После быстрого душа вместе с Максом, где я снова еле отбилась от него, представляя, что на меня навешают ярлыков очень развратной девушки, если мы будем долго плескаться, мы наконец-то появляемся перед его родителями.

Он представляет мне своих предков, а я замечаю, что на столе уже дымится четыре кружки с чаем и стоит торт. Аромат на кухне витает потрясающий, и я понимаю, что, оказывается, жутко проголодалась. Я ведь даже не ужинала.

Ох уж и нервный вечер.

– Мам, пап. Это Маша. Моя девушка.

– Очень приятно, – говорю я смущённо.

– И нам приятно, – тут же отзывается его мама. – Простите, что мы так ворвались и помешали… вашим планам. Никак не могли до Максима дозвониться.

Ой, сколько можно краснеть? Спасите меня от этого кошмара. Может покашлять и всё-таки сослаться на болезнь?

– Слушайте, – Макс трёт шею, и на его лице появляется что-то похожее на… смущение. Ого. Максим Ледов, который никогда не теряется, сейчас смущён? Это что-то новенькое. – Я… ну, вы же могли предупредить, что приедете.

– И испортить сюрприз? – отец Макса усмехается. И без всякого перехода вдруг говорит: – С днём рождения, сын.

Я застываю.

Что? Что, блин?! День рождение? Сегодня?

А я… я даже не знала. Я устроила истерику, заставила его нервничать, спасать меня, а у него сегодня праздник. Идиотка. И он мне не сказал, кстати! Как же так?

Максим отмахивается дежурным «спасибо» и тянет меня, ошеломлённую, за стол. Сам садится рядом. Его рука тут же устраивается на моём колене под столом.

– Максим, – говорит отец, протягивая ему ключи. – Это тебе. Ты точно заслужил.

– Пап, ты серьёзно? – выдыхает Макс, и я вижу искреннюю радость на его лице. – Тот самый?

– Тот самый, – кивает отец. – Технические характеристики, которые ты искал. И да, он теперь твой.

Я перевожу на Максима непонимающий взгляд. Он кивает мне. Достаёт телефон и пролистывает какие-то фотографии. Разворачивает. Я вижу мотоцикл. Чёрный, блестящий, очень стильный.

– Моя мечта, если можно так выразиться. Давно хотел прикупить, чтобы с ребятами гонять, – широко улыбается.

У меня, правда, от такого подарочка по спине холодок пробегает. Страшно становится, что он будет рассекать по дорогам на таком чуде. Панически страшно, что разобьётся. Пфф, надо выдохнуть.

Мама тем временем протягивает Максиму какой-то конверт.

– И это тоже твой подарок, дорогой. Билеты в Японию. На твой любимый фестиваль электроники. Мы знаем, как ты хотел. Тут, кстати, два билета, – и она подмигивает мне.

Я второй раз застываю в полном шоке. Япония? Серьёзно? Смотрю на Макса. Его лицо – сплошное счастье. Такого я его ещё не видела. И мне становится тепло от того, что я вижу эту его сторону – ту, которую он показывает только самым близким.

– Это потрясающе, – выдыхает он. – Спасибо.

После бури восторга, мы снова приступаем к поеданию этого шикарнейшего тортика. Мама Макса переводит взгляд на меня.

– Маша, а ты чем занимаешься? – спрашивает она с любопытством.

– Я учусь на дизайнера, – отвечаю я, продолжая всё так же смущаться. – И подрабатываю. Официанткой. Но дизайн – это моё основное. Сейчас вот делала макет для одной кофейни.

– Для какой кофейни? – вдруг оживляется она.

Я называю сеть. Мама Макса вдруг ставит чашку и смотрит на меня с удивлением.

– Это же мои кофейни, – говорит она.

Я застываю. Чего?

– Я владелец, – поясняет она, и на её лице появляется широкая, искренняя улыбка. – И тот макет, который я утвердила… Это, выходит, ты рисовала?

– Я… да, – киваю я.

Обалдеть. Разве бывают такие совпадения? Невероятно просто. Я согласовывала все работы через мессенджер с какой-то девушкой, но ни разу не встречалась с заказчиком вживую. Конечно, общение было не через маму Макса, но всё-таки. Фактически мы почти знакомы.

– Дорогой, – мама Макса поворачивается к мужу. – Это же та самая работа, которая нам так понравилась. Помнишь, я говорила, что у автора удивительное чувство цвета?

Отец Макса смотрит на меня с новым, уважительным интересом.

– А ты, Маша, талант.

Я краснею. Макс рядом довольно усмехается и притягивает меня к себе, целуя в висок прямо при родителях.

– Она у меня особенная, – говорит он.

Мама улыбается. Отец кивает. А я чувствую, как от этой простой фразы и этого жеста у меня внутри разливается такое тепло, что слёзы снова подступают к глазам, но теперь уже совсем другие.

Мы пьём чай, разговариваем – о дизайне, об учёбе, о планах на лето. Родители Макса оказываются замечательными. Мама рассказывает, как начинала свой бизнес, отец вспоминает, как Макс в детстве разобрал его первый компьютер. И Макс улыбается. Рядом с ними, рядом со мной – он настоящий. И я расслабляюсь. Больше не вспоминаю даже о нашем позоре.

Потом родители уходят, мы их провожаем и остаёмся вдвоём. Макс поворачивается ко мне.

– Идём спать, – говорит он, протягивая руку.

Я не двигаюсь. Складываю руки на груди и смотрю на него с прищуром.

– Ты не сказал, что у тебя день рождения, – тяну с обидой в голосе.

– Забыл, – пожимает он плечами. Выглядит таким невинным, что я ему верю. – Честно. С этой суматохой… я правда забыл.

– Забыл, – повторяю я, медленно кивая. Потом подхожу к нему вплотную и провожу пальцем по его груди. – Тогда… иди в спальню. И жди меня там.

Его брови взлетают вверх.

– Что?

– Я хочу сделать тебе подарок, – объясняю я. – Настоящий. И не спорь.

Его глаза загораются предвкушением.

– Я уже люблю этот подарок, – хрипло произносит.

Ну что ж. Надеюсь, он оценит.

Если бы я знала, что у Максима день рождение, то, конечно, подготовилась бы основательно. Романтический ужин, подарок. Всё было бы как положено.

А теперь… теперь приходится выкручивать и придумывать на ходу. Но в самом деле! Я же не могу оставить своего парня без подарка?

Обидно, что он забыл предупредить. Да и я хороша. Можно ведь было и спросить. Мы с ним вообще-то живём вместе, а не просто случайные соседи. Так что за неимением под рукой ничего подходящего, я могу предложить ему только… себя.

Максим удаляется в спальню, а я лихорадочно привожу себя в порядок. Кручусь перед зеркалом в ванной комнате и пытаюсь унять дрожь в коленях.

Нет, ну серьёзно? Я собираюсь танцевать стриптиз. Никогда прежде не делала этого, да и танцевать я толком не умею. Но это же для него. Для моего любимого.

В телефоне уже загружен плейлист. Выбрала медленный, с тягучим битом трек, под который, как мне кажется, как раз что-то такое и должны делать…

Я поправляю волосы, смотрю на себя в зеркало и выдыхаю.

– Ты сможешь, Маша. Это же просто. Немного подвигаться, снять с него одежду, снять с себя… Боже, что я несу.

На мне его любимая моя футболка – та, старая, розовая, которая ему почему-то дико нравится. И джинсы. Снять их будет целая эпопея. Но если он справился даже с носками, и выглядело это эффектно… то может я тоже смогу, да?

Главное, не зажиматься.

Я выключаю свет в ванной, на цыпочках иду к спальне. Заглядываю внутрь. Макс сидит на кровати, откинувшись на подушки, с телефоном в руках. Увидев меня, он приподнимает бровь.

– Ты чего там застряла? Я уж думал, ты сбежать от меня решила.

– Не дождёшься, – усмехаюсь я и включаю музыку на телефоне.

Ставлю его на тумбочку.

Первые аккорды заполняют комнату.

Макс замирает. Его глаза расширяются, когда я начинаю двигаться. Медленно, неуверенно, но стараясь поймать ритм. Вожу руками по своему телу. Надеюсь, что выглядит всё это сексуально.

– Маша… – выдыхает он.

По голосу понимаю, что он мгновенно загорается. То есть можно заключить, что получается у меня вполне неплохо. Стараюсь изо всех сил быть для него пленительной и очаровательной.

Я подхожу ближе. Сажусь к нему на колени. Его руки тут же ложатся мне на бёдра. Но я их убираю. Качаю головой.