— Есть миллионы мест, где можно спрятать корабль. Практически в любой точке моря. Для этого достаточно его просто потопить.

— Вы… вы хотите сказать…

— Именно это я и хочу сказать. Корабль опускают на дно моря. Пролив между островами Дюб-Скейр и Баллар в устье залива Лох-Хоурон и водное пространство залива до этого пролива имеют красивое название — Глотка Мертвеца. Судя по всему, там находится самое большое кладбище кораблей Европы. Все пять захваченных пиратами судов покоятся там. 

Говоря так, я подумал: «И почему только мне раньше не пришла в голову эта мысль? Глотка Мертвеца — подходящее название, нанесено на карту четким и жирным шрифтом, сразу бросается в глаза.»

Она, разумеется, не могла знать, о чем я думал, и спросила:

— Дюб-Скейр? Но… Но ведь там находится замок лорда Кирксайда.

— Ваш супруг и лорд Кирксайд давние приятели.  Сэр Энтони неоднократно посещал замок и подумал — когда был придуман способ каким образом потрошить захваченные корабли — что огромный эллинг замка и его уединенное месторасположение очень подходят для этого. Я вчера видел лорд Кирксайда и его милую доченьку. По их поведению я понял, что они каким-то образом замешаны в эту историю.

— А вы действительно уже многое здесь узнали и со многими познакомились. Я не имела чести быть знакомой с его дочерью.

— Это дело поправимое. Но она считает, что именно вы, старое и жадное до денег чудовище, втянули Сэр Энтони в этот криминал. Очень милая девочка. Но запуганная. До смерти запуганная. Боится и за свою жизнь, и за жизнь других людей.

— Но почему?

— А как вы думаете, каким образом нашим «друзьям» удалось привлечь на свою сторону лорда Кирксайда?

— С помощью денег. Подкупили…

Я покачал головой:

— Лорд Кирксайд — шотландец и джентльмен. Старине Скурасу за всю жизнь не скопить такой суммы, которой хватило бы на то, чтобы уговорить лорда Кирксайда совершить такой бесчестный поступок, как бесплатный проезд в общественном транспорте. Возможно, это неудачный пример, ибо где лорд Кирксайд, а где общественный транспорт. Лорд Кирксайд столкнется с ним, если только попадет под какой-нибудь автобус. Я просто хочу сказать, что старика подкупить невозможно. Поэтому ваши добренькие друзья взяли и похитили старшего сына лорда Кирксайда (младший живет в Австралии), а чтобы не допустить какой-нибудь глупости со стороны Сьюзен Кирксайд, прихватили и ее жениха. Правда, это пока лишь предположение, но вполне вероятное. Официально значится, что оба они погибли…

— Нет, нет, не может быть! — прошептала Шарлотта, держа руку у рта. — Голос ее дрожал. — Быть этого не может!

— Может. С их точки зрения это вполне логично и весьма эффективно. По той же причине, чтобы обеспечить молчание и сотрудничество, похитили сыновей сержанта Макдональда и жену Дональда Мак-Ихерна.

— Но… но ведь люди так просто не пропадают?

— Мы имеем дело не с дилетантами, а с умными, даже гениально умными преступниками. Все исчезновения произошли при таких обстоятельствах, что казалось, что жертвы не исчезли, а просто погибли — причем от несчастных случаев. И пропали не только они, но и другие. Например, те, которые имели несчастье находиться поблизости на собственных судах в то время, когда наши «друзья» выжидали часа, чтобы потопить похищенный корабль, или даже и видели, как суда тонули, постепенно наполняясь водой. Это довольно длительный процесс.

— Но разве полиция не обратила на это внимания? Ведь наверняка покажется странным, когда в одном районе периодически исчезают маленькие суда?

— Два таких судна они отбуксировали и разбили о скалы далеко отсюда и далеко друг от друга. Три судна исчезли бесследно, но только два из них вышли из мест расположенных сравнительно недалеко от «Глотки Мертвеца». Одно вышло из Обана, другое из Торбея. Исчезновения двух судов в этом районе недостаточно, чтобы вызвать какие-нибудь подозрения к этому району.  

— Да, теперь мне все, более-менее, понятно. Но ведь ваши противники бросят все и скроются, поскольку они теперь знают, что вы их практически раскрыли, что вы подозреваете «Глотку Мертвеца» и остров Дюб-Скейр, как вероятное…

— Откуда вы знаете, что эти мерзавцы знают, что наши подозрения связаны с этими местами?

— Дядюшка Артур сказал мне об этом прошедшей ночью в рубке. — Ее голос прозвучал удивленно. — Разве вы не помните?

Это был ее прокол. Она должна была ответить, что такой вывод следует из того, что я побывал на борту «Нантсвилла», а затем прилетел на вертолете в гости к лорду Кирксайду. Вот, что она должна была сказать, а не эту чушь. Я хорошо помнил, что шеф говорил о наших подозрениях, но что о них знают бандиты, об этом речь не шла. Я был полумертв от недосыпания, отсюда этот глупый вопрос. Это мой прокол. Я не должен был его задавать. Шарлота могла предположить, что я ей не вполне доверяю и насторожиться, а это было нежелательно.

И я «вспомнил»:  

— Калверт на пределе, мадам. И память начинает изменять ему. Конечно, они успеют скрыться… Вернее, попытаются. Но не в ближайшие сорок восемь часов. Они думают, что у них достаточно времени. Ведь не прошло и восьми часов, как мы приказали сержанту Макдональду сообщить им, что мы отправляемся на материк за новым эхолотом и за вооруженной подмогой. Вы были в своей каюте и этого не слышали.

— Понимаю, — сказала она смущенно. — А что вы делали сегодня ночью на острове Дюб-Скейр, Филипп?

— Я успел не так уж много. — Это была еще одна вынужденная ложь. — Попытался найти подтверждение своим предположениям. Подплыл к берегу. Меня интересовал эллинг, расположенный в маленькой искусственной гавани, и через боковую дверь попал внутрь эллинга. Очень интересное помещение: не только в три раза больше, чем кажется снаружи, но и сверху донизу заполнено снаряжением для подводных работ.

— Для подводных работ?

— Господи! Вы представляетесь мне такой же глупой, как я сам. Как, вы думаете, достают драгоценности с потопленных судов? Они используют специальное судно, с которого спускают водолазов. Базой этого судна служит эллинг Дюб-Скейра.

— И это все?… Все, что вам удалось узнать?

— А там больше и нет ничего интересного. Я, правда, решил осмотреть замок — из эллинга в него ведет крутая лестница, но когда я немного по ней поднялся, то заметил парня с винтовкой. Часового. Он попивал виски, но тем не менее глядел в оба. К нему нельзя было подобраться и на несколько десятков метров — он бы попросту изрешетил меня пулями. Поэтому я отправился восвояси.

— Дайте поспать, — отмахнулся я, не открывая глаз. — Я до смерти устал.

— Вставайте, вставайте! — Меня снова довольно основательно тряхнули, едва не выбросив из кровати. — Вставайте!

— Господи! — Я с опаской приоткрыл один глаз. Передо мной стоял Хатчинсон. — Тимоти, какого черта? Который час?

— Сейчас лишь начало первого, но спать больше нельзя.

— Только начло первого?! Я же просил, чтобы меня разбудили в пять! С вашей стороны это…

— Не возмущайтесь. — Перебил меня Хатчинсон, кивнув на окно. — Лучше подойдите и посмотрите, что там твориться.

Кряхтя, с трудом спустив ноги с кровати, я поковылял к окну. У меня было такое чувство, будто меня прооперировали во время сна. Причем без наркоза. В моем состоянии наркоз был и не нужен. Во время этой операции из моих ног вытащили все кости. Вцепившись в подоконник, я уставился в серый непроницаемый мир и раздраженно спросил:

— А что я, по вашему разумению, должен увидеть в этом проклятом тумане?

— Туман.

— Понятно, — сказал я с глупым видом. — Значит, туман.

— Я слушал в два часа ночи прогноз погоды, передавали, что туман рассеется к утру. — Хатчинсон говорил тоном самого терпеливого человека на свете. — Но проклятый туман, как видите, и не собирается рассеиваться.

Туман в моей одурманенной сном голове рассеялся. — Я понял о чем мне толкует Хатчинсон. Ведь «Нантсвилл» потопили в понедельник ночью, дождавшись самого низкого уровня воды, но, ни в понедельник ночью, ни ночью во вторник наши «друзья» из-за шторма не могли производить нужные им работы. Даже в защищенной Торбейской гавани погода была достаточно скверной, и можно представить, что в это время творилось в Глотке Мертвеца. Работы начались в прошедшую ночь, так как водолазного бота в эллинге не было. И так, что они успели сделать за это время? Вскрыть корабельный сейф — на это у них ушло не более двух часов, поскольку, по информации владельцев «Нантсвилла», сейф был устаревшей конструкции и не из закаленной стали, а из обычной. За оставшуюся часть ночи могло быть поднято довольно много золотых слитков. Но не все восемнадцать тонн — в этом я был уверен. Как-никак, а подобной работой  мне приходилось заниматься в своей жизни, до того как я начал служить у Дядюшки Артура.  Я рассчитывал, что заканчивать им придется нынче после наступления темноты, поскольку они не могли рисковать работать в светлое время суток. Но этот чертов туман… Ведь это все равно что ночь. И наверняка — работы они не прекратили.