Олич Кода
Следы на стекле
Часть первая. Глава 1
Алекс
Здарова, пройдохи!
Кто со мной? Загибаем пальчики…
Умный. Красивый. Прилежный. Успешный…
Вот таким бы я был, если б меня выбирали предки!
Я…
А: каждые полчаса мыл бы руки;
L: зачитывался бы Достоевским;
E: вместо спортивных джоггеров фарсил бы в твидовых брюках, как у Шерлока… здесь будет справка, когда научусь…
Ииии… чё там дальше?.. А!
то есть…
X: извинялся, кланялся, уступал… и ещё, кароч, много-много глаголов в сослагательном наклонении… придумаете сами, мне впа... лень, кароч...
В общем, увы, но мои прародители, походу, где-то жёстко накосячили, и матушкины мечты об ангелочке с золотистыми кудряшками над башкой… да блин!.. с нимбом над башкой и золотыми кудряшками… да мммать их!.. с золотистыми кудря… какашками, блин… Сев, гаси камеру!..
* * *
Умный. Красивый. Прилежный. Успешный…
Именно таким бы я был, если бы меня выбирали родители.
Я раз тридцать в день мыл бы руки, зачитывался бы Достоевским и Чеховым, вместо джоггеров и раритетных адиков таскал бы лаковые туфли и брюки со стрелками; извинялся, кланялся, уступал… кароч, был бы душкой!
Но нееет, моим родителям так повезти просто не могло! Их мечты об идеальном ребёнке с золотистыми кудряшками и нимбом над головой взорвались, как граната, как только на свет появился я.
Пафосно? Да! Эгоцентрично, «пупоземлично»? Точно! Всё, как вы любите!..
Итак, знакомьтесь — Мистер Я! Или Alex S. Мне семнадцать, и я — непрекращающаяща…
* * *
Итак, знакомьтесь, с вами Alex S, или Мистер Я! Мне семнадцать, и я вечная головная боль директора пыточной номер девять славного города Н-ска!..
— А точнее заноза в заднице!
Наскочивший сзади Сева сбивает мою руку с селфи-палкой.
— Ну как, на этот раз зачёт?
— Да ну, лучше оставь первую…
Газуем к девчонкам. Солнце. Речка. Музыка. Веселье. Крики и смех.
Мне по кайфу это лето.
— А ты типа блогер? — интересуется блондинистая длинноногость в красном купальнике.
— Я притча во языцех и твоё фантастическое представление о желаемом! — Падаю рядом, закидываю руку ей на плечо и заглядываю в потрясные, как моя жизнь, глаза.
— Алекс звезда! — Сева заливает в себя банку колы.
— Ты забыл добавить «будущая», — поправляет Натали. — И то, думаю, не факт. С такой короной, как у Свирида, только дизлайки собирать.
Шлю ей воздушный чмок, задираю нос повыше, ухожу в отрыв.
Бит качает. На дереве подарок Севы: маленькая колонка с басами, как у большой. Мы называем её Лялей, как мою младшую сестрёнку.
— Ну что, купаться погнали?!.
С дикими воплями мы срываемся с места, чтобы на ходу растерять остатки пристойности и одежду…
* * *
Лето не вечно.
Первое сентября.
Последний старт во взрослую жизнь. Как всегда, запуск производят одни и те же люди. МариВанна Первая, наш глубокоуважаемый директор и мой личный враг намбер ван, толкает слезливую речь.
Я кружу вальс вместо накануне неудачно подвернувшего ногу Севы. В момент поворота в сторону госпожи директора, с перебором ей улыбаюсь. В следующее мгновение делаю каменное лицо. И так много-много раз…
Она это, конечно, видит, и явно психует, чем повергает меня в состояние экзальтации.
Моя партнёрша по танцу, она же Севина партнёрша по взаимному выносу мозга, Натали, или Петровна, как я чаще её называю, больно впивается когтями в плечо.
Когда акт жёсткого надругательства над неокрепшей психикой юных зрителей наконец подходит к концу, мы с ней проскальзываем в щель между учителями и бежим переодеваться. Нужно успеть вернуться в строй к концу линейки.
— Если бы я лично не учила тебя вальсировать, ни за что бы не поверила, что ты делаешь это чуть ли не в первый раз! — на скаку восторгается Натали.
— Всё-таки признаёшь, что я звезда?
— Не звезда, просто схватываешь быстро!
Натали ненавидит мою претензионную самоуверенность, и я всегда использую это как оружие против неё. Так уж сложилось. Обожаю выбешивать.
Натали с Севой вместе с седьмого класса. С тех пор, как на танцах в местном ДК их поставили в пару. А я не представляю, как можно так надолго зацикливаться на одном человеке, когда их столько вокруг.
Мы переодеваемся в учительской комнате, впопыхах предоставленной под это дело нашим извращугой-завучем. Петровна отгораживается дверцой шкафа, хотя подглядывать за ней у меня и в мыслях нет.
— Алекс, а ты уже видел новенькую?
— Нет. А что, на это стоит посмотреть?
— Ну, такое трудно не заметить. Там такие волоса…
— Какие «такие»? Сейчас что, кого-то можно удивить волосами?
— Блевотно-зелёными? Ну… так-то, да. Ты б её видел, наши девки уже поржали над ней…
— Вам бы лишь бы поржать.
— Ой, кто бы говорил! Апостол местный! Вот ни в жизнь не поверю, что ты упустишь такую возможность поставить очередную звёздочку на своём…
Фейспалм. Натали, как обычно, пытается мне нагрубить, но ей не хватает дерзости. А ещё она почему-то считает меня бабником.
— Знаешь, если эта «новобранка» действительно достойна моего внимания, я его ей обязательно уделю, — мои губы растягиваются в эталонной улыбке, пальцы вдавливают последнюю запонку, а взгляд заставляет Натали покраснеть.
Поздно замечаю, что она ещё не совсем одета.
— Свиридов, блин! Ты охренел?! Отвернись немедленно!!!
У каждого есть в жизни моменты, которые никогда не забудутся, правда? Отпечатки в сердце.
Глава 2
Алекс
— О, да! Первое сентября! Выпускной класс! И скоро мы ворвёмся во взрослую жизнь и наведём там шороху!
— Свирид, слезай отсюда, иначе сейчас здесь будет шорох!
Первый урок начинается с суеты и глобального помешательства. Все орут и перебивают друг друга, но громче всех мы с Севой. Наша староста, Ленка Фокина, стряхивает меня с учительского стола, я сигаю верхом на хромого Севу, он хватает меня за ноги и проносится рысью по периметру класса. В процессе этого вояжа мы несколько раз наталкиваемся на кого-то и едва не падаем, свистим и ржём, а со всех сторон раздаются выкрики и возмущённые вопли.
Заканчивается парад безумия с приходом классухи, но только когда её вопли становятся громче остальных.
— Свиридов и Севастьянов, успокоились! Сядьте на свои места!
— МариВанна, мы так рады вас снова видеть, что совершенно не способны держать себя в руках!
— Свиридов, ты за лето так и не вспомнил моё имя?
— Называйте меня Алекс Эсс, мадам!
Кто-то встревает:
— «Эс» по-английски "задница"!
Все ржут. Все ржали и до этого, но теперь дружнее и громче.
— Зачёт! А теперь иди носки кури! — успеваю отрикошетить я, как оказалось, Хоббиту, прежде чем МариВанна взрывается новой порцией гнева.
— Ну хватит уже! Свиридов, сядь уже наконец и прекрати вертеться! И тишина, мои хорошие, полная ти-ши-на!
Детский сад. Ничего не меняется. Всё, как в начальной школе: мы орём и на нас орут. В этом сама суть нашего существования.
Кароч, в таком кипише я совершенно забываю про Новобранку. Вспоминаю потом, вернее мне Сева на неё кивает, пока классуха, уже остыв, о чём-то увлечённо распинается.
Второй ряд, первая парта. Под боком у ботана Костета, который навечно прописался там по причине отвратительного зрения.
С моей позиции — а мы с Севой, естественно, чалимся "на галёрке" — можно заценить только волосы — действительно цвета вырви-глаз… иии… всё. В принципе, всё. Вроде бы стройная, если, конечно, не поднимется, а там нежданчик в виде полубегемота… Но, не увидев мадам "анфас", я не могу делать выводы.
