Как нам уже известно, в 754 г. Мансур отправился в паломничество в Мекку и еще не успел его завершить, когда узнал о смерти Саффаха и своем собственном возвышении. Когда он был в Мекке, совершая свое паломничество, он обратил внимание, что ни Мухаммад, ни Ибрахим не пришли к нему, чтобы засвидетельствовать свое уважение.
В 761 г. халиф Мансур снова совершил паломничество и, будучи в Хиджазе, потребовал присутствия Мухаммада и Ибрахима, которым обещал неприкосновенность. Однако Мухаммад в своем ответе с горечью спросил, означает ли обещанная ему неприкосновенность то же самое, что было предложено ибн Хубайру, дяде халифа Абдаллаху ибн Али и Абу Муслиму. Когда двое этих юношей не сдались, арестовали их отца и еще двенадцать мужчин, происходивших от Хасана, сына Али ибн Аби Талиба. Некоторые из них получили до ста ударов плетьми, их имущество было конфисковано, а сами они оказались в темнице Куфы. Абдаллах ибн Хасан, отец двоих молодых людей, был высечен в присутствии халифа Мансура, которому сказал с вызовом: «При Бадре мы поступали с вашими пленниками по-другому»[106]. Видя беспощадность халифа по отношению к их роду, молодые люди укрылись в горах Хиджаза. Многие потомки Хасана погибли в тюрьме.
Мухаммад в своей пропаганде подчеркивал, что происходит от Фатимы, дочери Пророка, в то время как матерью Мансура была берберская наложница. Мансур парировал тем, что сами шииты признают наследование имамата от отца к сыну. Значит, наследование по женской линии в счет не идет. В итоге в конце сентября 752 г. Мухаммад поднял знамя восстания в Хиджазе, быстро захватив Медину и Мекку. Ибрахим отправился в Басру, чтобы поднять восстание и там. Сторонники бану Али одевались в белое.
Получив известие об этом бунте, Мансур, по слухам, обратился за советом к старому полководцу, отличившемуся в войнах Марвана, спрашивая, какую военную акцию ему предпринять. Узнав о том, что центром восстания была Медина, старик ответил: «Хвала Богу! В этом месте нет ни пищи, ни оружия, ни людей. Пошли одного из своих вольноотпущенников в Вади ал-Кура и перережь их сообщение с Дамаском, и тогда мятеж выдохнется».
Эта краткая характеристика ситуации, данная в VIII в., представляет для нас особый интерес, поскольку во время Первой мировой войны турки сосредоточили в Медине значительные силы. Амир Фейсал и Т. Э. Лоуренс действовали в районе севернее Вади ал-Куры и свели на нет боевые операции турок, перерезав их сообщение с Дамаском. Вот как мало изменилась стратегия за истекшие двенадцать веков.
Однако халиф Мансур не был согласен морить восставших голодом, пока они не сдадутся. Он послал из Куфы через Аравийскую пустыню своего племянника Ису ибн Мусу ибн Мухаммада[107] с большой армией. Значительная часть этого войска состояла из хорасанцев.
Мухаммад ибн Абдаллах ибн Хасан, провозглашенный халифом в Медине, вскоре столкнулся с трудностями. Один из его сторонников убеждал его отправиться в поход на Египет, который он, возможно, сумеет покорить и тем самым обеспечить себя ресурсами, необходимыми для ведения войны. Но он заявил, что, как потомок Пророка, он будет защищать город Пророка от врагов Бога. Почти за полтора века до этого сам Мухаммад оборонял Медину от нападения неверных и с этой целью выкопал ров. Этот ров Пророка был восстановлен — видимо, по соображениям религиозного порядка, потому что против регулярной армии Аббасидов подобная мера не имела смысла.
В конце декабря 762 г. Иса ибн Муса со своей армией показался в окрестностях Медины и призвал мятежников сдаться. Обе стороны предложили друг другу признать Божью книгу и Предание, что представляло собой почти рутинную формальность, поскольку, разумеется, и те и другие заявили, что и так уже сделали это. Затем аббасидская армия заняла боевые позиции по периметру города, и последовала часовая бомбардировка камнями из баллист и обстрел из луков. Когда противоборствующие армии сошлись ближе, вперед выехали лучшие бойцы, вызывая вражеских воинов на единоборство. Из аббасидских рядов появился рыцарь, закованный в доспехи, а из войск Медины навстречу ему вышел пехотинец и предложил латнику спешиться, поскольку у его противника не было коня. Вызов был принят, воин в доспехах слез с лошади, отослал ее назад и в пешем бою был убит своим соперником.
Когда поединки закончились, Хумейд ибн Кахтаба, сын военачальника, приведшего армию Абу Муслима из Хорасана в Куфу, получил приказ возглавить атаку. Когда его воины достигли рва, то перебросили через него двери, сорванные с соседних домов, чтобы кавалерия смогла через него перебраться. После этого две армии столкнулись в отчаянной рукопашной, которая продолжалась с утра почти до самого вечера.
Мухаммад с удивительным великодушием освободил от обязательств перед собой всех тех, кто принес ему присягу, и сказал, что они могут бежать, если хотят. Многие жители Медины, собрав своих женщин и детей, укрылись в окрестных горах из страха перед бомбардировками и разграблением города. По свидетельству очевидца, вся аббасидская армия была одета в черное, и когда ее огромная масса двигалась к городу, казалось, что это покрытые лавой склоны вулканических гор Хиджаза ползут через равнину.
Ко второй половине дня стало ясно, что сопротивление продлится недолго. Мухаммад — удивительно современный штрих — сжег свою тайную переписку и поименный список своих приверженцев. Племя Джухейна одним из первых поддержало Пророка Мухаммада и теперь примкнуло к его потомку. Триста человек из этого племени приготовились к последнему бою. Мухаммад разрешил им бежать, но они отказались. Когда они скакали на врага, черное знамя Аббасидов уже развевалось над мечетью Пророка у них за спиной. Другой неприятельский отряд обошел их с фланга и ворвался в город. Триста героев спешились, каждый из них стреножил свою лошадь, чтобы бегство стало для него невозможным, и отбросил ножны. Три раза они штурмовали черные ряды своими тающими силами, и трижды были отброшены. Мухаммад получил удар мечом по голове. Он пал на колени с горестным криком: «Увы, я сын твоего Пророка, раненый, гонимый, отверженный». Затем какой-то воин пронзил его насквозь. Хумейд ибн Кахтаба поспешил отрезать ему голову, которая была отослана Исе, а от него, со специальным гонцом, к халифу Мансуру. Мы не слишком много знаем о Мухаммаде ибн Абдаллахе ибн Хасане, прозванном Чистая Душа, но, по-видимому, его религиозность была подлинной. Его брату Идрису[108] ибн Абдаллаху удалось бежать в Африку, и мы о нем еще услышим.
По приказу халифа Иса ибн Муса объявил амнистию и предотвратил грабеж. Своей суровостью по отношению к городу Пророка Омейяды вызвали когда-то слишком большую ненависть, чтобы Аббасидам захотелось последовать их примеру. Конфисковано было только имущество потомков Хасана сына Али. Случилось это в декабре 762 г., восстание продлилось чуть менее трех месяцев и продемонстрировало весь обычный героизм и неумелость бану Али.
Тем временем Ибрахим, брат Мухаммада, поднял параллельное восстание в Басре. Вместо того чтобы пересечь пустыню, он, видимо, следовал через Дамаск, Мосул и вниз по Тигру. Из-за продолжительности своего путешествия Ибрахим достиг Басры только в декабре 762 г., когда аббасидская армия уже была в Медине. Как только в Басре поднялось знамя восстания, халиф Мансур приказал Исе ибн Мусе спешно вернуться в Куфу.
Ибрахим захватил Ахваз и даже персидскую провинцию Фарс и двинулся на Куфу со значительной армией. Иса ибн Муса прибыл как раз вовремя, когда мятежная армия Ибрахима была всего в нескольких милях от Куфы, а халиф Мансур как раз заканчивал подготовку к побегу в Рей в Северной Персии. В битве у стен Куфы первая атака Ибрахима отбросила назад армию Аббасидов, и показалось, что впервые победа почти в руках у потоков Али. Затем откуда-то некий воин пустил стрелу наугад. Эта случайная стрела поразила Ибрахима в горло, и он упал вперед, обняв руками шею своего коня. Его приверженцы быстро спешились и положили его на землю, но через несколько минут он скончался. Его войско пришло в смятение, и Аббасиды пошли в контратаку. На следующее утро в Куфе халиф Мансур принимал своих гостей на аудиенции, держа в руках отрезанную голову Ибрахима, праправнука Посланника Божия.
