— Ты такой уставший! — взволнованно произнесла девушка, заглядывая в карие глаза. — Стоило ли ехать в такую даль?

— Стоило хотя бы ради того, чтобы обнять тебя, — Пьеро играючи оторвал девушку от пола и вошел в студию с рюкзаком за плечами и очаровательной пленницей в руках. — Ты не обидишься если сегодня мы никуда не пойдем? Чуть-чуть полюбуюсь тобой и поеду к Францу спать. Надеюсь, что не отключусь по дороге... Еще и эта жара. На мне только шорты и футболка, но и они кажутся категорически лишними...

— И ты проделал весь этот путь ради нескольких минут? Пьеро! — голос девушки прозвучал с долей упрека. — Ты не можешь так безответственно относиться к своему здоровью. В конце концов, это скажется на твоей же работе... А виноватой останусь я...

— Никто не знает, что я приехал к тебе.

— Душа моя, ну, почему иной раз ты бываешь настолько наивным? Неужели хоть кто-то в своем уме поверит, что ты катаешься по сто-двести километров в один конец ради приятного чаепития в обществе брата?

Пьеро пришлось признать, что девушка была абсолютно права.

— Не уезжай, — тихо прошептала Эстер, когда Пьеро вновь поставил ее на пол. — Останься у меня. Я застелю тебе диван...

Пьеро сверкнул взглядом хищника, обдумывая столь дивное предложение, но в конце концов, пришлось смириться с фактом, что именно нынче вечером это не лучшая идея.

— Сокровище мое... Боюсь, сегодня от меня, как от мужчины, толку будет немного... Как ни печально это признавать, — чуть смеясь, добавил Бароне.

Эстер смутилась. До чего же ей шел этот румянец на щеках!

— Я... Вовсе не это имела в виду... Просто... Ну, какая тебе разница, где спать? А тут хоть лишний раз по городу не мотаться. Отдохнешь по-человечески, а утром помчишь обратно. Я здесь довольно часто остаюсь ночевать, когда засиживаюсь с работами допоздна.

Оставив рюкзак на тумбочке возле входа, Пьеро с Эстер расположились на том самом диване, на котором в прошлое свое посещение студии Бароне позировал для портрета.

— А почему ты вообще не переехала сюда жить, а осталась у родителей? — удивился Бароне, внимательнее оглядывая студию. В целом, здесь было все необходимое, за исключением холодильника. Хотя позже оказалось, что есть и холодильник, просто миниатюрный и замаскированный в стенке с шкафами и полками.

— Маме с папой нравится, что я живу с ними. Да и мне приятнее возвращаться в дом, где меня ждут, а не в пустую квартиру... Так ты останешься?

Пьеро еще раз с сомнением окинул диван взглядом. По большому счету Бароне мог сейчас уснуть хоть на полу. Его больше волновало то, где ляжет Эстер. Второго предмета мебели, пригодного для сна, в студии не наблюдалось.

— А где ляжешь ты? — уточнил Пьеро.

— Я... Еще поработаю... А потом присоединюсь к тебе, — чуть смутившись ответила девушка. — Думаю, нам двоим места хватит... Я не проверяла, конечно, — уточнила Эстер. — Но... Я маленькая... Много места не займу.

— Ну, то, что нам хватит места, я и не сомневаюсь, — ухмыльнулся Бароне. — Но ты же должна понимать, какие желания будешь во мне будить одним лишь теплом своего тела, не говоря о прикосновениях...

— А кто пять минут назад пугал меня своей временной несостоятельностью? — вызывающе спросила Эстер, и Бароне понял, что этот раунд он продул. — Так я достаю постель?

Усталый гость кивнул, сдаваясь.

— И ты бы меня спасла, налив стакан воды.

— Сделать тебе со льдом и с лимоном?

— У тебя здесь есть лед? — удивится Пьеро. — С этого и надо было начинать. Когда я смогу получить свой комплект ключей от квартиры? — смеясь, поинтересовался Бароне.

Сделав для Пьеро кувшин прохладной лимонной воды, Эстер застелила диван, а сама расположилась за столиком рядом с диваном с полуготовым рисунком, прикрепленным к планшету. Бароне был вполне удовлетворен, увидев, что на рисунке не очередные страти-ужасти, а графический набросок Пизанской башни.

— Заказ для небольшой текстильной компании. Хотят сделать футболки с моими принтами.

— Чудесно... Ты невероятно талантлива!

— Хорош рассыпать комплименты. Ложись спать, а я еще немного порисую рядом.

Бароне послушно растянулся на диване, укрывшись белоснежной шелковой простыней. Поворочившись с боку на бок в поисках наиболее удобной позы, парень умоляюще посмотрел на Эстер и спросил:

— Ты не полежишь со мной, пока я засыпаю?

— Ой, ой, — засмеялась Эстер. — Неужели наш синьор Бароне не привык засыпать один?

— Я просто представил, что сейчас усну, а когда проснусь, нужно уже будет уезжать... А я так и не успел наглядеться на тебя, — слукавил Пьеро, поймав ладошку Эстер и потянув девушку к себе на диван. Стоило признать, Эстер не особенно сопротивлялась своевольному гостю. Каким же удовольствием было переплестись телами и засыпать, слушая биение сердца девушки.

Пьеро отключился практически сразу. Усталость взяла свое. Когда он проснулся, за окном совсем стемнело. Эстер сидела рядом, за столом, и работала при свете настольной лампы. Бароне наблюдал за девушкой, чуть приоткрыв ресницы, стараясь не привлекать внимание к тому, что он проснулся. Как же она была прекрасна, увлеченная любимым делом.

— Я знаю, что ты не спишь, — сказала вдруг девушка, оборачиваясь к Пьеро. Молодой человек удивлённо приоткрыл глаза, и Эстер пояснила. — Когда ты спишь, ты дышишь совсем по-другому. Сейчас я снова уложу тебя, — улыбнулась девушка. — Может быть, еще воды?

— Ты просто мысли мои читаешь, — восхитился Бароне, принимая поданный ему стакан. Утолив жажду, Пьеро почувствовал прилив сил, о чем незамедлительно сообщил Эстер, обнимая девушку чуть сильнее прежнего. — Ты знааааешь... Кажется, ко мне вернулась часть сил, — промурлыкал Бароне, жадно поцеловав шею девушки и даже чуть прикусив нежную кожу.

— Пьеро, ты можешь сколько угодно поясничать, но я-то знаю, что тебе нельзя заниматься ЭТИМ перед концертом, — парировала Эстер и ответила молодому человеку не менее страстным поцелуем, в отместку оставив на шее Бароне красную отметину. Пьеро еле слышно застонал от удовольствия.

— Хвала небесам, — засмеялся Бароне. — А я-то все гадал, как тебе сообщить о моем природном изъяне, но так и не придумал, как смягчить столь ужасную новость, — молодой человек откровенно забавлялся, наблюдая за реакцией девушки, но и Эстер не осталась в долгу, крепче прильнув к Бароне и подарив ему еще один полувампирский поцелуй в шею.

— Эстер, я сдаюсь — прошептал Пьеро, почувствовав, что дальше эти игры заводить не стоит.

— Давно бы так, — примирительно промулыкала девушка и, чуть ослабив объятия, устроилась поудобнее, положив голову на плечо Бароне.

Через несколько минут Эстер уже умилительно посапывала, упорхнув в царство Морфея, а следом за ней уснул и Пьеро, утешенный мыслью, что два часа в дороге все же стояли того.

Пьеро проснулся в начале шестого. Эстер, прижавшись к нему, все так же мирно посапывала. Губы девушки тронула еле заметная улыбка. Бароне наклонился, чтобы наконец-то поцеловать ее, но в этот момент сон переменился, и Эстер отвернулась от Бароне, все еще находясь в глубоком сне.

Молодой человек как можно осторожнее выбрался из постели и, прихватив приготовленные для него с вечера полотенца, отправился в душ, где наедине с собой, чуть усмирил разгоравшееся внутри желание. Струи прохладной воды позволили несколько остыть горячему сицилийцу. Поборов непреодолимое желание вернуться к Эстер в одном полотенце, Пьеро все же надел шорты. В большом зеркале ванной комнаты Бароне любовался вылепленным торсом, над которым он так настойчиво работал последние годы. Молодой человек прекрасно понимал, что в тот момент выглядел потрясающе с еще влажными волосами и абсолютно счастливой улыбкой на лице.

Когда Пьеро вернулся на диван, Эстер проснулась. На долю секунды в ее глазах мелькнуло удивление, словно она не ожидала увидеть кого-то рядом, а потом в глубине бесконечно зеленых глаз Пьеро рассмотрел заигравшие искорки счастья и умиротворения.