в Блуа заключалась в его решении противостоять Юлию II на поместном Соборе французского духовенства[694]. Юлий II активно боролся с Людовиком сразу на нескольких фронтах. В середине июня он сказал венецианцам: "Эти французы пытаются сделать из меня всего лишь капеллана своего короля; но я намерен остаться Папой, и они скоро в этом убедятся". Месяц спустя он заявил французскому послу: "Я считаю вашего короля своим личным врагом и не желаю больше ничего слышать"[695]. Затем он приказал послу покинуть Рим и арестовал кардинала Клермонского за попытку уехать без его разрешения. В то же время он нанял 10.000 швейцарцев и разместил из на границе с Миланским герцогством. Папа предоставил деньги и поддержку своим родственникам из семьи Фрегозо для организации восстания в Генуе и в июле предпринял попытку атаки этого города с моря. Он послал своего нунция в Геную, чтобы убедить французского адмирала, Прежена де Биду, использовать свой флот против североафриканских корсаров. Посчитав, что адмирал покинул Геную, Юлий II отправил туда небольшой папский флот, усиленный примерно пятнадцатью венецианскими галерами. Однако Прежен, узнав о замысле Папы, остался на месте и отогнал папский флот. Но в конце августа тот вернулся, и в ожесточенном сражении Прежен захватил четыре галеры и вынудил противника к окончательному отступлению[696]. С точки зрения французского короля, худшим из поступков Юлия II было отлучение от Церкви герцога Феррары Альфонсо д'Эсте, самого верного союзника французов в Италии. Это стало серьёзным вызовом способности Людовика защитить своих друзей. Среди обвинений, выдвинутых против Альфонсо д'Эсте, было и то, что он якобы замышлял свергнуть Юлия II и сделать Папой д'Амбуаза[697].