В последний год жизни Махди византийское правительство отказалось следовать унизительному соглашению, заключенному три года назад между Харуном ар-Рашидом и императрицей Ириной. Политические перемены были связаны с тем, что сын Ирины Константин VI достиг совершеннолетия и отобрал власть у своей матери. В правление Хади на границе возобновились бессистемные военные действия.

Восшествие на трон Харуна ар-Рашида - 15 сентября 786 г.

Закрепление Идриса ибн Абдаллаха в Магрибе - 788 г.

Смерть Идриса I от яда - 792 г.

Ибрахим ибн ал-Аглаб становится наместником Ифрикии - 800 г.

Падение Бармакидов - 803 г.

Кампании Харуна против Никифора - 805 г.

Смерть Харуна ар-Рашида - 23 марта 809 г.

Халиф Харун ар-Рашид.

Его сыновья:

Яхья ибн Халид Бармакид.

Его сыновья:

Идрис ибн Абдаллах, правитель Магриба.

Ибрахим ибн ал-Аглаб, наместник Ифрикии.

Аббаса, сестра Харуна.

Византийские императоры:

Лев IV - 775―780 гг.

Ирина, вдова Льва IV, регентша при своем сыне - 780―785 гг.

Константин VI, сын Льва IV и Ирины (с 780 по 785 гг. Константин был несовершеннолетним, а его мать Ирина являлась его опекуншей) - 780―797 гг.

Ирина, как полновластная императрица, - 797―802 гг.

после ослепления своего сына Константина VI Никифор I - 802―811 гг.

Пятнадцатого сентября 786 г. Харун ар-Рашид был объявлен халифом, став наследником своего брата Хади. Когда он принял халифат, ему было двадцать два, и ему предстояло править двадцать три года и стать одним из самых знаменитых властителей всех времен. Хади, как мы видели, попытался лишить Харуна наследства, передав его права своему сыну Джафару, и заставил какое-то количество людей присягнуть последнему. Но Джафар был еще ребенком, и всякая неприязнь к Харуну улетучилась в первые же двадцать четыре часа.

Хади бросил Яхью Бармакида в тюрьму за его интриги в защиту Харуна как наследника халифата. Новый халиф первым делом послал в темницу и освободил своего друга и бывшего наставника, сделав его верховным министром. «Я возложил на твои плечи ответственность за моих подданных, — якобы сказал молодой Харун своему визирю, — правь ими так, как считаешь лучшим, назначай и смещай, кого хочешь. Вот мое кольцо с печатью, которое я доверяю тебе».

Мать халифа Хайзуран радовалась возвышению своего любимого сына и исчезновению упрямого Хади и возобновила свои постоянные вмешательства в государственные дела. Но Яхья Бармакид, видимо, хорошо изучил ее характер и, принимая ее приказания с раболепным почтением, сотрудничал с ней в обмен на ее поддержку. Возможно, большим облегчением для всех стало то, что вскоре властная наложница умерла.

Те, кто находился в опале у прежнего правительства, получили помилование, воинам были пожалованы щедрые дары, и новое правление, по всей видимости, началось с самыми добрыми предзнаменованиями. Раздача денег войскам, чтобы заручиться их верностью, была насущной необходимостью, что очень напоминает времена последних римских императоров. Этот факт вновь говорит о том, что большинство воинов было наемниками, в основном тюрками или персами, которые сражались не за Бога и свою страну, а за деньги. Мы знаем, что из-за нехватки средств Карлу Великому пришлось оплачивать свою армию землями вместо денег (феодальная система). При великих Аббасидах мы наблюдаем обратный процесс. Благодаря безмерным богатствам халифы создавали армии, которые боролись исключительно ради денег, а не из соображений религии или патриотизма.

Летом 791 г. Харуну ар-Рашиду удалось назначить официальным наследником своего сына Амина, хотя тому было всего пять лет. Этот эпизод еще раз свидетельствует о постепенно увеличивающемся отрыве от арабской и даже мусульманской традиции. Арабы, даже до ислама, всегда решительно отрицали принцип первородства. Титул вождя арабского племени переходил к самому способному члену правящей семьи, не обязательно к старшему сыну предыдущего вождя, и никогда к ребенку.

После возникновения ислама сформировалась теория, по которой халифом мог стать самый способный член племени курайш и мусульманской общины. Если народ просили присягнуть пятилетнему ребенку, понятно, что концепция наиболее достойного гражданина страдала. Более того, в начале исламского периода халиф избирался правоверными для руководства мирскими делами мусульманской общины. Это была, скорее ответственность, чем привилегия. Тот факт, что Харун назвал наследником своего малолетнего сына, больше напоминал о том полумистическом духе, который окружал восточную монархию, чем о простом прозаическом управителе раннего мусульманского государства. В Хорасане Амину присягнули лишь после неоднократной раздачи денежных подарков армии.

* * *

Вспомним, что в 788 г. некий Идрис[119] ибн Абдаллах, потомок Али ибн Аби Талиба, бежал из Мекки и достиг Магриба, где встал во главе независимого государства и основал новую столицу Фез. Аббасидским халифам, чьи интересы были связаны в основном с востоком, направить из Багдада экспедиционный корпус в Магриб было не по силам. Но мириться с дальнейшим существованием независимого мусульманского государства под властью Алидов означало оказаться в опасности. Усилившись, оно могло бы завоевать Ифрикию и Египет и побудить к восстаниям многих шиитов Аравии и Персии. Покорить берберов было невозможно, но избавиться от Идриса — это был вполне осуществимый политический ход.

С этой целью в Магриб был отправлен некий Шамах, вольноотпущенник покойного халифа Махди. Там он выдал себя за врача и добился расположения Идриса. Завоевав доверие своей будущей жертвы, он стал рекомендовать имаму лекарства от недомоганий и постоянно сопровождал его в инспекционных поездках по всем его владениям. Однажды вечером в 792 г. Идрис послал за доктором и пожаловался на зубную боль. Шамах дал ему зубной пасты, смешанной со смертельным ядом, и велел употребить ее на рассвете следующего дня. Затем, покинув своего покровителя, он оседал быстроногую кобылу, которую держал готовой именно для такого случая, и всю ночь скакал галопом на восток.

На заре несчастный Идрис наложил пасту на зубы, время от времени повторяя эту процедуру в надежде получить облегчение от зубной боли. Через несколько часов он почувствовал себя плохо и умер еще до полудня. Смерть имама и внезапное исчезновение врача вызвали подозрения, и конный отряд пустился в погоню. Однако Шамах, хотя воины Идриса чуть не нагнали его в бешеной скачке, прибыл в Кайраван целым и невредимым. В итоге он получил от Ха-руна ар-Рашида награду, а также должность главы департамента почты и разведки в Египте.